Виталий Хонихоев – Башни Латераны 3 (страница 19)

— Не ссыте мне в уши, прекрасная дейна Гримани. Ты на него даже не взглянула, да и он на тебя тоже не стал смотреть, тут же глазки в сторону отвел. И самое главное — ты перестала его поддевать, и он тоже ни разу не огрызнулся… — прищуривается Альвизе и даже улыбается. К нему стремительно возвращается хорошее настроение.

— Я не огрызаюсь, потому что не на что огрызаться. Ты преувеличиваешь. И… у нее, наверное, настроения нет. — говорит Лео.

— Ага. А теперь ты ее защищаешь. Ты, Лео «Нож»! Защищаешь ее, Беатриче Гримани — от меня! — на лице у Альвизе расплывается широкая улыбка: — это же сенсация! Штилл, Гримани — вы же как дракон и василиск! Как жаба и гадюка! Я в восхищении! Нет, правда, разбудили бы меня, такое зрелище нельзя пропускать! Скажи-ка Штилл, кто был сверху? Уверен что «Ослепительная Беатриче»… по возвращении в Тарг свадьбу сыграем! Пригласим старого Чинатру и всех его Змеек, Лоренцо и Приблуду, Шрама и эту девку из Крысоловов, как там ее — которая с «моргенштерном» на цепи? В тесном семейном кругу коллег по ремеслу…

— Что ты себе придумал там… — ворчит Лео: — смотри-ка берег блестит. Это и правда стекло?

— Ну нет, вы теперь от меня никуда не денетесь! — веселится Альвизе: — Лео, как ты мог? Разве можно с партнерами по делу вот так поступать⁈ Лоренцо тебе руки сломает… а ты, Беа? Не уберегла свой цветочек… вообще-то это моя вина, как я мог позволить тебе путешествовать в одной каюте с этим сердцеедом? Увы мне! — он театрально заламывает руки.

— Заткнись, Ал. — говорит Беатриче: — вот просто закройся и все.

— Ого. — Альвизе внимательно смотрит на девушку, потом — на Лео: — похоже что у вас это серьезно. Вы… серьезно⁈ Беа? Штилл?

— Нет, конечно!

— Ничего подобного!

— Делааа… — Альвизе закрывает лицо руками: — очуметь. Ты и Штилл… Штилл и ты… вы же друг друга терпеть не могли… нет, я конечно говорил «и когда же вы наконец переспите», но это был сарказм! Не руководство к действию… хотя меня больше пугают ваши физиономии. Твоя, Штилл — вытянутая и довольная, и твоя, Беа — решительная и, сука тоже — довольная. Вы бы сходили на камбузе по лимону взяли, чтобы так явно не лыбиться… вы вообще понимаете, что делаете? Штилл, я-то надеялся, что у тебя сердца нет, а ты, больной ублюдок — втюрился! И не надо мне тут глазами сверкать, у вас все равно ничего не выйдет, а потом мы работать вместе не сможем, потому что обычные пары потом видеть друг друга не могут. А в случае с вами — кто-то кого-то точно убьет.

— Да что ты драматизируешь. — вздыхает Лео: — ничего такого не произошло… — он ловит взгляд Беатриче и тут же поднимает руки: — то есть наоборот! Все изменилось! Все стало — ого! Я… никогда прежде! Все произошло!

— Вот видишь. — закатывает глаза Альвизе: — стоило тебе в нее влюбиться и ты стал такой же тряпкой как и все остальные. «Да, дорогая, нет, дорогая, как скажешь дорогая». Тьфу. Я вас за то и любил что вы как кошка с собакой, а вы все испортили! Беа, а ты-то куда⁈ Ну ладно потрахались ночью, бывает, девушка ты с простыми жизненными принципами, но ты же от него взгляд отводишь и краснеешь как юная студентка!

— Не твое дело, Ал.

— Как раз мое! Мое! Вся моя команда сейчас — это вы двое! И я хочу, чтобы вы оставались безжалостными и циничными машинами для убийства, а не двумя влюбленными, которые розовые пузыри соплями надувают и боятся друг на друга поглядеть!

— Да кто тут влюбленный! — повышает голос Беатриче: — нужен мне этот Штилл как собаке второй хвост!

— Точно! — кивает Лео: — да она мне даром не нужна!

— Не… — качает головой Альвизе: — не то совсем. Как-то без огонька. Нет настоящих чувств. Нет подлинности. Вы даже обзываетесь теперь ненатурально. Эх вы… такие прекрасные отношения превратили в банальность и все эти поцелуйчики с обнимашками! И ты, Штилл! У тебя же ашкенская рабыня есть и еще какая-то баба, из-за которой ты по девицам и веселым вдовам не ходишь! А ты, Беа? Ты же каждый месяц себе нового находишь… — он поднимает руку вверх: — нет! Нет! Я не готов это принять!

— Да и демоны с тобой. — говорит Беатриче: — я уже большая девочка, справлюсь. И Штилл тоже справится.

— Вы-то, конечно, справитесь. — кивает Альвизе: — вы теперь просто будете каждую ночь трахаться как кролики, вам-то что? Как с василиска вода… а я — не принимаю этого. Мои подданные должны постоянно ссориться, мне неинтересно смотреть на ваши довольные физиономии! И потом — какие из вас теперь работники? Так и представляю как друг с дружкой воркуете! Тьфу!

