Виталий Берёзкин – Хезболла партизанская армия Ливана история вооружение подготовка (страница 7)

Эволюция антиамериканизма. На протяжении десятилетий антиамериканская риторика «Хезболлы» оставалась неизменной, но ее практические проявления адаптировались к меняющимся обстоятельствам. После вывода американских войск из Ливана в 1984 году прямые атаки на американские объекты прекратились, но антиамериканская риторика продолжала звучать, особенно в контексте израильско-палестинского конфликта и войны в Ираке.

Вторжение США в Ирак в 2003 году дало «Хезболле» новый повод для антиамериканской мобилизации. Организация оказывала поддержку иракским шиитским ополчениям, сражавшимся против американских сил, и использовала иракский конфликт для демонстрации своей приверженности принципу «сопротивления» за пределами Ливана.

В 2026 году, после начала войны между Ираном и США, «Хезболла» вновь активизировала антиамериканскую риторику. Генеральный секретарь Наим Касем в своем обращении 2 марта 2026 года заявил, что война с Израилем и США является «продолжением битвы, которую мы начали в 1982 году» и что «враг должен знать, что его дни в регионе сочтены».

Региональные союзники как «агенты империализма». Важным элементом антиимпериалистической риторики «Хезболлы» является критика арабских режимов, которые организация считает «агентами» США. В первую очередь это относится к Саудовской Аравии и другим монархиям Персидского залива, которые в риторике «Хезболлы» предстают как «прислужники империализма», предающие арабское и исламское дело.

Эта критика особенно усилилась после начала войны в Сирии (2011 год), где «Хезболла» встала на сторону режима Башара Асада против поддерживаемых Саудовской Аравией суннитских повстанцев. В этой новой конфигурации антиимпериализм «Хезболлы» трансформировался: теперь он включал не только противостояние Западу, но и борьбу с региональными конкурентами Ирана, которые объявлялись «агентами» американского империализма. Это позволило «Хезболле» оправдывать свою роль в подавлении арабских революций как часть более широкой борьбы за «освобождение региона от империалистического господства».

Панисламская риторика: объединение уммы против общего врага

Панисламский компонент идеологии «Хезболлы» призван преодолеть сектантские и национальные разногласия и объединить мусульман всего мира под знаменем сопротивления. Хотя сама организация является шиитской, ее панисламская риторика апеллирует к мусульманам всех мазхабов.

От шиитской идентичности к общеисламской миссии. Манифест 1985 года был адресован не только ливанским шиитам, но и «всем мусульманам мира». В нем говорилось о необходимости объединения уммы (мусульманской общины) перед лицом угрозы, исходящей от «сионизма и империализма». Эта апелляция к исламскому единству была призвана легитимизировать «Хезболлу» в глазах более широкой мусульманской аудитории, которая могла быть насторожена ее шиитским происхождением.

В последующие десятилетия «Хезболла» активно использовала панисламскую риторику для привлечения поддержки в арабском и исламском мире. Особенно эффективной эта стратегия была в период после вывода израильских войск из Южного Ливана в 2000 году, когда Насралла стал восприниматься многими арабами и мусульманами как «первый арабский лидер, победивший Израиль». В ходе войны 2006 года популярность «Хезболлы» в арабском мире достигла пика: опросы показывали, что до 80% арабов поддерживали организацию в конфликте с Израилем.

Панисламизм vs. национальная идентичность. В риторике «Хезболлы» панисламизм не отменяет, а дополняет национальные идентичности. Организация последовательно подчеркивает, что борьба за Палестину – это дело всех мусульман, а не только палестинцев. Вместе с тем, она признает особую роль палестинского народа в этой борьбе и поддерживает его право на самоопределение.

Это сочетание панисламской и националистической риторики позволяет «Хезболле» одновременно обращаться к широкой мусульманской аудитории и к более узкой, ливанской. В Ливане организация подчеркивает свою роль защитника не только шиитов, но и всех ливанцев, чья земля была оккупирована Израилем. Эта двойная идентичность – панисламская и национальная – делает риторику «Хезболлы» гибкой и адаптивной.

Пределы панисламизма: сирийский кризис. Война в Сирии обнажила пределы панисламской риторики «Хезболлы». Вступив в войну на стороне режима Асада против суннитских повстанцев, организация оказалась в положении, когда ее действия противоречили панисламскому дискурсу: она сражалась против мусульман, многие из которых апеллировали к той же исламской символике.

