Виталий Дёмочка – Бывший (страница 40)

Ирина проводила его оценивающим взглядом.

— Да, — констатировала она, — турки мне нравятся. А кто может с ним познакомить?

— Ленка может… ну эта… Хелен… Ее брат с ним вместе в футбол играет за университет.

— О-о-о, — радостно протянула Ирина, — будущая звезда футбола?! Только че тут, два дня осталось до вылета. Давай уж после каникул. Все равно я сегодня с Шоном встречаюсь, а завтра сына уже забираю и буду собираться…

— Давай. Ну что, поехали, довезешь меня, — попросила подруга, и они тронулись с места. Джон и Уэйн последовали за ними на расстоянии. — А там дома у тебя есть кто-нибудь?

— Нету, — с явным сожалением ответила Ирина. — Бывший любимый в Москву уехал. Да и ему все равно тридцать пять уже вот недавно исполнилось…

— Ну-у, это же самый расцвет для мужчин?! — возразила подруга. — Зато, смотри, как хорошо, в Лондоне есть, в Москве тоже был бы. Все равно же через Москву летаешь? Ну и дома хоть какой-никакой, а мужик.

Ирина вспомнила, каких ей усилий стоило забыть своего бывшего возлюбленного, и сразу отогнала эту мысль. Больше она не хотела его даже вспоминать, боясь, что чувства опять захлестнут ее.

— Нет, — решительно ответила она. — В Москве мне не надо. А вот дома у меня там есть один мальчик, сейчас ему уже восемнадцать должно исполниться. Подрос уже.

— Ты все по малолеткам? — засмеялась Лола.

— Ну да, — тоже засмеялась Ирина, — меня это уже возбуждает. А тот за мной еще два года назад бегал, когда я у него в классе практику от института проходила. Просто тогда он еще сильно уж маленький был. Имя, правда, дебильное, Егор. Но сам ниче такой. Приеду посмотрю, какой он стал.

— Нуты молодец. Может тоже попробовать с малолетними покрутить? — все еще смеялась Лола и вдруг замахала руками. — Ой, останови, останови! Вон Стив едет, я с ним доеду. Все, пока, созвонимся…

Она выскочила почти на ходу и побежала к другой машине. Джон и Уэйн, дослушав перевод до конца, молча переглянулись. Как всегда они поняли друг друга без слов, и Джон полез в лежащий на заднем сиденье чемодан и стал перебирать в нем различные приборы.

Такого варианта автомобильного секса они, конечно, не предусмотрели и батарея микрокамеры, которую Джон выудил со дна чемодана, оказалась незаряженной.

— Бери кеб и быстро в магазин, я за ней! А то вдруг она не домой поедет?! — скомандовал Уэйн и остановил машину.

Друзья, конечно, знали примерный распорядок дня Ирины и надеялись, что у них будет достаточно времени установить камеру в ее машине, ведь она обычно выезжает уже по темноте. Но так же они понимали и то, что сегодня у них единственный шанс выполнить заказ Андрея быстро и поэтому даже немного волновались.

Когда жена Бандеры заходила в квартиру, он крепко спал, опять приняв снотворное. Прошли уже почти сутки, как он уснул, и она хотела разбудить его хотя бы пообедать, но не решалась.

Вообще странное поведение мужа уже давно внушало опасение, с самого момента ее прилета, когда он проспал ее самолет и не встретил. Поэтому она тайком взяла одну таблетку из тех, что он принимал, и свозила ее в клинику на экспертизу. Сейчас она возвращалась оттуда уже более спокойно, чем когда ехала туда. Лекарство оказалось действительно обычным снотворным, а не тем, о чем она даже боялась подумать. Но беспокойство тем не менее не прошло. Оставалось непонятным, почему здоровый человек, да еще и с большими творческими планами ничего не делает, а только спит целыми днями, употребляя снотворное.

Зазвонил его мобильный, и она ответила по нему. Сейчас Бандере нечего было скрывать от жены и он просил ее брать его мобильный с собой и отвечать на звонки, пока он спит. Но в этот раз она решила его разбудить, чтобы он хоть немного поел, тем более, что и повод был серьезный.

— Виталя, проснись. Слышишь? Вставай! — толкала она его и совала телефон в руку. — На, ответь. Из Лондона звонят, на, поговори.

Виталий ворчал и отворачивался от нее, но как только услышал, что из Лондона, сразу вскочил и вырвал у нее трубку.

— Да, я слушаю.

Довольная, что повод оказался удачным, Ирина сразу пошла на кухню. Но когда она прикатила к кровати маленький столик с обедом, он, не отрываясь от телефона, очень строго на нее посмотрел и даже сделал нервный жест, чтобы убрала его обратно.

По телефону он разговаривал с продюсером «Channel Four» Лианой. Она принимала участие в монтаже их документального фильма, показ которого они уже запланировали на март месяц, и задавала Виталию те вопросы, которые забыла задать, когда приезжала.

Ирина видела, что муж разговаривал то телефону с явной неохотой и даже был зол. Она не стала нарываться и молча укатила столик обратно на кухню, жалея уже что все-таки разбудила его. А когда он закончил разговор, то позвал ее и строго сказал:

— Я же тебя просил, разбудить меня, только если позвонит Андрей.

