Виталий Башун – Потому что лень. Книга первая (страница 33)

Гном не оценил юмор гвардейца и мрачно засопел. А я, не желая больше спорить – да и о чем собственно? – отошел к середине зала, подальше от всех, и закрутил несколько связок, чтобы определить наилучший клинок из оставшихся.

– Что-то не так? – спросил я, увидев композицию из застывших статуй с огромными эльфийскими глазами у всех, невзирая на расу.

Статуя капрала ожила первой. Откашлялась, покрутила головой и приняла позу задумчивости, натянув на лицо соответствующее выражение.

– Угу. Балет, – ожила статуя второго гвардейца.

А я ведь первый раз услышал голос напарника капрала. Всю дорогу он равнодушно молчал и в разговоры не влезал. Кажется, я понял, почему. Он отдыхал от нравоучений ветерана, благо тот нашел новый объект для своих назиданий.

– К-ха-а-а, – то ли проревел, то ли откашлялся, ожив, оружейник. – Цирк! Капрал просиял, будто решил, наконец, мировую загадку, над которой ломал голову всю жизнь.

– Точно! – радостно объявил он. – Танец с саблями прямо. Ну, в нашем случае, со шпагами. Красиво смотрится. Только я такой техники не знаю, а значит в бою она бесполезна. Можете поверить мастеру. Хотя смотрится конечно красиво.

– Ага, – подтвердил оружейник. – Я ж тож говорю – балаган.

Троица знатоков покивала друг другу, дескать, уж мы-то зна-а-а-а-аем. Нас не проведешь. Да я никого и не собирался проводить. Это меня провожают. В цирк или в академию. Вот один номер уже имею. Будет, что показать публике.

– Ну что, паря? Выбор сделан? Натешился, мух по лавке гоняя?

– Ка-а-аких мух?! Ты что?! У меня такой пакости никогда не бывало, – обиделся оружейник. – Я ж тебе не мясник! Вот иди к нему и лови своих мух. Сколько хочешь.

– Что ты прямо… – поморщился капрал. – Что ни слово, все норовишь на глефу насадить. Какая муха тебя укусила?

– Му-у-уха?! Опя-а-а-ать ты про мух!

– Все-все-все! Прости! Не знал, что для тебя это больная тема.

– Ага! Если бы тебя жена каждый день пилила: «Сделай мне мухоловку! Да сделай мне мухоловку!». Тьфу! Я ей говорю: «Сходи к алхимикам. Купи средство. Побрызгай. Или к алхимикам-механикусам. Пусть они тебе сделают что-нибудь зачарованное». Нет. Ни за что! Дескать, муж для убиения людей и нелюдей кучу всего делает, а против мух ничего придумать сам не может. Достала уже!!

– Прости. Мы уже уходим. Так, паря, выбрал не выбрал, но пора нам и честь знать.

Правую или левую? Левую или правую? Правую или левую? Все-таки возьму пожалуй ту, что в правой руке. Она, мне кажется, чуть-чуть получше левой.

С кинжалами все было проще. Я быстро пересмотрел все, выбрал из кучи несколько, каждый вытащил и покрутил в руке и тот, который мне показался наилучшим среди этого… не сказать, чтобы хлама, но и шедевров, даже с учетом местных технологий, здесь, явно, не было.

– Всего четыре кролика. Скидку я уже учел, – твердо сказал оружейник, всем видом показывая – торг здесь не уместен.

Я рассчитался из кошеля, выданного мне герцогом, прицепил покупки к поясу и мы, попрощавшись с хозяином, вышли из лавки.

На улице, одобрительно оглядев меня, капрал продолжил прерванные нравоучительные речи. Его напарник тихонько вздохнул, незаметно закатил глаза и пошел, чуть приотстав, за нами следом.

– Вот теперь совсем другое дело! – между тем вещал капрал. – Чувствуешь? Без шпаги и кинжала ты выглядишь обычным простолюдином, что есть умаление чести и достоинства всего благородного сословия. Почему герцог ничего не стал тебе объяснять, мне не ведомо, но это и не мое дело. Отсюда вывод какой? Он уверен, что у тебя, паря, хватит мозгов озаботиться своим внешним видом. Следовательно, ты поступил совершенно правильно. Возможно, – понизил голос до шепота гвардеец, – таким незатейливым способом герцог устраивает тебе проверку. Благородный ты вэр или уже опустившийся смерд. Деньги-то он тебе дал… Дал-дал! Мне секретарь шепнул. Слуги в доме знают все получше хозяев. Почему-то они относятся к тебе… м-м… с благодарностью.

– Да я из слуг вообще никого не видел.

– Зато тебя видели они, а их видел я. Чем-то ты им понравился и они очень хотят тебе помочь. Заодно тебе урок на будущее – не пренебрегай мнение тех, кто рядом. Пусть они низкого звания, но среди этой братии далеко не редко встречаются достойные и умные люди. Короче, выводы такие: а – тебе, исходя из неведомых мне соображений, нельзя носить родовое оружие, бэ – тебе выданы деньги, вэ – нам приказали тебя сопроводить, гэ – расчет явно на то, что мы тебе поможем, если не сообразишь сам.

– То есть, – удивился я. – Вас послали, чтобы я первым делом с вашей помощью купил себе шпагу?

