Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 53)
Он с силой нажал карандаш об стол, который, не выдержав давления, сломался – половина карандаша, покатившись по столу, упала на пол и продолжала катиться в угол…
– Что, урод, и их угробил?! – Владлен даже не понял, как у него вырвались эти слова, это был крик души, выскочивший из уст помимо его воли.
Соколов удивленно посмотрел на своего руководителя, а Ефремов опасливо отодвинулся на край стула.
– Давай, продолжай, – уже спокойным голосом приказал Владлен убийце.
Ефремов изучающе посмотрел на Владлена – не исходит ли от него опасность? Устроился поудобнее и продолжил.
Мама осталась во дворе с намерением полить грядку: взяла лейку и направилась к бочкам.
Ева забежала в дом и с порога крикнула:
– Мальчишки, где вы?
Когда прозвучали первые выстрелы, она схватилась за голову, закрывая уши руками, и шагнула навстречу смерти, не осознавая, что происходит.
А изверг все стрелял и стрелял. Очевидно, в волнении он промахивался, или хищные пули пробивали насквозь тоненькое тело девушки, и она умирала, еще стоя на ногах.
Когда карабин израсходовал последний патрон, Ева тихо, словно осенний лист, оторвавшийся от матери-березы, упала на пол.
Злодей, раздосадованный, что выпустил столько пуль в одну жертву и, что ружье никуда не годится, по сравнению с большим карабином, наклонился над телом Евы.
Мария услышала хлопки и одновременно звон разбитого стекла – пули, сделав свое черное дело, летели прочь, пробивая окна веранды.
Она уронила лейку и забежала в дом, где увидела лежащую на полу дочь и наклонившегося над ней мужчину с ружьем в руках. Еще ничего не понимая, она сделала несколько шагов в сторону дочери, пока не получила навстречу удар штыком. Острая боль пронзила грудь, с невидящими глазами она повернулась и ступила в сторону веранды. Здесь ее настиг убийца и всадил штык между лопаток.
Трупы спрятал: тело Евы затащил в комнату и положил поверх братьев, а мать поволок в чулан веранды. Карабин оставил возле Марии, поскольку понял, что главного врага надо встретить надежным оружием.
Теперь он мог передохнуть спокойно – первый этап зловещего плана выполнен. Остался исполнить второй – самый главный этап этой кровавой затеи. Ефремов решил не отступиться и довершить преступление в традициях самых мрачных триллеров. Но прежде чем совершить это злодеяние, надо передохнуть – ведь он проделал такую работу, которая не под силу даже самым отъявленным преступникам!
Он тихо вышел из дома и, крадучись, чтобы никто его не видел на улице, юркнул к себе во двор. Подойдя к коровнику, сунул руку в тайник, нащупал и вытащил оттуда нож, приготовленный для убийства, и за ненадобностью кинул в кусты. Вместо ножа в тайник засунул портмоне.
Убийца даже не заметил, как два внимательных глаза следят за ним из дома – это был его младший брат. Он уже почувствовал неладное, слышал выстрелы в доме соседей, но в силу малолетства воспринял происходящее по-детски несерьезно.
Убийца поел и отдыхал, лежа на диване. Настроение у него было приподнятое, он осознавал, что совершил нечто из ряда вон выходящее, теперь он что-то значит в жизни, с ним уже должны считаться эти «черные», которые собирают дань с торговых точек, он уже на порядок выше своего пропойцы-одноклассника… «И вообще, все очень круто получилось, как в фильме! – восторженно думал он про себя. – Теперь никто не сможет со мной разговаривать свысока».
В семь часов Ефремов был уже на месте. Он любовно поглаживал большой карабин. «Сейчас мы встретим твоего хозяина, смотри, не промахнись!» – разговаривал он с оружием.
Матвей пришел в полдевятого. Он задержался во дворе, хлопоча по хозяйству, и все поглядывал в окна, надеясь увидеть кого-либо из родных.
Совершенно истощенный от бессильной злобы, от того, что на его глазах так долго длится чудовищная трагедия, которую он не в силах пресечь, Владлен мысленно уже не пытался остановить отца. «Матвей, ступай домой, будь рядом со своими, они нуждаются в твоей поддержке хотя бы на том свете, без них дальнейшая жизнь для тебя уже не имеет смысла. А мы постараемся отомстить за тебя, за твоих детей… уже мстим», – едва слышно проговорил он.
Изверг, видя состояние Владлена, вновь опасливо отодвинулся от стола и продолжил.
Убийца лег на пол и приготовился стрелять. Первой целью были ноги Матвея – он должен умереть не сразу.
