Виталий Башун – Потому что лень. Книга первая (страница 36)

Далее все было в точности так, как рассказывали. Записали в журнал, передали мой талон за ширму, потом, получив обратно с резолюцией мага проверяющего, снова записали в книгу, думаю, результат и кивнули в дверь… направо. То есть на собеседование.

– Заходите-заходите, юноша. Не задерживайте, – пробурчал из прохладного полумрака небольшого кабинета чей-то густой бас.

За столом в креслах сидели в расслабленных позах четыре мага в мантиях, но без шапочек и перчаток. Как я понял, по одному представителю с каждого факультета и боевой кафедры. На столе кучковались запотевшие графины с напитками и парочка магов, смакуя, потягивали холодненькую жидкость из высоких стаканов. Судя по цвету и легкому специфическому аромату, стихийник пил легкий тонизирующий напиток на основе сбора трав высокогорья. Алхимик, наоборот, мрачно глотал что-то успокаивающее и расслабляющее.

– Талон, – коротко, мягко, почти нежно-мурлыкающе затребовал боевик.

И улыбнулся. Вампир.

Никакой реакции от меня не дождался и впал в задумчивость, как медведь в спячку. Ну да. Видал я их… не в гробу, правда, в белых тапочках, но в обучающем сне – точно. Самые трудные противники в рукопашной. Двоих-троих, да еще молодых, то есть не высших и, тем более, не древних, без магии заломатъ можно, но вот четверых уже практически никак. Зато с магией, пусть сильно урезанной даже по меркам начального курса боевой магии, пусть с очень небогатым арсеналом магических структур, но адаптированных под потребности конкретной техники рукопашного боя, уже можно особо не считать, сколько их там нападает. При этом сами вампиры совершенно не способны применять боевые структуры в драке. Чтобы применить какое-либо воздействие, им требуется время на подготовку, настройку, на проведение ритуала, как правило, связанного с кровопусканием. Причем, зачем оно нужно, никто толком объяснить не может. Так что, история получается долгая, а кто ж им даст времени на все это? Помогают заранее заготовленные амулеты. Но и против них есть свои контрмеры.

– Так-с юноша, – весело сказал стихийник, отставив стакан. – Согласно рекомендациям проверяющего, вы способны обучаться на любом факультете. Мы с вами должны определиться какой из них вы предпочтете. На ваше счастье места до сих пор есть на всех. В том числе и на моем – стихийном.

Намек был прозрачен, но я не стал идти против совести и твердо ответил:

– Я желаю обучаться, – алхимик безнадежно отвернулся и осушил свой стакан почти до дна, – на факультете алхимии.

Алхимик вдруг надрывно раскашлялся, а остальные присутствующие простонародно вытаращились на меня, словно на чудо-юдо городское, неведомое.

– Простите, юноша. Мы правильно вас поняли? Вы-ы-ы, – растягивая слова, начал говорить стихийник, словно предлагая одуматься и принять правильное решение, пока он проговаривает свой вопрос, жела-а-а-аете…

– Прекратите давить на адепта! – вдруг вспылил алхимик. – Парень явно принял взвешенное решение и не надо его сбивать с толку! Его величество четко дал понять – ему не хватает алхимиков! Стране не хватает алхимиков! Народу нужны алхимики!

– Что вы, что вы, коллега! – замахал руками стихийник. – И в мыслях не держал. Ноя просто обязан уточнить, насколько обоснованное решение принято молодым, неопытным, парнем, не знающим жизни…

– Вы замолчите, наконец?! – снова вспылил его оппонент.

– Все-все-все! Закончили. Вот выпейте настоечки, – и маг своей рукой налил в стакан алхимика новую порцию успокоительного.

– Х-ха! – вдруг воскликнул алхимик. – А кто эту настойку делал? А? Вот уберут наш факультет за отсутствием адептов и что делать будете? У наших врагов заказывать? Юноша, – обратился он ко мне, – вы действительно твердо решили идти в алхимики? Вы знаете, как адепты других факультетов относятся к нам?

– Знаю и твердо решил, – не особо витийствуя ответил я.

– Хм, не ожидал, коллега, от вас подобных вопросов, – удивленно приподнял бровь стихийник.

– И зря! Мне тоже не улыбается отбиваться от адепта, который будет ходить за мной хвостом, плача и канюча: он-де ошибся, ошибку только сейчас осознал и просит перевести его на другой факультет.

– Все это хорошо, но я, в свою очередь, тоже должен задать вопрос адепту, – мягко и деликатно заговорил представитель факультета магов лекарей. Символом их факультета служил знак бесконечности и взаимопереходов от жизни к смерти и обратно, представляющий собой замкнутую, перекрученную, ленту (бесконечную поверхность) зеленого цвета, похожую на лежащую на боку восьмерку. – Не хочет ли он стать лекарем? Наша профессия о-о-очень востребована, о-о-очень престижна и, чего там скрывать, о-очень доходна.

