Виталий Егоров – Избранные детективы Компиляция кн. 1-17 (страница 123)

Закончив с шинами, Чижов открыл багажник. Олейник наклонился и тихо шепнул Чижову:

– Есть краска! Машину надо изъять полностью. А теперь пойдем посмотрим контейнер.

Пока следователь осматривал контейнер, Чижов отделился от всех и с фонариком стал осматривать подъездную дорогу. На влажной земле обнаружились следы протектора, схожие с теми, которые были найдены возле трупа.

Ликуя, сыщик вернулся к контейнеру. Пристегнутый наручниками Леший стоял под охраной двух оперативников. Чижов подошел к Олейнику и тихо шепнул:

– Нашел похожие следы протектора. Буду искать те шины.

Олейник кивнул головой, продолжая делать свое дело. Сфотографировав все следы и изъяв вещественные доказательства, он распорядился:

– Контейнер тоже изымаем.

– Вы что, в своем уме?! – угрожающе высказался Леший. – Знаете, чей это контейнер? Ответственного работника министерства юстиции! Завтра он должен уже стоять у нее на даче!

– Как я понимаю, «у нее» – это у Бедовой? – усмехнулся Чижов.

– Смотрите, какой догадливый! – нервно воскликнул Леший. – Вы еще попросите у нее прощения.

– Ну это мы еще посмотрим, кто у кого будет просить прощения, – улыбнулся Чижов и приказал оперативникам, охранявшим Лешего: – Сажайте его в машину. И тех двух работников и женщину тоже. Здесь оставляем двоих оперов для охраны вещественных доказательств.

В прокуратуре Олейник взялся за допрос Лешего, а Чижов решил поговорить с рабочими.

– Как зовут тебя? – спросил он у небольшого роста мужика, одетого в толстую грубую робу.

– Сергей, Лихов фамилия моя.

– Что делаешь у Лешего?

– Работаю.

– Ну это понятно. Кем?

– Сварщиком.

– Вот как раз ты мне и нужен! – обрадованно воскликнул сыщик. Мужик испуганно глянул на Чижова, ожидая следующего вопроса. – Меня интересует контейнер. Ты приваривал трубу?

– Да.

– А когда это было?

– Неделю назад.

– А зачем?

– Юлиан Георгиевич приказал.

– С какой целью?

– Как он мне объяснил, он хочет там ставить машину и чтобы выхлопные газы выходили наружу.

– Ты прекрати выдумывать всякие сказки. Изнутри же труба заварена заподлицо, не на что надеть шланг. Что, газы должны выходить самотеком? Ты сам-то веришь в то, что говоришь?

– Я тоже об этом подумал, – сокрушенно выдохнул Лихов. – Но хозяину виднее… Он мне приказал так заварить.

– Когда последний раз видел Андрейченко?

– Позавчера днем. Он лежал больной, а потом хозяин позвал его в гости. Больше я его не видел.

– Так-так, значит, в гости. Зачем? Он часто ходил к нему в гости?

– Нет, в первый раз. Хозяин обещал ему «УАЗ» в счет зарплаты.

– Что за «УАЗ»?

– Новенький.

– Что-нибудь происходило возле контейнера прошлой ночью?

– Ничего… только «Волга» сильно газовала.

– Не ходил поглядеть?

– Нет. Хозяин без разрешения запрещает ночью выходить на улицу.

– На «Волге» колеса меняли?

– Да, я менял. Юлиан Георгиевич приказал снять колеса и поставить другие.

– А где те?

– Отвезли на базу.

– «Всесезонки»?

– Да, «всесезонки». Японские «бэушные».

– Вернемся к контейнеру. Кто-то видел, как ты приваривал трубу?

– Саша видел. Он мне помог, держал трубу, когда я варил изнутри.

– Сам себе и приготовил орудие смерти, – покачал головой сыщик. – Судьба-злодейка.

– Какой смерти? – осторожно переспросил Лихов. – Саньку убили?

– А ты не знал? Убили.

– А кто?

– Кто, кто – твой шеф!

– Как?

– В приготовленной твоими руками газовой камере.

– Неужели?.. – сварщик оторопело глянул на оперативника. – Я подозревал, что дело нечисто, но чтобы убить человека…

– А что ты удивляешься? Не знал, что он убил еще одного, но только не сел за то преступление?

– Еще одного? Кого-то из наших? Мирона?

– Кто такой Мирон?

– Работал здесь, у Юлиана Георгиевича, но уже два месяца как пропал.

– Как это произошло?

– Он жил в бараке. Утром встали, а его нет. Так и не нашелся.

– В милицию заявляли?

– А кто заявит-то? Он же бродяга.

– Что твой шеф хотел сделать с контейнером?

– Хотел с утра увезти его к этой бабе… как ее там…

– К Бедовой?