Виталий Хонихоев – Башни Латераны 3 (страница 37)

Агнесса молчала. Её круг мерцал, но не разгорался.

— Мне нужен Северин, — продолжил Лео. — Вам нужен Северин. Мне нужны экзорцисты, чтобы пробиться через его защиту. Пелена Майи не работает на мёртвых, но мёртвые не смогут отличить врагов от союзников, они поубивают всех. Вам нужна сила, чтобы дойти до него. Кто знает, что ещё ждёт нас внизу?

Пауза. Ветер гнал по стеклянной земле чёрный пепел — всё, что осталось от демонов. Где-то за спиной кто-то из раненых застонал, и Бенедикта дёрнулась в ту сторону, но осталась на месте.

— Перемирие, — сказала Агнесса наконец. Круг под её ногами погас: — Ты предлагаешь перемирие и сотрудничество. Некромантия — это проклятое искусство, она запрещена Патриархом и Церковью… но сейчас ты предлагаешь объединиться против общего врага.

— Я предлагаю закончить то, за чем мы оба сюда пришли. Найти Северина. Узнать, что он делает. Остановить его, если понадобится. А потом… — Лео пожал плечами, — … потом разберёмся. Потом — это другой день. Другие проблемы. Хотя я бы предпочел оставить вас в живых.

Мертвецы стояли неподвижно. Ждали. Сорок три пары пустых глаз смотрели на живых, и в этих глазах не было ничего — ни угрозы, ни обещания, только бесконечная пустота.

Агнесса посмотрела на своих людей измотанных, израненных, едва стоящих на ногах. На Сестер, которые выглядели не лучше.

— Хорошо, — сказала Преподобная Мать: — я принимаю твое предложение, некромант. Ты и твои… создания — идете впереди. С вами — сестра Бенедикта, она имеет естественный иммунитет против ментальной магии, она — наш ключ к Северину. За вами — идем мы. Клянусь именем Господа Триединого что мы не ударим тебе в спину. До момента пока мы не разберемся с Северином и не вернемся сюда же — мы союзники. Вынужденные союзники. Но после — я требую надлежащего упокоения наших товарищей и проведения обряда очищения над телами.

— Как скажете, Мамочка…

Глава 21

Спуск в недра Скальной Чаши занял меньше времени, чем Лео ожидал. Мертвецы шли впереди — молча, размеренно. Длинные пики пришлось оставить наверху, в руках у них были боевые молоты и шестоперы, примерно с десяток алебард. Сорок три мертвеца в доспехах и с оружием, освещенные магическими огоньками, подвешенными Сестрами впереди. Серьезная сила. Тогда, в монастырских руинах он смог поднять всего четверых, но этого хватило чтобы вырезать несколько десятков «Тигров Тарга», на короткой дистанции мертвецы более эффективны в бою. Вот только когда они выгорят окончательно, то просто упадут там же где стояли, окончательно иссохнув и обратившись в прах. Но для того, чтобы нанести удар в сердце Северина их должно хватить.

Лео мог бы просто отправить их вниз — с приказом убить все живое, и они бы выполнили эту команду, и никакая Пелена Майи не помешала бы мертвым исполнить свою работу. Мертвые не испытывают иллюзий. Но там внизу — были его товарищи. Весельчак и балагур Альвизе, который так раздражал своим легкомысленным отношением к жизни. «Ослепительная» Беатриче, которая… раздражала одним своим существованием. Так что ему тоже нужен этот союз с Инквизицией. По-хорошему сразу после того, как они разберутся с Северином — нужно будет развернуть мертвецов и убить их всех. Потом — подняться наверх и убить охрану, которую оставили сторожить лошадей. И только потом — возвращаться домой. Зачем ему проблемы с Инквизицией? Зачем ему его портрет на желтых листочках с надписью «Разыскивается известный некромант»? Отдать команду и эти люди не выстоят. Они и так уже на грани, а у Сестер нет энергии… а уж если нанести удар внезапно, то у них и вовсе шансов не будет.

Но сперва нужно спасти Альвизе и Беатриче. Между собой они часто шутили о том, что если возникнет такая ситуация, то никто никогда спасать не будет, а только порадуется что гонорар делить не надо будет… но он знал, что и Альвизе и Беатриче не бросили бы его в беде и рискнули бы жизнями, чтобы его выручить. Знал… или хотел в это верить. На верную смерть, конечно, никто бы не пошел, но если бы имелся малейший шанс — то Альвизе обязательно вписался бы. А Беатриче… эта и вовсе отчаянная. Идиотка.

Лео шёл сразу за строем мертвецов, рядом с Бенедиктой. Та молчала всю дорогу — с того момента, как Агнесса приняла его условия. Не смотрела на него, не смотрела на мёртвых солдат, просто шла, глядя перед собой пустыми глазами. Он не знал, о чём она думает. Не был уверен, что хочет знать. В конце концов они союзники только на время.

Коридор уходил вниз пологой спиралью, и с каждым поворотом воздух становился теплее, гуще, пропитанный чем-то сладковатым — ладан? благовония? что-то ещё? Лео ожидал ловушек. Ожидал засад. Ожидал, что в любой момент из боковых проходов хлынут одержимые или из стен полезут новые демоны.