– Благодарю за приглашение, – слегка поклонился я деликатному лекарю, – но мое решение не изменилось. Поверьте оно взвешенное и обдуманное.

– Что ж, – с легким разочарованием подытожил стихийник, – вы трижды подтвердили свое желание учиться на алхимика и, в данном случае, у нас нет оснований вам препятствовать. Мы зачисляем вас на выбранный добровольное факультет. Пройдите вон в ту дверь. Если сопровождающего от вашего факультета там нет, подождите его. Всего наилучшего. Следующий!

Сопровождающий за дверью был. Он сидел на деревянном диванчике справа от двери. Компанию ему составляли еще двое парней, таких же второкурсников. Однако, сразу видно было отношение к алхимикам – стихийник и лекарь сидели на противоположном конце вместительного посадочного места и демонстративно не замечали своего, по-сути, коллегу. Одеты все были… в тренировочную форму, которую я купил для тренировок. Только моя была без эмблемы и полосок курса. Теперь понимаю, почему можно запросто разгуливать по городу. Молодежь явно любит «косить» под адептов.

Как только я вошел ко мне вальяжно обратился стихийник:

– На какой факультет идешь, пацан?

– На алхимический, – я решил игнорировать столь странное обращение ровесника. Тоже мне! Патриарх отечественной магической мысли. Физиономии стихийника и лекаря скривились, и оба представителя местной элиты демонстративно отвернулись. Зато алхимик радостно вскочил и подошел ко мне.

– Ну что? Идем? Я тебе сейчас все покажу и расскажу.

Он первым направился к двери, противоположной той, через которую я вышел из помещения приемной комиссии. Однако не дошел совсем чуть-чуть. Дверь открылась сама и через порог переступила та женщина, с которой я договаривался на площади.

– Так, ребята. Стоим. Ждем, Тебе же будет проще, – пояснила она адепту, усмехнувшись. – Если я не ошибаюсь, то скоро тебе придется сопроводить пять человек. Зачем бегать пять раз? Правильно. Незачем.

Лица всех сопровождающих вытянулись в мимическую позицию «крайнее удивление». Словно подтверждая только что сказанное, из приемной комиссии вышел следующий поступивший.

– Какой факультет, парень? – неожиданно жестко спросила женщина.

– Алхимии, вэри.

– Отлично. Ценю ваше благородство, вэр.

Парень молча склонил голову, а у меня возникло некоторое подозрение. Новенький коллега был из тех, с кем алхимичка общалась на площади. Что ж. Похоже, не один я такой умный. А интересно, чем она его завлекла? Тем более, новоиспеченный адепт обладал согласно здешним принципам определения дара средними способностями и даже чуть выше, то есть спокойно мог поступить на стихийника или лекаря. Разумеется, сейчас, при женщине спрашивать было неудобно, зато потом можно будет спокойно пообщаться и удовлетворить свое любопытство.

Следующим через пару минут вошел снова алхимик, потом еще один, точнее, одна – при этом челюсти стихийника и лекаря падали все ниже и ниже – когда, наконец, порог переступил последний поступивший… опять же алхимик.

Из-за неплотно прикрытой двери в приемную комиссию раздался рев смертельно раненого хищника. Предположительно тигра.

– Ка-а-а-ак! Та-а-а-ак! Может бы-ы-ы-ыть?! Пять подряд одаренных и все… все-е-е-е-е! на алхимиков! НЕ ВЕРЮ-У-У-У-У! – надрывался стихийник.

Ему отвечал спокойный, даже веселый, рокот алхимика.

– Ну что вы, колле-е-ега? Успокойтесь. Вот я вам отварчика налил… Что тут такого? Ребята попались умные, пришли вместе, захотели заниматься настоящей наукой, а не скалы дробить или паруса надувать. У вас и так хватает желающих мячиками огненными перекидываться…

– Прикройте двери, – скомандовала женщина алхимичка, – и слушайте сюда. А не туда. Вот этот парень, – она положила руку на плечо адепта второго курса, – поможет вам сегодня в решении бытовых вопросов. Устроит на жительство, поможет получить форму и рабочую одежду, выдаст расписание занятий… короче, побудет для вас сегодня родной мамочкой и заодно папочкой. Все ясно? Со мной вы познакомитесь на вводной лекции, как, впрочем, и с остальным преподавательским составом. Теперь идите и пошустрее! Нечего вам около приемной комиссии отираться.

За дверью, куда мы зашли вслед за сопровождающим, оказался длинный коридор с рядом дверей и где-то тремя пересекающими коридорами. Второкурсник, предварительно постучав, открыл одну из дверей с надписью «старший администратор», заглянул внутрь и спросил:

– Можно войти?

– Заходи, – услышали мы разрешение.

Наш проводник махнул нам рукой и мы ввалились в кабинет всем скопом.

– Ого? – удивился гном, глядя на нашу банду из-за кипы бумаг на массивном столе. – Так это что? Все алхимики? Или тебя попросили проводить еще кого?