Виталий Держапольский – Общага 90-е. Часть первая (страница 49)

— Сергей… можно тебя на пару слов?

- Можно Машку за ляшку! — Выдал я кусок глупой пошлятины, а после пьяно заржал. — Филиппыч, для тебя ничего не жалко!

Майор технично вытащил меня из-за стола и увел в дом, где аккуратно усадил на диван.

- Закуришь? — Я икнул, откинулся на спинку кресла и уставился мутным взглядом на маячившего передо мной мента.

Зябликов кивнул.

- Держи! — Я материализовал в руке сразу две тлеющих сигареты, одну из которых протянул майору.

Он вцепился в нее дрожащей рукой и глубоко затянулся. На пол упал длинный столбик пепла.

- У-у-у! — даже для моих затуманенных алкоголем мозгов стало понятно, что с майором происходит что-то неладное. — Филиппыч, проблемы?

Зябликов удрученно кивнул, продолжая нервно затягиваться, не замечая, что сигарета прогорела до фильтра и начала обжигать ему пальцы.

- Все так серьезно?

Он вновь кивнул и выдавил:

— Капец, как серьезно! Жену…

- Чего? — не дослушав, перебил я его. — Хочешь сказать, что она опять заболела?

— Нет, — мотнул головой Зябликов. — С этим как раз все в порядке…

- Тогда чего ты такой… — Я затупил, стараясь подобрать определение. — Дерганый, как паралитик?

— Её похитили! — решительно выдохнул майор. — И эта сука требует, чтобы я привез к нему того волшебника, что излечил её от рака! Иначе… — Зябликов сглотнул, — он будет присылать мне её… по частям…

Глава 25

Я непонимающе пялился на Зябликова, пытаясь осознать сквозь шум в голове, ту новость, что он только что сообщил:

- Погоди, как по частям?

— А так, — взвинчено произнес майор, — если я не приведу тебя на встречу сегодня — этот на голову больной отморозок отрежет ей палец! Который пришлет мне… Если не приведу завтра — два пальца! Два, Вадимыч, два! Если не приведу послезавтра — три! — Степан Филиппович уже кричал. Его лицо покраснело, а глаза налились кровью. — Если он, сука, её хоть пальцем тронет, я сам его на куски порву!

- Так, стопэ, Филиппыч! — остановил я трясущегося мелкой дрожью майора. — Нервами тут делу не поможешь! Давай по порядку, только с толком и с расстановкой! Сам знаешь мои умственные способности в таком вот ужаленном состоянии! Давай, успокоился! Я тебе могу пообещать, что ничего страшного с твоей супругой не случится…

— Реально обещаешь, Вадимыч? — Зябликов посмотрел на меня взглядом полным слез и надежды.

- Реально, Филиппыч! — Я качнул головой. — Бля, ну че же меня так прет-то? Чувствую, что кому-то сегодня сильно не поздоровится! — Рассказывай, как дело было! — потребовал я.

— Да-да, — покивал головой майор. — Когда подтвердилась информация, что у моей благоверной нет больше рака, все врачи на уши встали. Понимаешь, её ничего спасти не могло… кроме настоящего чуда…

- Дальше рассказывай, пока меня окончательно не разморило! — поторопил я его, чувствую, что все вокруг потихоньку закручивается хороводом. Потолок, стены, мебель — все плыло перед глазами, постепенно ускоряясь. Принял я, конечно, в этот разнеслабо.

— Хорошо, — вновь согласно кивнул Зябликов и продолжил. — Вместе с моей на процедуры старушка одна ходила — мать товарища одного из городского партаппарата. Так-то должность у этого говнюка не слишком-то большая, но случилось так, что падла эта многим у нас рулит… И чинуши повыше рангом на него пасть не разевают… Маленький, незаметный человечек… У меня корешок в КГБ верный есть, так вот он мне по большому секрету сообщил, что под этим человечком еще с семидесятых и проституция, и наркота, и катраны… Сейчас торговлю японскими тачками наладить хочет… Но сам не светится, все через посредников: где шишки повыше, где уголовники…

- Понятно, типа Серый кардинал? — уточнил я.

— Типа того, — согласился Зябликов. — Так вот у матери его тоже рак… Ну а после того, как узнали, что Люба излечилась… Он её и похитил…

- Ты точно уверен, что это он?

— Еще бы! — воскликнул майор, сжимая кулаки. — Этот урод мне сам позвонил… — Он скрипнул зубами, а желваки на его скулах заходили ходуном.

- И что потребовал? — заинтересованно протянул я. — Вернее, как объяснил свои требования?

— Сказал, что хочет встретиться с тем, кто вылечил мою жену. Я сказал, что не понимаю, о чем он… Тогда он сказал, что у него есть какая-то бабка-колдунья, типа, сильный экстрасенс, определившая вмешательство в судьбу моей жены какой-то высшей силы…

- Прямо так и сказал — высшей силы? — уточнил я.