— Но ведь из Лондона же звонят? — пыталась оправдаться жена.

— Да хоть из Вашингтона! — зло проговорил Виталий. Ирина не стала перечить и молча удалилась на кухню. Он положил голову обратно на подушку, но тут же поднял ее и, взяв телефон, посмотрел список отвеченных вызовов. Среди них оказался телефон дяди Миши.

— Ира! — позвал он жену. — Гена звонил, что говорил?

— Ничего не говорил, я всем сказала, что ты перезвонишь. Было бы что-то срочное, он бы сказал, наверное?

На всякий случай, Виталий решил перезвонить сразу. Дядю Мишу ведь могла и совесть загрызть, и он мог сказать ему что-то интересное. В глубине души Виталий понимал, почему Геннадий не стал говорить ему о случившемся в Лондоне, и даже испытывал к нему некоторую благодарность. Если бы он не догадался про то, кто был у дяди Миши переводчиком в разговорах с английскими Шерлоками Холмсами, то ничего бы сейчас не знал про Ирину и жил бы себе спокойно, не принимая снотворного.

— Здорово, бандит, — голос Геннадия в трубке звучал невесело. — Ну что, все же решил выйти на большую дорогу?

— Не-ет, — протянул Бандера. — С чего ты взял? Я дома сижу. Сплю.

— Тогда кто там, на трассе? Ученики твои?

— Что случилось, Ген? — догадался Виталий.

— А ты как бы не знаешь, что случилось, да? — голос Геннадия звучал с до боли знакомой издевательской иронией.

Самый распространенный давным-давно прием всех спецслужб «брать на пушку» частенько применялся и братками, и бизнесменами, и даже простыми людьми. Бандера даже уже хотел было ответить знаменитой фразой «не бери на понт, начальник», потому что точно знал, что если где-то что-то и случилось, то уж точно без его участия. Но подумал о том, что дядя Миша мог такую фразу воспринять и в штыки, ведь их отношения не были еще настолько дружескими, чтоб уже можно было так шутить между собой. Поэтому он сказал просто:

— Я не при делах, Ген. Отвечаю. Можешь даже и не говорить, что там где произошло. Я сплю уже сутки, даже больше. Болею.

— Час назад у моего хорошего друга из органов угнали тачку на Машкинском шоссе. Чуть-чуть не доехал до Новогорска. Угнали один в один, как в твоем фильме, багажник захлопнул, и машина сама уехала. Он даже побежал за ней. Когда мне рассказал, я опупел, сразу про тебя подумал.

— А останавливался перед этим где? — спросил Бандера.

— Возле «Меги». Пока отоваривался, там и подложили. Тут раньше этим способом никто не дергал тачки. Понимаешь, почему я о тебе подумал? Если ты в курсах, надо вернуть этому человеку машину и, самое главное, то, что в ней было. С меня вознаграждение. Очень приличное.

— Да не при делах я, Ген, — повторил Бандера. — Чтобы так работать, не обязательно быть моим близким или знакомым. По ходу братва тут уже тоже научилась, фильм-то гуляет. Чтобы таких вопросов в мою сторону больше не было, ты просвети всех, кто тебе дорог, об этих вариантах угона. Или фильм дай им всем посмотреть, сами все поймут.

— Ладно, — сказал Геннадий немного помолчав, — поправляйся. Чем ты там болеешь? Я попрозваниваю тут еще народ, может, кто в курсе?

Положив трубку, Бандера улыбнулся, он был доволен: «Жаль, конечно, что это пострадал не кто-нибудь из руководства Рен ТВ или «Первого канала», ной мент тоже хорошо. Или из каких он там органов, Гена говорил? Хотя какая разница? Пусть балбесы поймут, что этот фильм нужно было не запрещать, а наоборот, рекомендовать и самим внимательно смотреть. Тогда бы и машина на месте осталась. Или что там у него в ней ценного было?»

С этими приятными мыслями Бандера выпил еще таблетку снотворного и улегся в постель поудобнее. Уже давно он не засыпал в хорошем настроении, даже боль в груди из-за Ириски немного поутихла.

Уэйн Блэк наблюдал на экране телевизора как Ирина страстно целовалась со своим молодым другом и однокурсником по университету Шоном. Продолжалось это уже довольно долго, видимо, ей очень это нравилось. Они присосались друг к другу сразу же как только остановились, без всяких прелюдий. Разговаривали они только пока ехали.

Вернулся и сел в машину Уэйна Джон. Он ходил проверить, нельзя ли как-нибудь включить тот фонарь, под которым Ирина остановила свою машину. Это был единственный фонарь, из всех в этом районе набережной, который не горел, и остановилась она именно под ним неслучайно.

Сев на сиденье, он отрицательно покачал головой на немой вопрос Уэйна и сказал:

— Там скорее всего лампа сгорела. А вообще нам неплохо было бы изучить эту систему освещения, а то я даже не знаю, что делать. А эти все целуются? — он кивнул на экран.