Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 142)

– Люди, смотрите, что вытворяет милиция! Больного человека увозят в тюрьму! Смотрите и запоминайте: я честный предприниматель и меценат, который попал под жернова репрессии! Тридцатые годы возвращаются!

Больные, сгрудившись возле сестринской комнаты, не проронили ни слова – за эти дни они прекрасно поняли, что из себя представляет этот самодовольный, беспредельно наглый и циничный пациент, раздавший всем врачам и сестрам детские новогодние подарки с подмороженными яблоками.

Как и ожидалось, Леший отказался признавать свою вину. Сидя в кабинете у следователя, он незаметно расковыривал свои раны от ожогов и щелчком пальца разбрызгивал кровь по стене (позже он попытается представить эту кровь как результат избиения его милиционерами).

Скандал случился со спиртным, которое преступник попробовал первый раз в жизни. Он потребовал у следователя лист бумаги, чтобы написать жалобу на имя прокурора. Следователь посадил его за свой стол и немного отвлекся. За день до этого он приехал из московской командировки, где ему передали презент для его начальника в виде дорогущего виски в литровой бутылке. Эту бутылку он поставил под стол, ожидая удобного случая, чтобы занести руководителю. Леший нащупал под столом бутылку, а затем, не будучи дураком, опустошил половину, вмиг превратившись в пьяную обезьяну (позже Леший пожалуется, что ему в рот заливали спирт). Растяпе-следователю пришлось долго отписываться в свое оправдание, он получил взбучку и от Чижова, который не раз предупреждал его о коварстве Лешего, а его начальник был крайне недоволен, что ему не донесли подарок от московских друзей.

Днем Чижову позвонил Шлаков:

– Олег Иванович, слышал, что вы задержали Лешего. Это правда?

– Да, Андрей Евграфович, задержали, – ответил сыщик с ухмылкой. – Даже уже арестовали.

– Уже арестовали?! – удивился прокурор. – Так быстро?

– А чего тянуть-то? – засмеялся опер. – Все доказательства у нас на руках.

– Надо полагать, вы постоянно слушали его телефон? – осторожно спросил прокурор.

– Конечно, Андрей Евграфович! – воскликнул Чижов. – Все его связи высветились как на ладони!

Прокурор, ничего не говоря, бросил трубку.

– Испугался, тварь, – процедил сквозь зубы сыщик. – Посмотрим, какие действия предпримешь дальше. Я готов.

Вернулась группа, проводившая обыск в доме Лешего (уж в который раз!).

– Олег, интересная картина вырисовывается, – доложил оперативник Ларин, специализирующийся на кражах. – Мы нашли кучу фиктивных договоров о вывозе стройматериалов со строек. Схема краж такова: Леший со своими рабочими ворует стройматериал. Если их задерживают, Леший объясняет милиции, что он является владельцем транспортной компании, заключившей договор с неким гражданином о вывозе стройматериалов. Милиция ищет этого гражданина и, естественно, не находит. Леший «сокрушается», что заказчик его обманул и подставил, и милиция вынуждена реальных воров отпустить. За два года он таким образом попался двенадцать раз, а попадается он только в одном случае из десяти, и, получается, что он полностью обворовал город.

– Покажи мне договоры, – протянул руку Чижов. – Кого он там вписывал?

Дойдя до середины, Чижов воскликнул:

– Габошвили Георгий! Это преступный авторитет из Москвы! Он два года назад приехал сюда на какие-то разборки, а через неделю нашли его труп без признаков криминала! Паспорт его не нашли?

– Ух ты! – удивился Ларин. – Нет, паспорта нет.

– Леший настолько уверовал в свою безнаказанность, что в фиктивные договоры вписывает имена убитых им людей. Или же он сам запутался, кого убил, а кого нет, – Чижов протянул документы Ларину. – Работайте по кражам, надо доказать ему побольше эпизодов. К убийству этого авторитета – а сердце мне подсказывает, что там убийство, – мы еще вернемся.

Ближе к ночи Чижову позвонил следователь прокуратуры Герасимов.

– Олег, работаете? Говорят, что задержали Лешего. Это правда?

– Да, уже арестовали.

– Молодцы, давно пора, сколько за ним трупов! Олег, будь осторожен. Я сегодня дежурю сутки и случайно узнал, что затевается нехорошее. Тут Шлаков собрал прокурора города Ефремова и нескольких следователей. Я ненароком услышал их разговор – Шлаков говорит, что Лешего в милиции побили, и поручил следователям изъять в каком-то кабинете кровь. Также говорит, что вы силой напоили Лешего водкой. Скоро группа следователей выедет к вам, тебя хотят арестовать в первую очередь за недозволенные методы следствия. Держитесь!

– Спасибо, друг, – поблагодарил Чижов следователя. – Я ожидал этого, и на этот счет у меня есть противоядие.

Немного подумав, посмотрев на часы, Чижов позвонил заместителю прокурора республики Мерзликину:

– Доброй ночи, Александр Петрович, – поприветствовал прокурора Чижов. – Извините за столь позднее беспокойство.

