Виталий Егоров – Месть Скорпиона (страница 8)

Поняв, что «клиент» готов к откровенному разговору, Власич задал вопрос:

– Ты будешь продолжать отрицать, что знаешь гражданку Кухтину, которая регулярно покупала у тебя валюту?

Прерывисто вздохнув, Гришаев достал из поясной сумки небольшой блокнот и протянул сыщику:

– Вот тут на букву «К» указано, сколько раз и какую сумму она обменивала у меня. Я работаю с ней почти два года.

– Список большой, сразу не посчитаешь, – проговорил оперативник, перелистывая блокнот. – Какую сумму в общем итоге она обменяла?

– За два года где-то сорок с лишним тысяч долларов.

– Фьють, да это же целое состояние! – воскликнул Протасов. – На что она его тратила?!

– Женщина была очень скромной и тихой, – проронил Гришаев. – На себя она точно не тратила – скорее всего, отправляла родным в Иркутск.

Власич решил взять его на пушку, и задал неожиданный вопрос:

– Кто ею интересовался, кому ты рассказал, что у нее огромные бабки? Не юли, мы все знаем.

Испуганно расширив глаза, он воскликнул:

– Никому не говорил! Про своих постоянных клиентов я ни с кем не делюсь информацией!

– А своим ментам рассказывал?

– Им тоже не рассказывал. Да они и не интересовались ею.

– Их, конечно, интересовали только деньги, полученные от тебя за покровительство, – колко заметил Протасов.

Валютный спекулянт насупленно промолчал.

Решив продолжить игру по запугиванию проверяемого, Власич объявил:

– Ну что, Гришаев, придется тебя арестовать. Не хочешь ты нам сказать правду, а ведь по твоей наводке убили и ограбили женщину, так что за соучастие в убийстве тебе уготована тюрьма на всю оставшуюся жизнь.

– Нет, это не я! – вскрикнул валютчик, схватившись дрожащими руками за волосы. – Как мне доказать, что это не я навел на эту женщину?!

Отправив его в камеру, Власич привел своего агента «Вьюн», которого нашел в ближайшем пивбаре, и проинструктировал:

– Посиди немного с задержанным, поговори с ним, узнай, что он будет говорить насчет убийства женщины.

Отправив агента вслед за Гришаевым в камеру, Власич обратился к Протасову:

– Похоже, что он не при делах. А все материалы насчет «крышевания» валютного воротилы следует направить Юргину.

Юргин Василий, майор милиции, служил в инспекции по личному составу. Работая только в единственном числе, он успевал доставать всех милиционеров министерства, уличенных в неблаговидных делах. Как он умудрялся это делать – всех удивляло и восхищало. Позже, когда в структуре МВД появится целое подразделение собственной безопасности, создавалось впечатление, что его сотрудники не проделывают и половины той работы, которую проворачивал неутомимый инспектор по личному составу.

– Вася их вывернет наизнанку, с него станется, – довольно улыбнулся Протасов. – Эту порочную практику «крышевания» надо искоренять каленым железом!

Посмотрев на часы, Власич взялся за телефон:

– Надо позвонить дочери разыскиваемой. Маловероятно, но чем черт не шутит – вдруг пропавшая находится в Иркутске.

Когда на том конце провода, судя по голосу, трубку подняла молодая девушка, Власич, представившись, осведомился:

– Как тебя зовут, как к тебе обращаться?

– Ксения. Что вы хотели?

– Ксения, мы интересуемся твоей мамой. Она не приезжала в Иркутск?

– Нет, она в Якутске, – настороженно ответила девушка. – Почему вы об этом спрашиваете?

– Мы не можем ее найти: на работу не ходит, дома не ночует.

– Как так?! – вскрикнула она. – Куда она пропала?!

– Ксения, мы об этом не знаем, поэтому спрашиваем у тебя. Когда ты с ней разговаривала в последний раз?

Услышав в трубке всхлипывания, сыщик подождал, чтобы собеседница немного успокоилась, и повторил вопрос:

– Так когда ты разговаривала с ней в последний раз?

– Дней десять назад, – ответила она, продолжая всхлипывать.

– О чем говорили?

– Особо ни о чем. Поговорили просто так.

– Все-таки, что она говорила? Если сможешь, то постарайся дословно воссоздать тот разговор.

– Дословно… – проговорила девушка и разразилась рыданиями: – Что с ней случилось, почему вы скрываете это от меня?! Нашли ее труп?!

– Нет, никакого трупа мы не нашли, – ответил опер. – Просто она пропала без вести.

– Ее похитили?! – крикнула она назврыд.

Поняв, что с ней далее разговаривать не имеет смысла, Власич спросил:

– Ксения, ты сможешь прилететь в Якутск?

– Прилечу, первым же рейсом прилечу! – плача, ответила она.

Положив трубку, сыщик покачал головой:

– Убивается, бедная.

– Конечно, будет убиваться, – вторил ему старший. – Согласилась приехать?

– Да, согласилась. Алексей, думаю, что завтра она будет сидеть перед нами.

– Ну и прекрасно, Толя. Может быть, она прольет свет на эту загадочную историю.

– Будем надеяться, – кивнул сыщик и углубился в изучение поступивших за день документов.

Прождав три часа с того момента, как осведомитель был водворен в камеру в качестве подсадной утки, Власич потянулся и громко хлопнул по столу:

– Надо вытаскивать «Вьюна»! Что наш слон напел ему там?

– Раструбил хоботом! – хохотнул Протасов. – Давай приведи его, послушаем.

Вскоре негласный сотрудник милиции сидел перед операми и рассказывал:

– Встретил он меня нормально, ни в чем не заподозрил, разговорились. Сетует, что его подозревают в том, что он навел бандитов на ту женщину, которая пропала без вести. Клянется, что не участвовал в убийстве, утверждает, что ему не резон убивать своего постоянного клиента, приносящего доход. Надеется, что менты, которые «крышуют» его, вызволят из тюрьмы.

– Попросил о чем-нибудь? – спросил сыщик.

– Когда узнал, что меня могут выпустить на волю, попросил позвонить какому-то менту и предупредить, что его арестовывают.

Услышав номер телефона, Протасов выругался:

– Да это же сукин сын Шелестов! Нет, материал в отношении этого деятеля надо побыстрее передать Юргину!

Отпустив агента, уже ближе к полуночи Протасов, широко зевнув, предложил:

– Надо освободить Гришаева и идти по домам. Завтра у тебя много работы, да и шефу надо доложить о пропавшей. Будь готов к этому.

– Алексей, ты иди домой, а я тут немного побеседую с фигурантом, – кивнул Власич. – Надо уточнить кое-какие детали.