Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 442)

– А когда подъезжали к горе, видел этот круг? – спросил Димов Владислава.

– Нет, не заметил. Скорее, круг уже был, просто я за разговором с Оксаной мог не обратить внимания. Получается, когда мы подъехали, человек там уже кружил. Как я не заметил его?! – Мужчина замолк, вспоминая ночные ужасы.

Опера, понимая, что Владислав к убийству непричастен, решили отпустить его домой и пока не беспокоить Оксану, которую, очевидно, врачи тоже после осмотра отпустили домой.

– Владислав, езжай домой, – сказал ему Владлен. – У тебя отморожены уши и щеки – если есть желание, заскочи в ожоговое отделение, пусть обработают и перебинтуют. Иначе долго будет заживать.

– Нет, сначала найду Оксану, а потом только в больницу, – запротестовал Владислав, которому предстояло объясниться со своей возлюбленной.

– Ну, давай, не унывай, найди свою красавицу, а мы остаемся искать убийцу твоего чудовища, – попрощались с ним опера. Какой-то налет сказочности надо было придать этому ночному происшествию, чтобы хоть немного приодобрить Владислава.

Когда тот покинул кабинет, Владлен обратился к Кокорину:

– Толя, поднимай свою агентуру. У тебя под бригадой «западных» есть же свой человек – ты сможешь его сейчас найти?

– Попробую, – Анатолий начал набирать номер телефона, – должен быть дома, он сейчас не пьет… – На том конце провода кто-то поднял трубку. – Алло, это я, надо срочно встретиться… Нет, до утра не терпит, одевайся и выходи, я подъеду. Минут через двадцать.

Спустя час Анатолий вернулся.

– С человеком встретился, – доложил он Владлену. – Интересная картина получается. В бригаде «западных» состоит Толя Житков, ты же его знаешь, спортсмен-каратист. Житкова в бригаду еще до Малика привел тот же Чехов – они вместе занимались карате. Как известно, Житков в городе держит ломбард. Помнишь, ближе к осени этот ломбард обокрали – вынесли почти все? После кражи пропали два охранника – именно их подозревали в этом преступлении. Они не здешние, откуда-то из Подмосковья. Так вот, отвечал за безопасность в бригаде Малик, он и подогнал этих охранников Житкову. Были разборки, которые закончились ничем. Житков нагонял на Малика за его охранников, которые его обокрали, подозревал, что Малик сам организовал кражу. Однажды в ресторане они даже подрались, но их быстро разняли. После этого они стали врагами.

– Так-так, а у Житкова ведь джип, – проговорил в задумчивости Владлен, – и роста он небольшого, сорок первый размер обуви ему как раз впору…

– Да, намечается работенка, – оживился Кокорин. – Ребят будем поднимать?

– Не стоит, – ответил Владлен, – уже полшестого, часика через три все и так придут на работу, пусть еще поспят. А тем временем мы с тобой проверим Житкова. Съездим к нему домой, адрес у меня где-то есть. – Он порылся в бумагах. – А вот и адресок, тут недалеко, по Лермонтова. Посетим его под видом того, что раскрыли кражу из его ломбарда. А застанем его дома – сразу и задержим. «Окружать» не будем.

«Окружать» – значит ходить вокруг да около, выслеживать, разнюхивать, проводить опросы соседей и прочие оперативные мероприятия, направленные на изучение личности и поведения подозреваемого, выявление его причастности к совершенному преступлению еще до его задержания. Это совершенно необходимые действия со стороны оперативных работников для изобличения опасных преступников, но Владлен часто пренебрегал ими. Из-за чрезмерной перестраховки и осторожничанья преступник нередко ускользал из рук. Оперская практика научила Димова, что действия с наскока, без особой подготовки более эффективны, чем долгая и нудная разработка преступника.

– Мы слишком переоцениваем своих оппонентов, – говорил он коллегам, тщательно разрабатывающим планы по задержанию подозреваемого. – Надо ставить себя на место преступника и думать как он. Они такие же люди, со своими слабостями и предпочтениями.

Вот и теперь Владлен собирался действовать напрямую, без особых прелюдий. Кокорин же, наоборот, был мастером разрабатывать блестящие операции и с успехом их реализовывал. Эти два опытных сыщика своими контрастными методами прекрасно дополняли друг друга, и оттого их работа всегда приносила отличные результаты.

– Я бы немного понаблюдал за Житковым, – Кокорин явно осторожничал, – втихаря исследовали бы протекторы его автомашины… Но раз решили, так решили. Идем!

Владлен от души был признателен верному другу.

Оставив дежурную машину за домом, чтобы подозреваемый ее не заметил, оперативники зашли в подъезд и позвонили в квартиру. Долго никто не отзывался. После нескольких настойчивых звонков сонный женский голос через закрытую дверь спросил:

– Кто такие?

– Мы из милиции, – ответил Кокорин, – посмотрите в глазок на мое удостоверение. Мы в отношении Анатолия, по его ломбарду, тут людей задержали, поэтому хотели с ним поговорить.

