Виталий Берёзкин – Сигма СПЕЦНАЗ ФПС ФСБ России (страница 2)
Во-вторых, новое подразделение должно было работать на всей территории России, от него требовалась высокая мобильность. Поэтому я предложил разместить его на базе специального авиаотряда ФПС в Шереметьево. Здесь мы вместе с Сергеем Осотовым, который занимался формированием взводов разведки и групп специальной разведки, подобрали подходящую казарму и заняли этаж. Потом пришел еще один офицер – Веремчук Виталий Алексеевич, вместе с которым мы выполняли абсолютно все управленческие функции – от командира до начальника финансовой службы. Казарма требовала ремонта. А финансирование в то время было скудным. Но постепенно ее удалось отремонтировать, и группа стала комплектоваться личным составом».
Комплектование
В апреле-мае 1995 года началось комплектование. Главное в любом спецподразделении – люди. Причем не просто хорошие спецы, а фанатично преданные делу. Именно они и задают тон в подразделении. Особенностью «Сигмы» было то, что согласно штатному расписанию служить в ней должны были только офицеры и прапорщики. Вот что рассказал об этом периоде первый командир «Сигмы» подполковник Игорь Митрофанов:
«Штат московского подразделения группы «С» составлял 89 человек, а краснодарского подразделения – 30 сотрудников. Была также идея создать подразделение «С» в Хабаровске, но в процессе формирования я сам убедил Беспалова в том, что на Дальнем Востоке создавать такое подразделение нецелесообразно. Прежде всего по причине материальных затруднений, которые оказывали серьезное влияние на процесс формирования подразделений в Москве и Краснодаре.
Отбор в группу шел на основе требований, разработанных совместно с военно-медицинским управлением. Также были разработаны тесты физической кондиции кандидатов.
Из группы «А» пришло семь человек. Это был костяк создававшейся «Сигмы». В «Альфе» они не занимали руководящих постов, однако я рискнул назначить их на руководящие должности в нашем подразделении. Также пришли ребята из Федеральной службы охраны, из МЧС и из воинских подразделений. В то время люди увольнялись из Вооруженных сил и других силовых структур, пробовали себя на гражданке, но, поняв, что она не для них, снова возвращались служить.
Отбирали людей исключительно по рекомендации сотрудников спецподразделений. Искали кандидатов в голицынском училище, а также среди пограничников. Но руководство тут же поставило ограничения – из училища и из действующих пограничных подразделений людей не брать. Почему, не знаю до сих пор.
Правда, мне удалось частично обойти эти запреты, и я подтянул в группу одного выпускника училища и двух офицеров ФПС. Были остро нужны специалисты, знающие пограничную службу.
Параллельно формировалось подразделение «Сигмы» и в Краснодаре. Его удалось укомплектовать намного проще в связи с тем, что в Казахстане и Узбекистане были расформированы региональные подразделения группы «А», и русские офицеры стали оттуда уезжать в Россию. Краснодар им был привычнее по климату, и они с радостью шли служить в наше подразделение. Пришедшие офицеры спецназа имели опыт специальных действий и хорошую физическую подготовку, и для завершения курсов их квалификации нужна была лишь пограничная подготовка».
Первая командировка
Первая командировка выпала «сигмовцам» в Дагестан.
Вспоминает Игорь Митрофанов: «15 июля 1995 года директор ФПС направил нашу группу в первую командировку на Кавказ. К этому времени в московском подразделении было около 15 человек, в краснодарском – человек десять. Основной задачей командировки было проведение боевого сглаживания, проверка возможностей группы по выполнению поставленных задач. В Дагестан мы вылетели без оружия и снаряжения, в гражданской одежде. Всем необходимым нас должен был обеспечить на месте Каспийский пограничный отряд. Здесь мы получили камуфляж и оружие. Снаряжение изготовили сами в течение двух недель, проявляя чудеса рукоделия.
Перед нами стояла задача провести стажировку на границе Чечни и Дагестана, так как обеспечение безопасности этой административной границы было поручено погранвойскам.
На начальном этапе командировки мы решали задачи физической подготовки, совершая марш-броски в горных условиях, приводили оружие к нормальному бою и выполняли упражнения учебных стрельб.