— Ничего не изменилось. — говорит Беатриче, бросая быстрый взгляд на Лео: — все осталось как было. Да, Штилл?

— Конечно. — кивает он.

— Вы что не понимаете⁈ — вскидывает руки в отчаянии виконт Альвизе Конте, урожденный де Маркетти: — вот прямо сейчас! Ни ты его не обозвала, ни он тебя «шалавой» не назвал! Нет, все. Я буду ждать. Да. Я просто подожду. Это не может длиться долго, кто-то из вас кого-то все равно во сне прирежет. Но тут я даже ставки боюсь ставить. Я ваш друг и вы мне дороги одинаково. Кроме того, я ваш повелитель и здесь тоже я выбрать не могу. Я просто приму того или ту, кто останется в живых после ваших отношений. Помогу залечить раны и срастить кости. Может быть, даже стеклянный глаз достанем ну или повязку соорудим, пиратскую…

— Виконт Конте! — голос капитана оборвал тираду Альвизе на полуслове. Старый моряк встал рядом у борта и указал куда-то вдоль берега.

— Там люди. Много людей.

Лео проследил за его жестом. В полумиле к северу, там, где стеклянная пустошь уступала место нормальной земле — выжженной, серой, но всё-таки земле — виднелись шатры. Много шатров. Повозки, лошади, дым костров. Целый караван.

— Засада? — Альвизе мгновенно подобрался, рука легла на эфес шпаги. От похмельного балагура не осталось и следа. Беатриче рядом тоже переменилась в мгновение ока, поджалась, сузила глаза, всматриваясь вдаль.

— Это наши братья. — Они обернулись. Преподобный Северин стоял позади них — неслышно подошёл, пока они препирались. На его лице сияла снисходительная улыбка, та самая, которая так раздражала Лео всю дорогу от Тарга.

— Орден Истинной Триады, — продолжил священник, складывая руки на груди. — Они ждали нас. Путь через Стеклянные Пустоши может быть опасен, а нам нужно доставить груз в целости и сохранности.

Ждали, отметил про себя Лео. Конечно же, путешествовать втроем опрометчиво, особенно если груз и правда настолько ценный, хотя чего ценного в обычной девочке? В Тарге на Верхнем Рынке таких вот девочек можно корзинами покупать… маленькая она еще. Такая и работать не может путем и постель согреть не сможет, ее еще кормить и кормить, года четыре как минимум чтобы округлилась, где надо и силой налилась, в таком возрасте мальчики дороже стоят. Разве что эта конкретная девочка принцесса Савойская…

— Большой у вас орден, — заметила Беатриче. Её голос звучал лениво, почти скучающе, но Лео видел, как напряглись её плечи. С ее-то зрением она мгновенно определила сколько на берегу людей и как они вооружены.

— Здесь только небольшой отряд. Мы все же не паладины, принимаем всех. — Северин не сводил глаз с приближающегося берега: — но остальные дома, а тут только те, кто пошел в экспедицию. Впрочем, вы сами все увидите, они замечательные люди.

— Боюсь не успеем увидеть. — сухо ответил Альвизе: — уговор был доставить вас и ваш груз. Вот берег, вот ваши люди. Контракт выполнен. Мы даже на берег сходить не будем.

— Разумеется, разумеется. — Северин повернулся к ним, и сделал обеспокоенное лицо: — Но я бы попросил вас не торопиться с отплытием. Видите ли, корабль Инквизиторов все еще ищет нас в море. Скорее всего они повернули к западу, но если вы поплывете назад слишком быстро, а они чуть отстанут — есть риск что вы столкнетесь с ними на обратном пути.

— Хм. — задумывается Лео. В словах преподобного есть смысл, скорее всего потеряв их в море Инквизиция повернула западней, к большим портам, что они прямо на юг пойдут, в Пустоши — не очевидно. Тут же ни портов, ни городов, ни людей, чего тут делать? С другой стороны, а если они о планах этого странного Ордена Истинной Триады знают? В Катакомбах засаду устроили, значит точно знали что-то… вообще идеально было бы вдоль берега пойти на восток, а в ближайшем порту на берег сойти с примелькавшейся «Гордости Тарга». А там уже сесть пассажирами на другой корабль и домой.

— Проклятые псы Церкви, будь им пусто… — цедит сквозь зубы Альвизе: — они могут круги по морю нарезать…

— Вам будет лучше выйти в море чуть позже. Пусть они успеют уйти подальше. — Священник развёл руками: — Поверьте, друзья мои, я меньше всего хочу, чтобы вас схватили. Во-первых, я желаю вам только добра и, во-вторых, мне бы не хотелось, чтобы вы нас выдали. Отдохните на берегу. Мы тронемся в путь только завтра, а сегодня готовы отплатить вам за ваши услуги по сопровождению и охране нашим гостеприимством.

— Нам достаточно оплаты. — говорит Альвизе: — мы не задержимся. Высаживаем вас на берег, получаем свои деньги и уходим.

— Как скажете. — пожимает плечами преподобный Северин: — пойду, приготовлю груз… — и он отходит.

— Подозрительный тип. — Беатриче провожает его взглядом: — Штилл, а ты видел, чтобы его сопровождающие на палубе показывались? Хоть раз за эти три дня? Вот и я не видела. Они не выходили. Вообще. Даже гальюн не посещали.