Виталий Бабенко – МЛЕЧНЫЙ ПУТЬ №1, 2013 (4) (страница 19)

Она прервала телефонный вызов, стояла в задумчивости минут пять.

– Может, для всех было бы лучше, если бы я погибла вместе с родителями? – еле слышно пробормотала женщина. – Беспамятство далось мне слишком тяжело, сумасшествия я не выдержу.

Вернувшись с работы, Руслан заявил, что увозит своих девочек к морю.

– А врач? – шепотом напомнила ему Марина.

– Ты просто устала, не нужен тебе врач, – раздраженно брякнул муж. – Поваляешься на пляже, подышишь свежим воздухом – мозги быстро встанут на место.

Две недели спустя. Марина пеклась под солнцем черноморского пляжа, Анька в панаме вместо недавно снятых бинтов бегала по воде, калякала сама с собой на тарабарском языке. Девочка удивительно хорошо для своего возраста владела речью, но все равно любила бормотать себе под нос какую-то бессвязную ерунду, на которую Марина обычно не обращала внимания.

Возле Анюты присела на корточки высокая, физически развитая брюнетка, заговорила с крохой на непонятном языке.

– Эй! – окликнула бдительная Марина. – Что у вас случилось?

Брюнетка обернулась с улыбкой.

– Это ваша девочка?

Марина соскочила с шезлонга, подошла к незнакомке:

– Да, а что?

– Ваша дочка так здорово болтает по-гречески! Откуда вы родом?

– Мы – местные, – буркнула Марина и потащила Аню в сторону.

Дочь вдруг расплакалась.

– Мамочка, я больше так не буду. Только не умирай, пожалуйста!

Марина оторопела, взяла девочку на руки, уставилась ей прямо в глаза:

– Почему я должна умереть?

– Так папа сказал, – по лицу крохи градом катились слезы. – Он… он сказал, что ты… что ты умрешь, если узнаешь… узнаешь, что я говорю на других языках.

Маринка чуть не выронила дочь:

– На каких языках?

– Мамочка, не умирай, пожалуйста, – захлебывалась слезами Аня.

– Не умру, – сухо пообещала мать и понесла ребенка с пляжа.

Вечером после ужина Аня убежала в большую комнату арендованного семьей коттеджа смотреть мультики. Марина собирала со стола посуду.

– Откуда наша дочь знает греческий? – между прочим, спросила женщина у мужа.

– Ты о чем? – преувеличенно беспечно уточнил Руслан.

– Сегодня на пляже познакомились с гречанкой, она утверждает, что тарабарский Анькин язык не тарабарский вовсе. Эта дама пыталась поговорить с нашей дочерью по-своему.

– Какая-то мошенница, – хмыкнул муж. – Держись от нее подальше, у подобного контингента фантазия богатая: и не такого наплетут. Кстати, проверь, может, у тебя кошелек увели или еще что-то ценное, пока ты со своей гречанкой балакала.

Марина пожала плечами.

– Сделать тебе ванную? – предложил муж, поднимаясь из-за стола.

Женщина кивнула, и через пятнадцать минут ее ожидала горячая вода с пеной, мерцающие на полках свечи в виде алых сердец, романтическая мелодия из встроенного в стену ванной динамика.

– Сейчас уложу Аньку спать и присоединюсь к тебе, – игриво пообещал муж и убежал.

Марина залезла в воду и вспомнила, что не выключила чайник. У нее в последний год выработалась привычка с вечера кипятить воду, чтобы утром для чая ее требовалось только подогреть.

– Руслан! – позвала женщина, укутывая себя в пену. – Руслан!

Муж явно ее не слышал, впрочем, как обычно.

– Руслан!

Марина раздраженно выдохнула, потянулась за лейкой душа, чтобы смыть с себя мыло.

Когда она, закутавшись в полотенце, выскочила из ванной, ее внимание тут же привлекло злое шипение Руслана, доносившееся из большой комнаты. На цыпочках Марина подкралась к приоткрытой двери.

– Маленькая поганка! – шипел муж и тряс испуганную Аню за грудки. – Я же предупреждал! Хочешь, чтобы с матерью что-то случилось из-за твоей тупости?