– Ничего, ничего, не сплю, жду твоего звонка, – ответил прокурор. – Как продвигается расследование?

– Все отлично, Александр Петрович! Только вот Шлаков собрал группу следователей во главе с прокурором города и хочет нагрянуть сюда, чтобы вызволить Лешего.

– А где этот Шлаков сейчас?

– В прокуратуре.

– Я его отстраняю от этого дела, сейчас же дам распоряжение! – решительно высказался Мерзликин. – Кстати, сегодня был на совещании у президента, и он сказал, что Леший всех строителей измучил своими кражами. Поднял меня и спросил, когда примем к нему меры, и я ответил, что уже приняли – арестовали. Президент был удивлен и очень доволен… Все, я отстраняю Шлакова, – напоследок повторил прокурор.

Через полчаса позвонил Герасимов и, смеясь, поинтересовался:

– Олег, что ты такое предпринял, что эти все разбежались, как тараканы, от Шлакова?

– Противоядие, – улыбнулся в трубку оперативник. – Путем проб и ошибок я нашел средство от смертельной отравы Лешего.

На следующий день арестовали двух рабочих Лешего и одну из его сожительниц, Карину, которая, оказывается, совершила кучу мошенничеств. Матвиенко же, которого Чижов хотел всеми силами отправить за решетку, вышел на свободу благодаря показанию жены, которая подтвердила, что в момент совершения преступления он находился рядом с ней и, соответственно, чист перед законом.

Вечером Матвиенко пришел домой, устало свалился на диван и спросил обеспокоенную супругу:

– Жена, есть что пожрать?

– Жрать ему подавай! – крикнула в ответ жена. – Подвел меня, пришлось следователю врать, что ты был со мной! Ты своей головой подумал, что ты натворил?!

– А что такого я натворил? – недоуменно посмотрел Матвиенко на свою жену.

– Он еще спрашивает! Ты в курсе, что я выдвинулась в депутаты, в администрации на меня делают ставку, люди подпряглись, а ты… Подвели еще и Глашу – она уже одной ногой была судьей, – Аишкин помог, а теперь все пропало!

– Это Глашу-то судьей? – усмехнулся Матвиенко. – В тюрьму ей давно пора, а не судействовать.

– Короче, будем жить вместе, но официально разводимся. Твоя фамилия меня компрометирует, – безапелляционно заявила жена.

– Развод и девичья фамилия? – усмехнулся муж. – Как хочешь! А поскольку я теперь свободный человек, пойду пить водку.

– Ну и скатертью дорога!

Так закончилось последнее преступление Лешего. Он уже надежно сидел в тюрьме за поджог склада Челищева и дачи Чижова. Поскольку Чижов был признан потерпевшим, его отстранили от дальнейшего расследования. А его коллеги-сыщики стали собирать по крупицам доказательства причастности Лешего к многочисленным убийствам.

Часть 8. Конец душегуба

В этот раз никто не мешал следователям, поэтому расследование уголовного дела было проведено в короткие сроки. Когда настал день суда, никто не заикнулся в защиту Лешего. Арестант отправлял послания своим бывшим покровителям с угрозой их разоблачения в случае, если они не вытащат его из тюрьмы, но все сделали вид, что в списке их друзей нет человека с фамилией «Леший».

Однажды Леший потребовал свидания с Чижовым. Перед оперативником он предстал еще более располневшим и обрюзгшим. «Видать, в тюрьме он не голодает, – промелькнуло у сыщика. – Глаша кормит его на убой…»

Увидев знакомого оперативника, Леший с распростертыми объятиями направился в его сторону с намерением обняться, но Чижов его резко осадил, оттолкнув от себя:

– Садись и говори, чего ты от меня хочешь?

– Олег Иванович, не держите на меня зла, – заискивающе улыбнулся Леший. – Мы же с вами всю жизнь идем рука об руку. Сколько раз судьба нас сводила вместе! Уже успели оба заматереть, пора бы подумать о покое и помириться.

– Допустим, идет, – усмехнулся оперативник. – Только пути наши разойдутся – ты убивать, а я расследовать. Горько жалею, что в первый раз, когда мы тебя поймали за кражу чорона Брежнева, не смогли тебя посадить. Может быть, ты бы сдох в колонии и не было бы столько трупов.

– Тогда бы меня не посадили, и не потому, что мне помогла бы Бедова, – тогда я даже и не подозревал о ее существовании. Просто у меня была бы первая судимость, отделался бы условным наказанием… А насчет убийств – вы мне докажите хотя бы одно, только потом бросайтесь такими словами.

– Докажем, не сомневайся. И запомни одно: никогда не ищи мира со мной, это исключено всей твоей поганой преступной жизнью, которой, надеюсь, наступил конец.

– Зря так говорите. Я же все равно выйду на свободу, – проговорил арестант, в глазах блеснула ярая ненависть.