– Именно.

– Хм. А может более приличный костюм был бы важнее?

– М-да. Юноша. Кто тебя воспитывал? Чему тебя учил твой наставник? Скажи, чем обедневший благородный в отрепьях отличается от разодетого в шелка и бархат простолюдина? Молчишь. Это большой и гнусный пробел в твоем воспитании. Тогда может подскажешь, как можно узнать, кто из этих двоих благородный, а кто хам и быдло? Наводящий вопрос – что настоящий благородный, как бы беден он ни был, не продаст никогда. Умирать с голоду будет, но не продаст? – капрал тяжело вздохнул, впрочем, не удивляясь моему тугодумию. Видимо, не раз уже встречался с подобным. Привык. – Чему только молодежь учат? – воззвал гвардеец к небесам, на что его товарищ просто фыркнул. – Вот нас с малолетства учили: «Ни жены, ни коня, ни оружия!». То есть заставить с этим расстаться может только смерть. Женятся люди в свое время, супруги может и не быть еще. С конем тоже нет проблем. На коне не везде проедешь, особенно в городе, стало быть… э-э-э… его тоже может не быть Но вот то, что непременно быть должно и то, что должен видеть на благородном каждый и всегда – это… Э-это-о…

– Оружие, – бодро выпалил я.

– Точно, паря! Молодец! Понял! – гвардеец обрадовался так, будто я – его сынок дебил, и только что при сложении два и два получил верный результат. – Ходить по городу без оружия для благородного – позор! И не важно по какой причине ты лишился оружия. Сломалась шпага в драке – носи огрызок, ибо в ножнах не видно. Иначе все будут думать, что продал. А это вдвойне позор. Лучше просто потерять. И то примут за трусость. Дескать, так бежал, что и оружие потерял. Опять позор! Вот был тут случай недавно. Один военный… не из нашего полка. Прокувыркался с красоткой дольше, чем обычно, и их почти застал в постели ее муж. Так наш военный бежал полностью голый, но пояс с оружием прихватил.

В голосе капрала прозвучала самая настоящая гордость за поступок неизвестного благородного, хотя лично меня совсем не впечатлил выбор. Как он голой жо… задницей потом по городу пойдет?! А капрал между тем продолжал вещать о выдающемся достоинстве того парня, не уронившего своей чести. Несколько двусмысленно звучит, по-моему. И что он там не уронил? Достоинство или честь?

– Ни штаны, ни рубашку, ни сапоги… красивые, почти новые. Только пояс со шпагой и кинжалом взял. Так и шел по городу, достоинство свое гардой и кинжалом прикрывая. Гардой спереди, кинжалом сзади. А о чем это говорит? – что мозгов у него нет, хотелось ответить мне, но палец капрала нравоучительно указывал в небесную высь, и я промолчал. – О настоящем благородстве данного воина. Понял, паря?

Я понял, что правильно сделал, не вступая в дискуссию. Вместо этого браво рявкнул:

– Так есть, капрал! – благо отец тренировал нас, как воинов своей роты, без скидок на возраст, пол и принадлежность к мирному населению.

– О! – обрадовался гвардеец, словно заслуженный конь-ветеран реву боевых труб. – Толк будет! Еще бы правильно сказал, было бы совсем замечательно. Следует отвечать: «Так есть, гвардии капрал!». Уловил? Молодец.

– А что ж это за проверка может быть? Ну не кинулся за оружием первым делом. Мало ли голодный? Поесть сначала захотел… – не сдержал я любопытства.

– Вот именно. Ты можешь кинуться по одежным лавкам, да обжираловкам, забыв про свое благородное происхождение. С обедневшими дворянами так часто бывает. Плюют на свой статус и даже не думают, как выглядят в глазах окружающих. Не знаю какое тебе задание выпало и сколько ты за него поимеешь, но если прожмотишься сейчас, потом тебя могут больше не нанять. Сам бывал в таком положении, пока в гвардию не взяли. Вот и хотел предостеречь от ошибки. Не переживай, паря, что сегодня купил дешевку. Со временем сможешь подобрать себе чего-нибудь более достойное.

Капрал еще долго нравоучительно бухтел про честь и достоинство благородного сословия, про виды достойного оружия, про сталь, про заточку, про баланс и выбор клинка на слух и многое другое. Я был ему благодарен за подсказку. Герцог мне ни словом не намекнул и, скорее всего, это не было проверкой. Ему просто в голову не пришло, как это, получив титул, человек не бросится моментально вешать на пояс шпагу подлиннее и погрознее, дабы всему миру возвестить о свалившемся на него титуле? А я вот не бросился потому, что… нет… в этот раз не из-за лени. Просто не могу я относится к этому временному титулу, как к настоящему. Мне картонный, бутафорский, меч, крашенный под сталь, подошел бы гораздо больше, чем настоящее оружие. Во всяком случае, по-настоящему соответствовал бы моему новому статусу.

Мы прошли рынок, завернули на широкий проспект, который привел нас на королевскую площадь, где мои сопровождающие дали мне осмотреться и полюбоваться дворцом короля, зданием благородного собрания и храмом всех богов. В роли гида выступал, разумеется, неугомонный капрал.