Услышав про ломбард, женщина тут же открыла дверь.

– Анатолия до сих пор нет, я звонила ему несколько раз, он не берет трубку, – пояснила она, зевая. – Я его жена, он часто приезжает под утро, обычно торчит в ресторане «Лена» со своими ребятами. Кого задержали-то по ломбарду?

– Бывших охранников, – ответил ей Кокорин, подавая визитную карточку. – Как подъедет домой, позвоните по этому номеру.

– Хорошо, передам. – И женщина закрыла дверь за оперативниками.

Когда спускались по лестнице, хлопнула входная дверь подъезда. Оперативники инстинктивно нащупали пистолеты, готовясь к непредвиденной ситуации. Навстречу им поднимался сам Житков! Увидев оперативников, а он их тоже хорошо знал в лицо, Житков побледнел. Он так и застыл на середине лестничного пролета, позволив оперативникам подойти к нему и застегнуть на его запястьях наручники.

– Ну, здравствуй, Анатолий. – Владлен взял его под локоть. – Где твоя машина?

– На улице. – Житков старался изобразить удивление. – А в чем дело?

– Сейчас все объясним, – Кокорин подхватил Житкова с другой стороны, – веди нас к машине. Где от нее ключи?

– В правом кармане. – Житков приподнял застегнутую наручниками руку, давая возможность Кокорину достать из кармана ключи.

Подойдя к машине, Кокорин обошел ее, осматривая колеса, и сказал только одно слово:

– Отлично!

Владлен понял, что протекторы шин соответствуют обнаруженным следам, и, облегченно вздохнув, велел Кокорину:

– Садись за руль, а мы с твоим тезкой сядем сзади.

Житков, видя, насколько уверенно и деловито ведут себя оперативники, понял, что у них нет ни малейшего сомнения в том, что он преступник, поэтому принялся продумывать варианты ответов на каверзные вопросы сыщиков. Понимал он и то, что отвертеться от этих тертых оперов вряд ли удастся, поэтому разрабатывал наиболее приемлемую версию произошедшего, чтобы максимально облегчить свою участь.

Прибыв в управление, Владлен завел Житкова в кабинет, а Кокорин остался в машине с намерением осмотреть ее со всех сторон.

В кабинете Димов предложил Житкову стул и поставил чайник. Житков сидел молча, ожидая вопросов, но сыщик спокойно занимался своими делами, словно задержанного и не было тут вовсе. Когда вскипел чайник, Владлен налил себе кофе и предложил Житкову, но тот отказался от угощения. Затем Владлен долго и с наслаждением пил кофе, все так же не обращая внимания на сидящего напротив. Наконец терпение Житкова лопнуло.

– Зачем меня сюда привезли? – спросил он допивающего кофе Димова. – Подозреваете меня в чем-то?

Владлен, ничего не ответив, налил себе вторую чашку. В это время в кабинет заглянул Кокорин.

– Влад, выйди в коридор, надо поговорить.

Димов пристегнул Житкова наручниками к батарее и вышел.

– Все отлично, – радостно встретил его Кокорин, – протекторы совпадают точь-в-точь. В кабине я обнаружил биту со следами крови и прилипшими волосами, на задней дверце брызги крови. Убийство совершил он!

– Давай вызывай следователя, – распорядился Владлен, – надо официально осмотреть машину, зафиксировать все следы преступления, изъять биту. А я поговорю со злодеем.

– Хорошо, я проскочу к нему на дежурной машине.

– Житков, какой у тебя размер обуви? – начал свой допрос Владлен.

– Сорок первый, а что? – Житков непонимающе посмотрел на него. – В чем меня подозреваете?

– Если я минут пятнадцать назад и подозревал тебя, то сейчас это чувство у меня пропало. Теперь я уже знаю, что ты убил Малика. И мотивы твои нам известны, поэтому, прежде чем отрицать причастность к преступлению, крепко подумай. От твоего первого допроса зависит, пойдешь ли ты в колонию на пятнадцать лет или получишь срок поменьше. Все зависит от тебя, а убийство мы тебе докажем, даже не сомневайся.

Житков сидел и молчал. По его лицу было видно, что внутри его одолевает буря противоречий – признаться или остаться в полном отказе. Он понял, что арест неизбежен, и прикидывал, как минимизировать последствия совершенного преступления.

Владлен продолжал:

– Если ты сейчас даешь полный расклад и признаёшься в убийстве, мы не будем глубоко копать всю твою подноготную – передадим тебя следователю, а там уж ты сам определяй свою судьбу. Если же выбираешь отказ, мы пойдем на принцип, тогда тебе мало не покажется. Эти ваши разборки нас сильно не волнуют, есть дела поважнее – убийства ни в чем не повинных людей, в том числе и детей. Нам бы этими делами заняться, а не вашей бандитской разборкой. Давай, Анатолий, думай быстрее, через час здесь появится следователь, тогда уже будет поздно.