Ничего. Пусто. Тихо. Только эхо шагов и потрескивание факелов.

— Слишком тихо, — пробормотал кто-то из солдат позади. Лео был с ним согласен. Слишком тихо. Слишком легко. После того ада наверху — эта пустота казалась неправильной, как затишье перед бурей, которая никак не хотела разражаться. Коридор закончился внезапно — распахнулся в огромную пещеру.

Пещера была круглой, идеально круглой, словно её выточил гигантский резец. Стены уходили вверх и терялись в темноте — факелы не доставали до потолка, если тот вообще существовал. По периметру стояли колонны из того же стекловидного камня, покрытые символами, которые Лео не узнавал — не руны, не глифы, что-то древнее, что-то неправильное, от чего болели глаза, если смотреть слишком долго.

В центре пещеры возвышался алтарь. Простой каменный блок, ничего особенного — но на нём лежала Беатриче. Лео узнал её сразу — светлые волосы разметались по камню, бледное лицо, закрытые глаза. Она выглядела спящей, мирной, словно прилегла отдохнуть и вот-вот проснётся. На ней было простое белое платье вместо дорожной одежды, в которой он видел её в последний раз, и босые ноги казались совсем детскими, беззащитными.

Рядом с алтарём сидел отец Северин. Просто сидел — на каменном полу, скрестив ноги, сложив руки на коленях. Глаза закрыты, лицо спокойное, почти умиротворённое. Он не шевельнулся, когда мертвецы вошли в пещеру. Не шевельнулся, когда за ними потянулись живые — солдаты с копьями, Сёстры Дознания, сама Мать Агнесса, вздымающая перед собой светящийся символ Триады.

Лео усилием воли удержал мертвецов от атаки.

— Северин! — голос Агнессы прокатился по пещере, отражаясь от стен. — Именем Святой Инквизиции и властью, данной мне Патриархом…

— Я знаю, — перебил её Северин, не открывая глаз. Голос был тихим, усталым, но в нём не было страха. — Я ждал вас. Не так скоро, признаться, но… — он слегка пожал плечами, — … это уже не имеет значения.

Мертвецы замерли полукругом, молчаливые, с оружием наготове — но некого было атаковать. Только старик на полу и девушка на алтаре.

Что-то было не так. Снова Пелена Майи? Он метнул быстрый взгляд на Сестру Бенедикту, что стояла рядом,

— Нет. — она покачала головой, поняв его с полувзгляда: — никакой ментальной магии я не чувствую. Это реальность. Такая, какая есть.

Лео огляделся по сторонам, сканируя пещеру взглядом. Колонны. Символы. Алтарь. Беатриче. Северин. Проверить самому? Но для этого придется магический круг чертить… и где все остальные? Где Альвизе?

— Где остальные? — спросил он, и собственный голос показался ему чужим. — Альвизе Конте, урожденный де Маркетти, ты с ним контракт заключал, скотина. Где он?

Северин открыл глаза. Посмотрел на Лео — долгим, тяжёлым взглядом, в котором было что-то похожее на жалость.

— Все, кто уверовал в Новый Приход Древних — остались наверху. — сказал он: — чтобы никто не помешал обряду.

Наверху. Лео вспомнил демонов. Тела, сшитые из паломников. Одержимых, которые бросались на строй с голыми руками. Он сражался. Убивал. Не смотрел в лица, потому что какой смысл смотреть в лицо тому, кого убиваешь?

Один из одержимых. Один из демонов. Один из тех, кого он…

— Вот сука, — сказал он. Мертвецы дрогнули, подавшись вперед, отвечая на волну темного отчаянья что прокатилась внутри: — тварь.

— Твой товарищ уверовал — сказал Северин, и в его голосе прозвучало что-то похожее на гордость: — И верил до конца. Они все верили.

— Ты просто запудрил им мозги своей магией, ублюдочный пес… — Лео едва сдерживал себя от того, чтобы дать короткую команду мертвецам, чтобы те — порвали Северина на клочки: — никто ни во что не верил!

— Погоди. — Преподобная Агнесса шагнула вперёд, и магический круг под её ногами вспыхнул — слабо, едва заметно, но вспыхнул.

— Где Истинное Дитя? — спросила она. — Мы знаем о пророчестве. Знаем о ритуале. Где оно?

Северин улыбнулся. Мягко, почти ласково — как взрослый, которого ребёнок спросил о чём-то очевидном.

— Вы опоздали, Преподобная Мать. Ритуал завершён. Всё, что должно было случиться — случилось.

— Что это значит? — Агнесса сделала ещё шаг. — Говори яснее, еретик!

— Это значит, — Северин медленно поднялся на ноги, и Лео увидел, как он стар, как измотан, словно что-то высосало из него все силы, — что я сделал всё, что должен был сделать. Всё, что было нужно.

Он посмотрел на Лео. Прямо на него, мимо солдат, мимо Сестёр, мимо строя мертвецов.

— Позаботься о ней, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Она… особенная.