— Прямым тестом! — кивнул Зябликов. — Ну и если я попробую хотя бы рыпнуться…

- Я понял, Филиппыч, — я выдернул из воздуха еще пару раскуренных сигарет, — будем посмотреть на этого наглого засранца. Куда ехать, знаешь?

Зябликов удрученно кивнул.

- Не ссы, майор, накажем мы твоего обидчика, чтобы впредь неповадно было! Мне уже самого невтерпеж на него взглянуть. Ты годов насладиться местью, ментяра?

— Еще как готов! — недобро ухмыльнулся Зябликов, и его шикарные усы воинственно встопорщились.

- Вот, зафиксируйся, Филиппыч! — загоготал я. — Вот таким должен быть настоящий мент! Да… — неожиданно вспомнил я, сколько вискаря выдул майор. — Машину вести сможешь? Или подлечить?

— Раз плюнуть! — заявил майор.

- Тогда полетели! — произнес я, направляясь к выходу. — Только я еще дерну, чтобы градус не упал.

— Так у меня в машине еще есть, — сообщил Степан Филиппович.

- Молодец, что хорошо подготовился! — похвалил я мента. — Погнали наши городских!

Мы вывалились на улицу, и подошли к столу. Пацаны, что-то до этого громко обсуждавшие, неожиданно замолкли.

- Это, пацаны, — произнес я, наливая полную кружку вискаря, — мы тут с майором по кое-каким делам съездим… Так что — не теряйте! — И я залпом всадил полную кружку бухла.

Патлас даже икнул от изумления. А после, в полнейшей тишине мы загрузились в волжанку майора и выехали со двора.

- Эгей, давай залетные! — заорал я во всю глотку, высунувшись из окна, когда Филиппыч выскочил на дорогу. — Дави на газ, родной!

Волжанка подпрыгнула, словно пришпоренная лошадь и стремительно понеслась по дороге. Под визг дымящихся покрышек мы выскочили на Ленинскую и понеслись в сторону Океанского проспекта, где разогнались до действительно охренительной скорости — стрелка спидометра уперлась в максимальное значение 140 км/ч и возвращаться оттуда не желала.

— Эта падла за городом обитает, — сообщил мне Зябликов, выжимающий из машины все, что только можно было выдавить из этой колымаги.

- Красиво жить не запретишь… — философски заметил я, вальяжно разваливаясь на переднем сиденье.

Мы проскочили город за считанные минуты и выехали на загородную трассу. Осталась позади Заря и Океанская, а впереди замаячил стационарный пост ГАИ, что располагался возле ботанического сада. Мы пролетели мимо поста на всех парах и не снижая скорости, чихая на охреневших от такой наглости ГАИшников, что пытались махать перед нами своими полосатыми палками. Но, к моему изумлению никакого воя сирен и погони за нами не наблюдалось.

— Похоже, что номер все-таки разглядели, — произнес Зябликов. — Машина служебная… Скоро приедем, — сообщил он, когда мы проскочили ростральную колонну с парусником на вершине и памятник моряку, с поднятой рукой.

Через пару километров майор свернул с трассы, и мы с разгона влетели на узкую дорожку, ведущую куда-то вглубь елового леса. Где-то через километр мы уткнулись в перегораживающий дорогу шлагбаум с парой охранников, упакованных, невзирая на жару, в черные кожанки. Судя по наглым бандитским рожам, охранники явно имели в прошлом большие проблемы с законом. Но меня это нисколько не волновало.

— Куда прете, терпилы? — грубо поинтересовался один из них, почесав заросшей недельной щетиной подбородок. — Не видите — проезда нет! Разворачивайте свой корч и валите отсюда нахер!

— Мы к… — хотел ответить майор, но я его перебил.

- А зачем так грубо, уважаемый? — излишне уважительно и слащаво произнес я. — Можно бы и повежливее к незнакомцам, тогда и люди к вам потянутся!

— Ты глянь, Трёха, — окликнул напарника бандит, — сопляк совсем рамсы попутал!

— Ты чего, малец, бессмертный чёль? — К машине подошел второй охранник и бесцеремонно засунул голову в салон, едва не уткнувшись мне носом в лицо.

- Ну, типа того, — спокойно ответил я, обдавая охранника непередаваемым букетом дорогого импортного вискаря.

— Сука, Парамон, да они бухие в жопу, — смеясь, фыркнул Треха, вытаскивая голову из «форточки».

— А, тогда понятно, отчего они такие смелые, — расхохотался Парамон, вынимая откуда-то из-под куртки пистолет. — Сейчас каждому по коленной чашечке прострелим — посмотрим, как запоют!

- А разве мы тебе враги? — проникновенно глядя в глаза бандита, произнес я.

Тот, к великому изумлению Зябликова послушно мотнул головой:

— Нет.

- Тогда шлагбаум подними, а я тебе укажу настоящего врага, — пообещал я.