– Нет, папочка, – мяукнула девочка.

– Дрянь! – рявкнул муж и отбросил дочь в сторону.

Аня налетела на стену. Руслан сцапал ребенка с пола и снова швырнул. Дочь не проронила ни звука, хотя лицо ее кривилось от боли и по щекам струились слезы. Шокированная Марина чуть не ворвалась в комнату, но внутренний голос ее остановил. Женщина быстро добежала до ванной, крикнула оттуда:

– Руслан, что у вас за шум?

Муж выглянул в коридор с елейной улыбочкой:

– Ты о чем?

– Что-то упало?

– Тебе показалось.

Марина сглотнула:

– Милый, выключи, пожалуйста, огонь под чайником – он уже должен был закипеть.

Через пару минут Руслан уже лез к Марине в ванную со словами:

– Наша девица опять навернулась на ровном месте, теперь на лбу большущая шишка. Что у нее с координацией, елки-палки?

На следующий день Руслан ушел в море на арендованной яхте. Марина же смоталась из города, прихватив в охапку Аню, все деньги, какие нашла, и неизвестно где купленный мужем охотничий нож. Последний Руслан притащил домой пару дней назад и чрезвычайно гордился этим новым экспонатом в своей коллекции охотничьей атрибутики.

Аня не спрашивала, куда они едут, только предположила весело:

– Мы убегаем от папы? Он будет нас искать?

– Да, мы немного поиграем, – соврала Марина, запихиваясь с девочкой в междугородний автобус.

Она не знала, где скрыться от Руслана, бежала, куда глаза глядят. Теперь Марина ощущала острую уверенность в том, что муж неадекватен и сделал их девочку полем для своих экспериментов. Конечно, он спас ребенку жизнь, вот только неизвестно, какой ценой. Возможно, и два года назад он использовал что-то из своих неисследованных толком технологий, чтобы вернуть Марину и Аню к жизни, иначе откуда в голове у дочери пластина, похожая на металлическую?

Марина боялась мужа. Теперь, когда стала свидетелем его садизма, она сомневалась, что знает, кто он на самом деле. Раньше-то наивно верила, что рядом – любящий муж и отец. Выходит, у Марины остался лишь один островок стабильности – дочь, все остальное – эфемерные кубики памяти, рассыпающийся мираж. В душе скреблось тяжелое предчувствие: если Руслан найдет жену и дочь, он упрячет Марину в дурдом (ведь не зря постоянно убеждает ее в сумасшествии), он продолжит свои эксперименты над ребенком, пока окончательно не превратит Аню в киборга.

Муж выловил их в соседней области: двое людей в форме выволокли Марину с дочерью из автобуса, остановленного посреди поля. Женщину и ребенка запихнули в машину Руслана.

– Привет, милая, – муж встретил Марину ухмылкой. – Смотрю, совсем от рук отбилась.

Потом он повернулся к мужикам, чья одежда делала их похожими на военных.

– Вызывайте вертолет, полетим в лабораторию.

К лицу Марины поднесли странно пахнущий флакон, сознание уплыло.

Среди стерильных стеклянных столов, колб с зародышами Марина сидела на вертящемся полупрозрачном стуле и тряслась от ужаса. Пустое помещение напоминало ее разум: все неестественно, уныло и непонятно. В гладкой стене проступила стальная дверь, отворилась – вошел Руслан в серебристом костюме, покроем смахивающим на одеяние хирурга. Рядом с мужем Марины семенил доктор, приезжавший к ним после Аниного падения.

– Виталька, ну, ты – гад! Зачем я тебя послушал? – бурчал Руслан, шагая к жене. – Ведь мы прокололись из-за твоего стремления делать все и сразу. Я же изначально планировал подсунуть объекту обычного ребенка. Нет, тебе приспичило параллельно отслеживать самопрограммирование биокомпьютера. А я, как дурак, повелся на предложение срубить побольше денег. Скотина ты! Из-за твоей жадности оба эксперимента разом и загнулись.

– Лучше надо было следить за ребенком! – ехидно возразил Виталий.