Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 222)
– Ох, как переживал Василий Игнатьевич по этому поводу, – сокрушенно вздохнула вдова, вытирая навернувшиеся слезы. – И кто же этот человек, который воспользовался его документами?
– Пока неясно. Мы попытаемся установить его личность, для чего объедем несколько городов, где в свое время жил этот неизвестный гражданин.
– Значит, он по паспорту моего мужа жил свыше тридцати лет? Как его за это время не поймали?
– Вот видите, иногда такое случается, – пожала плечами Черных. – Мы хотим поставить точку в его темной биографии. Анастасия Никандровна, напрягите, пожалуйста, память – откуда могли приехать те люди, которые в далеком сорок седьмом строили коровник в колхозе?
– Даже не берусь думать, – помотала головой женщина. – У нас в Белоруссии немцы перебили почти всех мужиков, рабочих рук мало, поэтому наезжали с Украины, могли из Молдавии… Нет, не могу точно сказать.
– А где похоронен Василий Игнатьевич?
– Здесь, в Бобруйске.
– Можете нас свозить на его могилу?
– Если это нужно, то пожалуйста. Автобусы туда ходят постоянно.
– Прежде чем поедем туда, я быстро допрошу вас, – предложила следователь.
– Как вам угодно, – вздохнула женщина.
По пути на кладбище Черных поинтересовалась:
– Анастасия Никандровна, где тут можно купить цветы? Хотим возложить на могиле героя.
– Возле кладбища имеются цветочные киоски, там и купите, – грустно улыбнулась она, незаметно смахнув слезу.
Могила фронтовика была ухоженной. Небольшой и простенький надгробный памятник из мраморной крошки, в цветнике живые цветы, на стеле без портрета бронзовыми буквами надпись:
Левчук Василий Игнатьевич
(15.02.1920 г. – 12.12.1979 г.)
– А вот тут все написано правильно, – тихо проговорила Черных, обняв вдову за плечи. – Он настоящий герой.
– В последний раз с детьми здесь были позавчера в День Победы, – объяснила она и, наклонившись, поправила цветы. – И внучата с нами были.
Настало время расставания. Черных, обняв женщину, заверила:
– Мы вам сообщим, когда установим личность этого человека, который так долго прикрывался именем вашего мужа. Со своей стороны обещаю, что по окончании следствия информирую здешний военкомат о том, что Василий Игнатьевич кристально честный человек, не замаранный никакими подозрениями, чтобы повторно инициировать присуждение ему звания Героя Советского Союза.
– Спасибо, доча, – не выдержав, заплакала женщина. – Вы мне пишите, я буду ждать от вас вестей.
Растроганный сыщик, немного поколебавшись, на прощание крепко обнял женщину.
– Напишем, Анастасия Никандровна, обязательно напишем. Вы только ждите и надейтесь, справедливость должна восторжествовать!
3
До Трускавца путники на междугородном автобусе добирались целый день. Прибыв к месту назначения ближе к полуночи, они устроились в гостинице и, усталые от дальней дороги, забыв об ужине, свалились спать.
Наутро, позавтракав в буфете сосиской с глазуньей, они встретились с прокурором города. Петр Богданович Семашко, немолодой мужчина, изучив командировочное удостоверение и план работы, по прямой связи вызвал своего помощника. Через минуту заглянул молодой парень и звонким голосом спросил:
– Петр Богданович, вызывали?
Познакомив его с прибывшими, прокурор приказал:
– Константин Львович, поступаете в распоряжение Марины Станиславовны. Найдите в архиве уголовное дело и готовьте его для передачи коллегам из Якутии.
Уже в кабинете у себя помощник прокурора, налив гостям чая, поинтересовался:
– Вы там передвигаетесь на оленях?
– Да что вы все привязались к этим оленям! – громко рассмеялась Черных. – Я их в глаза не видела, этих оленей. Вы для полноты картины еще скажите, что у нас по улицам ходят медведи.
– А что, не ходят? – вполне серьезно осведомился помощник. – Рассказывали, что ходят.
– Кто рассказывает-то такие небылицы? – улыбчиво спросил Соколов.
– У меня дядя долго жил в Якутии. Он рассказывал, что там мороз опускается до семидесяти градусов, и если в такое время ломом ударить по дереву, железо рассыпается как сосулька.
– Вы побольше слушайте своего дядьку, – не выдержав, расхохотался сыщик. – Эти байки я где-то уже слышал, и, по-моему, от украинца. Случайно, не ваш ли это дядя был?
Помощник смущенно махнул рукой и вышел из кабинета, на ходу бросив:
– Дам необходимые распоряжения, чтобы искали дело.
Оставшись вдвоем со следователем, Соколов подмигнул Черных и с сарказмом передразнил помощника:
– Деловой – «я дам необходимые распоряжения»!
– Молодой да ранний, – в ответ улыбнулась она. – И я была такой. Ничего, скоро заматереет.
Вскоре уголовное дело было обнаружено в архиве и лежало перед Черных. Она взяла его в руки и разочарованно протянула:
– Что-то тощенькое.
Изучив дело, на что ушло не более двадцати минут, Черных протянула его сыщику:
– Сергей, будешь смотреть?
– Нет, – мотнул он головой. – Вечером изучу в гостинице.
Положив документы в папку, Черных поинтересовалась у помощника:
– Константин Львович, санаторий «Шахтер» сейчас работает?
– А куда ему деться? Конечно, работает.
– Нам бы туда съездить.
– Нужна машина? Сейчас организуем.
Директор санатория, полноватый мужчина пятидесяти лет, одетый в широченный льняной костюм кремового цвета, принял гостей радушно и, бросая слащавые взгляды на Черных, познакомился:
– Мазур Семен Венедиктович. Чем вам обязан?
«Сердцеед хренов, не на ту замахнулся, – подумал сыщик, заметив интерес директора к следователю. – Не по Сеньке шапка!»
– Мы из Якутии, – представилась Черных. – Я – Марина Станиславовна, следователь прокуратуры. А моего коллегу зовут Сергей. Мы хотели поговорить с вами об одном случае, который произошел тут восемь лет назад. Вы в то время, случайно, не работали здесь?
– Боже мой, как давно это было! – закатил глаза директор. – Я тут работаю шестой год, до этого жил во Львове. А до меня тут директором был Решетняк, он сейчас живет в Киеве.
– Семен Венедиктович, с кем можно поговорить из старых работников?
– Из старых работников… – призадумался директор и поинтересовался: – Что вас интересует? Может быть, я помогу, мне известна история курорта.
– В семьдесят пятом году здесь произошло убийство, – стала объяснять Черных. – Женщина во время принятия минеральной ванны захлебнулась водой, вернее ей «помогли» захлебнуться. Был задержан человек, некто, назвавшийся Левчуком, но в конце концов его отпустили, закрыв уголовное дело. Я изучила материалы, меня интересуют работники санатория Левченко Мария и Коростелева Оксана. Они работают сейчас?
– Нет, – помотал головой директор. – Фамилии мне неизвестны. У меня двести двадцать работников, всех их я знаю пофамильно. Давайте я познакомлю вас со Светланой Леонидовной Кирюшко из отдела кадров, которая должна их знать, она работает здесь со дня открытия санатория.
– Было бы хорошо, – кивнула Черных. – Как нам ее найти?
– Я сейчас провожу вас к ней, – с готовностью ответил директор и услужливо поинтересовался: – Где вы остановились?
– В гостинице.