Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 391)

– Во времена Сталина сюда пригоняли тысячи заключенных на добычу золота, строили Колымский тракт, – рассказывал Климов. – Пригоняли из Центральной России, с юга, этих неприспособленных к холоду людей загоняли в убогие бараки, они работали, выполняли план, поднимали страну. Столько народа здесь погибло!

Владлен невольно поежился, представляя плохо одетого южанина в стылом бараке, за стенами которого пятидесятиградусный мороз.

Соприкоснувшись непосредственно с местом трагической судьбы тысяч людей не столь далеких времен, Владлен ощутимо представил происходившее.

«Человек ко всему привыкает, но трудно представить, как тут выживали люди. – Владлена вдруг накрыла щемящая грусть. – Многие ведь не выдерживали, гибли».

Из грустного раздумья Владлена вывел громкий шепот Климова:

– А вот и хвостик за нами.

Владлен, привыкший сам устраивать за преступниками слежку, не стал судорожно оглядываться, дабы не выдать себя.

– Ты точно уверен? На таком безлюдном месте следить – себе навредить, – получилось у него в рифму.

Улучив момент, он все-таки боковым зрением выцепил на почтительном расстоянии человека, который следовал за ними. Чтобы удостовериться, они завернули в проулок, человек последовал за ними, вышли снова на улицу – он не отставал. Тогда решили действовать напролом – резко развернулись и двинулись навстречу преследователю. Тот поспешно юркнул во дворы. Когда прошли довольно далеко и оглянулись, то увидели торчащую над забором голову. Далее он не рискнул за ними следовать, осознав, что спалился. Вдоволь насмеявшись над доморощенной наружкой, Владлен и Климов отправились домой, а вечерний визит к Рогову отменили в целях конспирации.

После ужина Климов засобирался в гости.

– Семеныч, я схожу к своим одноклассникам, посидим, поговорим, заодно разведаю обстановку.

– Хорошо, только не пить, – строго предупредил Владлен. – Еще вот что: попозже, часикам к двенадцати, заскочи к Рогову, приведи его сюда – надо с ним обстоятельно потолковать. Только проверь, чтобы тот хвост к тебе не прицепился.

– Ну что вы, Семеныч, пока не закончили дело – ни грамма. А насчет Рогова – все сделаю по первому сорту.

«Молодец Эдуард, повезло мне с ним, – думал про Климова Владлен, отмечая его качества сыщика, – многие вопросы снимает без указания и напоминаний».

Ночью произошла долгожданная встреча друзей.

– Я жду-жду от вас вестей, знаю, что днем приехали, – радостно заговорил Рогов. – Не хотел светиться в отделе, Сомов приказал сопровождать вас только Тарасюку. Когда пришел Эдик, я так обрадовался…

Владлен обнял и крепко прижал к себе друга.

– Сколько лет мы с тобой не виделись? Года три, четыре? Не думал, что встретимся по такому поводу.

На Владлена нахлынули воспоминания былой бесшабашной молодости, он чуть было не прослезился. «Надо же, стареем, что ли, в сентиментальность ударяемся», – подумал он, тайком вытирая глаза.

Расположившись в большой комнате, они все вместе принялись обсуждать, с чего начать работу, на что обратить особое внимание, как нейтрализовать возможное противодействие со стороны Тарасюка, в общем, три опытных сыщика вели деловой разговор.

– Сегодня за нами следили, – сказал Владлен. – Нам не показалось, это действительно была слежка. Как думаешь, Валера, кто это мог сделать?

– Конечно, Тарасюк с ведома Сомова. У Тарасюка в отделении семеро человек, все мутные, я с ними не общаюсь. Да он и со стороны может кого-нибудь привлечь.

– Фейсов? – вставил вопрос Климов.

– Да нет, фейсы на это не пойдут, у них и сил таких нет. Они спецы где прослушать, где задержать с провокацией, опять же, по наводке Тарасюка. – Рогов немного подумал и добавил: – Есть у него здесь люди, которых он использует для этих целей, я имею в виду для наружки. И для провокации тоже – подбрасывает золото, а затем хлопает.

– Расскажи подробнее про провокации, как это происходит, – поинтересовался Владлен, чувствуя, что начинается самое главное, и, как опытный оперативник, пытаясь увязать эти провокации с убийством старателей.

– Со светомаскировкой у нас хреновато. – Климов вскочил со стула и задернул плотнее шторы, выключил лампы и включил торшер. – Так будет лучше, эти охламоны могут торчать под окном.

