Виталий Эфф – Друг (страница 1)

Виталий Эфф

Друг

Глава 1

В тот год лето затеяло бой с осенью за Зареченск, наполнив последние дни августа духотой и запахом раскаленного асфальта. Серые пятиэтажки спальных районов все еще тонули в зеленом море листвы тополей и кленов, но кое-где уже появились первые рыжие пряди, то ли от уже несколько недель стоящей жары, то ли как предвестники наступающей осени.

Как обычно бывает, в этот период городок оживал. Днём улицы наполнялись звонкими криками и смехом вернувшихся из лагерей и деревень детей, время от времени разбавленными выкриками из открытых окон и балконов, призывающих обедать, спать или куда-то собираться.

Как, например, в магазин. Прилавки единственного в городе универмага “Детский мир” до закрытия атаковали мамаши с детьми. Примеряя туфли, ботинки, брюки, юбки и пиджаки. Расчеркивая на предусмотрительно приклеенных возле кассы листах, ручки. Выбирая пеналы, тетради и ранцы.

Глаза детей радостно горели, словно они впервые открыли для себя волшебный мир канцелярских товаров. Они напрочь забыли, как скоро будут ненавидеть домашние задания и контрольные, сейчас перед глазами только яркие тетради и карандаши, а в ожидании встречи с друзьями, которым нужно столько всего рассказать. Так много случилось за лето.

Именно в эти дни случилась история, которая навсегда изменила городок. Кому-то даже пришлось навсегда покинуть городок.

Этот ужас начался в жаркий пятничный день августа. Следующий понедельник уже "Первое сентября". Школьникам оставались считанные дни, чтобы отхватить последний кусочек лета.

День клонился к вечеру. Тень от обшарпанных домов уже накрывала большую часть двора, все ближе подкрадываясь к детской площадке. На самом краю теневой границы, напротив одной из одинаковых пятиэтажек, выстроилась троица ребят. На вид им было лет двенадцать. Задрав голову вверх, они всматривались в окна, ладонями прикрывая глаза от бликов солнца. Затем самый высокий из них сложил руки рупором и крикнул.

– Серый! Выходи!

– Сееерыыый! – поддержал его пухлый мальчишка в белой футболке, так сильно натянутой на его круглом животе, что казалось, сейчас ткань затрещит и лопнет.

На втором этаже распахнулось окно, и из него высунулась женщина с ярко-рыжими волосами, завитыми в мелкие кудряшки.

– Чего разорались, бестолочи?

Пацаны слегка опешили. Это был явно не Серый. Но затем самый высокий из них подал голос.

– Теть Тамара, а Серы… Сережка выйдет?

– Обедает он. Только и знаете, что носиться как оглашенные и орать.

Женщина закрыла окно, не удостоив озадаченную троицу ответом. Сидевшие на лавочке у подъезда старушки, обмахивающиеся сложенными в подобие веера газетами, одобрительно закивали и что-то зашамкали.

– Лан, пошли, ждать его что ли, – сказал высокий, смачно сплюнув на асфальт.

– Ну и х.. хрен с ним, – поддержал пухляш.

Безобидное ругательство далось ему фальшиво, но высокий одобрительно скривил рот в ухмылке, от чего пухлые щеки второго также довольно расплылись.

Высокий, а за ним и пухляш повернулись и зашагали через двор. Третий мальчишка остался на месте. Это был щуплый паренек в клетчатой рубашке и шортах до колен, край одной из гач был вымазан зеленкой, а под ней красовалась и причина такого попустительского отношения к вещам – большая ссадина, также густо окрашенная в зеленый.

– Погодите! – крикнул он.

– Чего еще? – ответил высокий, через плечо.

– Ща. Напишу где мы.

Мальчишка подобрал кусок штукатурки и стал выводить на асфальте буквы. Высокий и пухляш развернулись, подошли и с безразличным видом наблюдали за стараниями товарища.

“МЫ НА СТРОЙКЕ” – наконец закончил паренек.

– Всё? – спросил высокий, прищурив один глаз.

– Угу, – закивал клетчатый, отряхивая руки.

– Ну наконец-то, – высокий закрепил свое нетерпение плевком в надпись, попав точно в середину буквы “О”. – Пошли уже.

Троица пересекла детскую площадку. Высокий при этом подцепил носком кеда, выкатившийся на встречу резиновый мяч и, не внимая просьбам малышни “катнуть” обратно, запнул его далеко в заросли полыни. Малыши проводили его молчаливым взглядом, и лишь когда фигуры троицы значительно отдалились, отпустил вслед парочку оскорблений, предусмотрительно не повышая голос.