В ответ на эту критику «Хезболла» переформулировала свои цели, представив войну в Сирии как продолжение борьбы с «сионизмом и империализмом». В этой новой интерпретации режим Асада объявлялся «последним оплотом сопротивления» в арабском мире, а его противники – «американскими и израильскими агентами», действующими под исламскими лозунгами. Этот риторический маневр позволил «Хезболле» сохранить панисламскую риторику, одновременно оправдывая борьбу против суннитских повстанцев.

Как отмечают аналитики, сирийский опыт стал для «Хезболлы» серьезным испытанием, но не привел к отказу от панисламской идеологии. Организация продолжает позиционировать себя как лидера «оси сопротивления», включающей иранских шиитов, иракских шиитов, йеменских зейдитов, палестинских суннитов и другие силы, объединенные противостоянием Израилю и США. В этой новой конфигурации панисламизм трансформировался в более гибкий «антиимпериалистический интернационализм», где исламская идентичность остается важной, но не единственной связующей нитью.

Концепция «сопротивления» как инструмент мобилизации

Для «Хезболлы» концепция «мукавамы» – не просто идеология, а практический инструмент мобилизации, позволяющий привлекать рекрутов, мотивировать бойцов и легитимизировать свои действия в глазах ливанского и регионального общества.

Символическая мобилизация. «Хезболла» создала разветвленную систему символов и ритуалов, связанных с концепцией сопротивления. Ежегодные празднования Дня освобождения (25 мая, годовщина вывода израильских войск из Южного Ливана в 2000 году) и Дня мучеников (11 ноября) сопровождаются массовыми шествиями, на которых звучат речи лидеров организации и демонстрируются военные достижения. Эти мероприятия служат не только для прославления прошлых побед, но и для укрепления идентичности «людей сопротивления» (аш-шааб аль-мукавим).

Особое место в символическом арсенале «Хезболлы» занимает культ мучеников. Погибшие бойцы объявляются «шахидами», их портреты украшают улицы шиитских кварталов, а их семьи получают материальную поддержку от организации. Этот культ превращает смерть в бою из трагедии в триумф, мотивируя новых бойцов к самопожертвованию.

Социальная мобилизация. Концепция сопротивления не ограничивается военной сферой. «Хезболла» создала разветвленную сеть социальных служб (школы, больницы, молодежные центры, благотворительные фонды), которые представлены как часть «сопротивления» – форма заботы об «устойчивости» (сумуд) шиитской общины. Для многих ливанских шиитов эта социальная инфраструктура является не менее важным фактором поддержки «Хезболлы», чем ее военные достижения.

В своей социальной работе организация апеллирует к тем же ценностям, что и в военной риторике: справедливость, достоинство, противостояние угнетению. Это позволяет ей представить свою деятельность не как партийную, а как служение общине, что расширяет базу поддержки за пределы идеологически мотивированных сторонников.

Мобилизация в условиях кризиса. Концепция «сопротивления» особенно эффективно работает в условиях кризиса. После начала войны с Израилем в 2026 году «Хезболла» использовала свою риторику для мобилизации сторонников, несмотря на тяжелые потери и давление ливанского правительства. Генеральный секретарь Наим Касем в своих обращениях подчеркивал, что «сопротивление не умирает со смертью его лидеров», что «кровь павших делает нас сильнее» и что «враг просчитался, если думает, что убийством нескольких командиров можно сломить нашу волю».

Эта риторика находит отклик у базы организации, воспитанной на культе мученичества и идее, что борьба с врагом имеет сакральный характер. Даже после гибели Хасана Насраллы, Хашема Сафиеддина и значительной части военного командования, «Хезболла» сохранила способность к мобилизации, что свидетельствует об эффективности идеологических механизмов, созданных за десятилетия.

Заключение

Концепция «сопротивления» (мукавама) является центральным элементом идеологической системы «Хезболлы», синтезирующим антисионизм, антиимпериализм и панисламскую риторику в единый мобилизационный нарратив. В отличие от доктрины «велаят-е факих», обращенной к шиитской теологической традиции и связывающей организацию с Ираном, концепция «мукавамы» адресована более широкой аудитории – арабскому и исламскому миру, – что позволяет «Хезболле» претендовать на роль лидера не только шиитского, но и общеисламского и панарабского сопротивления.

Антисионизм остается ядерной идеологемой «Хезболлы», определяющей ее непримиримую позицию в отношении Израиля и отказ от любого признания его права на существование. Эта позиция, имеющая религиозное, политическое и историческое измерения, делает «Хезболлу» одним из наиболее последовательных противников израильско-палестинского мирного процесса.