3

– Короче, слушайте внимательно, разговор будет долгий, – пообещал Рогов. – Все завертелось еще в начале девяностых. Здесь у нас фейсами руководил полковник Бахарев. Раньше же организация называлась ФСК, по-моему, потом же переименовали в ФСБ. Так вот, Бахарев, человек чрезвычайно умный и хитрый, держал район в ежовых рукавицах. Все золотари ему кланялись, боялись его как огня, не было человека, связанного с золотом, которого он не смог бы посадить. Кого-то миловал, кого-то казнил – все было в его власти. Тогда же в отделе милиции валютное подразделение возглавлял капитан Разумовский – человек чести, принципиальный милиционер. При таких разных подходах к борьбе с валютными преступлениями между Бахаревым и Разумовским произошел конфликт, который с каждым разом разрастался все сильнее. В это время у Разумовского в подчинении были я и Тарасюк, причем этот последний заместителем. И вот однажды мы узнаем, что у Разумовского в квартире фейсы проводят обыск. Потом его задержали, он просидел в изоляторе трое суток, вышел и написал рапорт на пенсию. Перед его отъездом из Северного я сидел с ним за бутылкой водки. Он плакал и рассказывал, что золото ему подбросили в форточку, подозревает в этом Тарасюка. Когда его задержали, Бахарев прямо говорил, что Тарасюк его человек. Он предложил Разумовскому выбор: либо его привлекут к уголовной ответственности и отправят на зону, либо он напишет рапорт на выход на пенсию. Разумовский вынужден был уйти с работы. Через несколько дней отделение возглавил Тарасюк. Я с ним работать не хотел сплелись в едином умысле извлекать прибыль из каждого грамма изъятого золота. Схема не такая уж и сложная. У Тарасюка постоянно имеются излишки золота, которые ни по каким учетам не проходят. Намыв за сезон золотишко, «хищники» за бесценок продают его Тарасюку. Справедливости ради можно сказать, что агентура у него действительно очень сильная. Он знает абсолютно все: где кто добывает, продает, – поэтому «хищники», которые заключили с ним сделку, боятся на стороне продавать золото. Иногда Тарасюк просто-напросто отбирает золото у неподконтрольных ему «хищников», не оформляя изъятие. Вот так у него скапливается незаконное золото в несколько килограммов, причем по мере расходования оно постоянно пополняется за счет тех же операций, о которых я говорил выше.

Рогов прихлебнул горячий чай, налитый Климовым, потянулся, сел удобнее на диван и продолжил рассказ:

– Когда у Тарасюка накапливается достаточно золота, он через свою агентуру начинает подыскивать денежных клиентов, готовых купить металл. Найдя такого клиента, Тарасюк под прикрытием фейсов засылает своего человека с золотом к покупателю. Клиент покупает золото, отдавая деньги засланному Тарасюком человеку, радостный, уже подсчитывает в голове прибыль от сделки, и в это время к нему заходят валютчики Тарасюка и фейсы, укладывают его на пол и оформляют протокол изъятия.

– А деньги куда деваются?! – воскликнул нетерпеливо Климов. – Кому они достаются?

– Погоди, до денег дойдем, – осадил его Рогов. – Затем несчастного везут в милицию, там Тарасюк обрисовывает все ужасы, которые предстоят человеку в будущем: следствие, суд, тюрьма, конфискация всего нажитого непосильным трудом. Но поскольку Тарасюк «очень добрый человек», он предлагает подозреваемому свою помощь, а именно: тот должен дать показания, что золото случайно нашел на улице и хранил у себя. Незаконное хранение не такое тяжкое преступление, суд реальный срок не дает, человеку грозит подписка о невыезде и условное наказание. О продавце же строго-настрого запрещено говорить, в противном случае – незаконное приобретение и сбыт, а это точно тюрьма. Несостоявшийся покупатель золота радостно соглашается на такую сделку. Милиция и ФСБ отчитываются об удачной операции и записывают в свой актив еще одно выявленное преступление в сфере незаконного оборота драгоценных металлов. История на этом не заканчивается, – интригующим тоном заметил Рогов, выпивая чай, – самое интересное начинается сейчас.

– Давай, не томи, время уже позднее, завтра тяжелый день, – поторопил рассказчика Владлен.

– Осталось немного, потерпите и дослушайте. Здесь пахнет такой коррупцией, размах которой трудно представить. Итак, – повел рассказ дальше Рогов, – продавец золота, засланный Тарасюком, получив деньги от покупателя, идет прямиком к фейсам и там дожидается Тарасюка и Бахарева. Эти приходят, забирают деньги у продавца и делят между собой – деньги огромные. На них Тарасюк кормит суд, прокурора района, Сомова, из аппарата МВД некоторых руководителей. Все довольны: показатели есть, интересы сторон соблюдены. Но и это не все, – продолжал интриговать Рогов.

– Что ж еще?! – воскликнул Владлен, пораженный рассказом Рогова.

– Когда у покупателя изымают золото, его располовинивают и добавляют муляжи золота из меди. Перед продажей этого делать нельзя, покупатель может проверить подлинность золота. Половину золота Тарасюк забирает себе, а разбодяженный металл идет как вещественное доказательство. Когда-нибудь потом отделят золото от меди, и все будут думать, что обвиняемый нашел уже разбавленное золото. Вот так из одной операции Тарасюк выуживает двойную прибыль. Затем история повторяется – находят нового покупателя, задержание, изъятие… Год назад Бахарев уволился на пенсию, живет в соседнем регионе, у него своя артель, он часто бывает здесь, общается с Тарасюком. Вместо Бахарева сюда откуда-то прислали некоего Башкова. С Бахаревым и Тарасюком у него прекрасные отношения, думаю, преступная схема осталась. Обращаться к кому-то тут, в районе, бесполезно, все повязаны, да и у вас в МВД сидят их люди, куда ни кинь – всюду клин. Теперь вы понимаете, в какую историю ввязались? Здесь очень опасно, почему вы приехали без своего следователя? В отношении вас могут быть провокации…