«Перед смертью ты увидишь меня, я посмеюсь тебе в лицо и покажу детей! А потом я тебя прикончу!» – такие мысли проносились в воспаленном мозгу изверга, пока он поджидал жертву.
Когда Матвей ступил в дом, прозвучали выстрелы. Мужчина упал с перебитыми ногами и потерял сознание. Когда очнулся, затуманенным взглядом смог разглядеть наклонившегося к нему и улыбающегося соседа.
– Степа, что ты здесь делаешь? Где дети?! – выдавил он из себя через силу, пытаясь не потерять вновь сознание.
Злодей утробно расхохотался и открыл дверь детской комнаты.
– Вот они, твои дети, все мертвые, жена твоя в чулане, тоже сдохшая!
Матвей издалека увидел груду тел в детской и закрыл глаза, теряя сознание.
Последнего выстрела он не почувствовал.
После совершенного злодеяния убийца с довольным видом, как хозяин, расхаживал по дому. Чувства его переполняли – он смог это сделать, теперь нет ненавистных соседей, жизнь изменится в лучшую сторону!
Закрыв веранду на замок, убийца покинул дом.
В час ночи Степан проснулся и посмотрел в окно. У соседей на веранде горел свет. Он сначала испугался, что кто-то уже находится дома и сейчас вызовет милицию. Но, понаблюдав немного, вспомнил, что днем сам включал свет на веранде, когда волок труп мамы в чулан. Злодей решил вернуться к соседям.
Когда он вышел из дома, от стука двери проснулась Варвара. Сердце ее колотилось, словно хотело выскочить из груди, дышать было трудно, ею овладело дурное предчувствие. Она тихо подкралась и заглянула в комнату сыновей – младший спал, а Степана на кровати не было. Варвара стала панически ходить по дому, необъяснимый страх охватил всю ее сущность. Проходя мимо окна, она обратила внимание, что у соседей ярко освещена веранда. Внутри веранды кто-то ходил, яркий свет четко отбрасывал силуэт человека на шторах. Она прильнула к окну и вдруг увидела его! Она узнала в этой тени своего сына. Он ходил по веранде, тень то увеличивалась, то уменьшалась… И это был ее сын! Женщина вскрикнула, повернулась, прижалась спиной к стене и тихо сползла на пол. Она все поняла: если ее сын находится у соседей, то случилось самое страшное, непоправимое.
Варвара вскочила, подбежала к младшему сыну и стала трясти его за плечи.
– Слава, вставай! Где Степа, куда он пошел?!
Мальчик непонимающе тер глаза, пытаясь проснуться.
– Не знаю, – наконец вымолвил он.
– Он находится у соседей, я только что видела его в окне! Что он там делает?!
– Он целый день был там, еще стрелял.
– Как стрелял, из чего стрелял?!
– Из ихнего ружья стрелял.
– В кого он стрелял?! Убил кого-нибудь?!
– Не знаю, но он принес кошелек оттуда.
– Какой кошелек?!
– Ихний кошелек.
– Где он сейчас, кошелек?!
– На двери хотона, он там его спрятал.
– Пойдем, покажи!
Варвара с сыном подошли к коровнику, Слава засунул руку в тайник и извлек портмоне.
– Вот, там документы и деньги.
– Откуда ты знаешь, что внутри?!
– Когда Степа прятал, я видел, потом тихонько взял и посмотрел.
Варвара схватила портмоне и выкинула на улицу.
– Нам чужого не надо. А ты молчи, этот кошелек ты не видел, если тебя спросят. Ты понял меня?!
– Да, мама, и про выстрелы не буду ничего говорить.
– Да, молчи!
Мать с сыном зашли в дом, Слава сразу лег спать, а Варвара осмотрела кровать Степана. Под матрацем она обнаружила сложенный лист плотной бумаги. Развернув его, Варвара увидела зловещий план убийства с пятью красными крестиками, которыми были перечеркнуты фигурки людей. Она порвала бумагу и бросила в печь. Затем легла на кровать и неподвижно лежала с открытыми глазами. Женщину трясло, она была мокрая от пота, тело сковал страх, она была не в силах даже поднять руки.
Варвара слышала, как зашел и лег Степан. Через некоторое время она заметила, что в комнате стало светло. Удивившись, что так быстро наступил рассвет, женщина с трудом поднялась с кровати и выглянула в окно.
Горел дом соседей.
После допроса Владлен, совершенно опустошенный от ужаса и бессильного гнева, велел увести арестованного.
Прежде тем, как его вывели из кабинета, убийца остановился и спросил Серова:
– Что, Саша, который в камере, тоже ваш?
Серов посмотрел на убийцу и зло усмехнулся.