Когда задачи начального периода командировки были в целом выполнены, я провел боевую стажировку. Для этого мы вылетели в район населенного пункта Дылым и разместились на базе пограничной мотоманевренной группы. Здесь мы провели несколько выходов на границу для патрулирования и ведения разведки. Однако наше появление в районе не осталось без внимания разведки чеченских боевиков. Мы прибыли на вертолетах и отличались внешне от местных пограничников ММГ. За нами сразу было установлено наблюдение, поэтому, чтобы скрыть наш выход, мы покинули расположение ночью. Обнаружив наше отсутствие утром, наблюдатели пришли в недоумение. Мы же тем временем вышли к границе и далее, не скрываясь, совершили суточный марш вдоль нее. В этот раз мерам маскировки мы уделяли минимум внимания, поскольку мне надо было понять возможности подразделения и маршевую втянутость бойцов. Эта командировка помогла понять, что мы находимся на верном пути.
Глава 3. Программа подготовки и вооружение «Сигмы»
Программу подготовки новый командир разрабатывал сам. Это было нечто среднее между программой подготовки пограничников и подразделений антитеррора.
В планах было и создание на базе группы «С» единого учебного центра спецназа погранвойск, где была бы отработана программа подготовки личного состава для всех пограничных спецподразделений, включая взводы и группы. Офицеры много работали над созданием и развитием тактических приемов для спецназа погранвойск, которые бы позволяли успешно решать стоящие перед ними специфические задачи, которые ранее не решал никто.
Вооружение у «сигмовцев» в ту пору было обычное стрелковое. После первой командировки в группу поступили пистолеты ПМ, автоматы АК-74 с подствольными гранатометами ГП-25, снайперские винтовки СВД, пулеметы ПКМ. На начальном этапе спецвооружения не было. По указанию директора ФПС командир группы с начальником вооружения выехали в Климовский ЦНИИ «Точмаш». После их поездки была организована выставка вооружения. Осмотрев представленные образцы, генерал Николаев дал указания на поставку в группу спецоружия. Так в «Сигме» появились автоматы «Вал» и снайперские винтовки «Винторез».
Создание взводов разведки и групп спецразведки
Формирование взводов и групп специальной разведки было поручено подполковнику Сергею Ососову, имевшему опыт боевых действий в Афганистане, где он служил в 350-м гвардейском парашютно-десантном полку 103 вдд. Численность взвода составляла до 30 человек. Все они были прапорщиками. Единственным офицером был командир.
Личный состав взводов отбирали из контрактников, которые ранее проходили службу в ВДВ, морской пехоте и также пограничных войсках. Отбор проводил лично, особое внимание обращал на морально-волевые качества. Отобранный личный состав проходил подготовку в школе прапорщиков учебного полка спецназа ГРУ. Второй этап проходил уже непосредственно в полку.
Первый взвод был сформирован на Кавказе. Следующий в Таджикистане, за ним последовали Северо-Запад и Дальний Восток.
Командиров взводов отбирала комиссия, в основном из офицеров погранвойск. Правда, в Таджикистане людей отбирали из состава офицеров 201-й базы, попавших под сокращение. Здесь командиром стал бывший офицер спецназа ГРУ Сергей Раковский.
Взводы разведки решали задачи, которые были характерны для соответствующего региона. Так, например, в Северо-Западном округе основной бедой была контрабанда. Выполнялись и задачи по обеспечению безопасности оперативных органов и руководства.
Взводы подчинялись начальнику разведки штаба округа и являлись резервом командующего.
Что касается групп специальной разведки, то их численность была в пределах 15 человек. Штатная категория командира, как и во взводах окружного подчинения, была «майор». Это свидетельствовало о том, что должности эти равноценны и отличаются лишь уровнем подчинения (группы действовали в интересах погранотряда). Личный состав групп на начальном этапе был набран из призывников с последующей заменой на военнослужащих по контракту. Группы подчинялись начальнику разведывательного отдела пограничного отряда.
В целях повышения выучки через месяц после завершения комплектования с вновь созданными подразделениями были проведены сборы на Памире. Вот что рассказывает о том периоде Сергей Ососов, непосредственно готовивший и проводивший учебные занятия: «Сборы я организовывал на Мургабе. Это Восточный Памир. Городок состоял из глинобитных дувалов, наподобие афганских. Высота над уровнем моря – около 3000 метров. Лунный ландшафт, по которому бродят яки и пасутся на высохшей траве бараны.
Здесь мы собрали все группы спецразведки погранотрядов в Таджикистане: Московского, Пянджского, Калайи-Хумбского, Ишкашимского, Хорогского и Мургабского. В программу сборов, рассчитанную на один месяц, входили занятия по тактико-специальной подготовке, минно-подрывному делу, огневой подготовке и другим военным дисциплинам, необходимым в боевых условиях. Сборы завершались суточными учениями с 25-километровым маршем в очень сложных условиях высокогорья.