Стройка. Есть ли лучшая игровая площадка для пацанов? Тут и лабиринты недостроенных стен, и готовые бойницы для игры в войнушку, а если повезет, можно было найти кусочки карбида и соорудить самодельную бомбу или поджечь и долго смотреть на магический синий огонь. Рабочий день как раз закончился, строители разошлись, старый сторож наверняка спит в своем вагончике, а во временном заборе из досок и сетки вперемешку уже было столько ходов, что его даже перестали ремонтировать.

В одну из таких брешей и проникли трое пацанов, протиснувшись сквозь выломанные доски. Ненадолго задержались, спрятавшись в зарослях высокой травы, высматривая сторожа, и, убедившись, что путь свободен, отправились в недра недостроенной многоэтажки.

Полазили по лабиринтам подвалов, покидали камни в еще не застывший раствор бетона и наконец обнаружили место, где можно было задержаться подольше – большую кучу свежего песка. Разровняли небольшую площадку, начертили на нем круг и по очереди кидали в него перочинный ножик, отсекая сектора.

Высокий только что выдернул нож из земли и, держа его за лезвие, спросил.

– Чья очередь?

– Моя! – крикнул пухляш, протягивая руку.

– Макс, ты чё? Ты в линию попал! – возмутился пацан в клетчатой рубахе.

– Не звезди! – тот, кого назвали Максом, продолжал тянуть руку.

– Костя, ну правда! У него пропуск хода! – клетчатый уповал на справедливость, обращаясь к высокому.

– Так, Санёк, у тебя, похоже, предъявы к Максу? – ехидно сказал Костя. – Может, ты хочешь доказать по-пацански, что прав?

– Да пусть кидает, – опустив голову, почти шепотом сказал Санёк и махнул рукой.

Пухлое лицо Макса расплылось в довольной улыбке, став еще шире. Он взял нож и занес над кругом.

– Здарова, пацаны! – раздался звонкий, слегка картавый голос откуда-то сверху.

Рука Макса дрогнула, и нож воткнулся в песок вне круга.

– Несчитово! Помеха! – закричал он, хватая нож. – Серый – очканавт, чё орешь под руку?!

Пацаны задрали головы на звук голоса. На недостроенной стене стоял белобрысый мальчишка в очках, одна половина которых была заклеена белой картонкой.

– Че обзываешься? – обиженно ответил он. – У меня вон что есть. За это не получишь.

Серый, или Сережа, как назвали родители, вытащил из кармана спортивных штанов батончик в легко угадываемой каждым ребенком упаковке.

– Оооо, Сникерс! – тут же отозвался Макс, напрочь забыв про переброс. – Сорок восемь – мало просим! Давай, делись!

– Давай кати сюда, Серый, – подхватил Костя.

– Сейчас! – по голосу стало понятно, что Сережа шутил и поделится со всеми.

Он, конечно, с большей радостью разделил шоколадку с Сашкой – своим лучшим другом. Но этим летом они вместе остались в городе, как и Макс с Костей, и часто играли, можно сказать даже подружились. Хотя Костя и Макс были задиристые и, бывало, чересчур наглые, но зато в школе их побаивались во всей параллели и даже некоторые пацаны постарше, а это чего-то да стоило.

– Сейчас. Ждите, – повторил Сережа. – Я быстро.

Он повернулся, осматривая, где удобнее спуститься.

– Да ты прыгай. Тут песок свежий! – крикнул Костя, указывая на кучу.

– Нее, высоко, – неуверенно ответил Сережка.

– Да не дрейфь, – отозвался Костя. – Ща! Жди.

Он ловко вскарабкался на стену, перепрыгивая по торчащим выступам, и через несколько мгновений уже стоял рядом с Сережей.

– Дай-ка, – он протянул руку к батончику.

Сережа передал ему шоколадку. Открыв упаковку, Костя откусил приличный кусок и, пережевывая, крикнул Максу и Сашке, которые остались внизу.

– Короче, кто не прыгнет со стены, “Сникерс” не получает, – распорядился он. – Посмотрите, там кирпичей нет и нож заберите.

Ребята осмотрели кучу и, убедившись, что ни камней, ни кирпичей в ней нет, отошли в сторону.

– Чисто! Прыгай! – крикнул Макс.

Костя согнул ноги в коленях, несколько раз взмахнул руками взад-вперед и прыгнул в кучу с криком “Киияааа”, подражая героям китайских боевиков. Пятки его кедов погрузились в рыхлый песок, не удержавшись на ногах, он плюхнулся на задницу, но тут же сам поднялся и отряхнул штаны.

– Высший класс! – оценил он сам свой прыжок. – Ну чё? Слабо? Я сейчас еще раз прыгну и весь Сникерс зарубаю.