Виталий Абанов – Сяо Тай, специалист по переговорам (страница 43)

— Чушь это все. — отвечает старик Вэйдун: — лунные пряники любишь есть? А знаешь, почему их на Праздник Луны и Урожая делают?

— Потому что они лунные? — хмурится Лилинг: — они вкусные, но те, которые с солеными бобами мне не нравятся совсем. Мне сладкие нравятся!

— Много сладости вредно для культивации. — машинально откликается Сяо Тай, вытирая нос предплечьем, чтобы не замараться, потому что в руке она держала окровавленный нож.

— Вовсе не потому. Много лет назад, так давно, что люди уже успели позабыть с помощью этих лунных пряников — удалось поднять восстание против тиранической династии Девяти Демонов. Люди были недовольны правлением деспота Демона Юань, который провозгласил себя истинным властелином, узурпировал власть и жестоко казнил всех, кто выступал против. Он угнетал народ, совершал поступки, противные Воле Неба, и люди были недовольны. Однако Демон был хитер и жесток, он запретил проводить любые собрания, изгнал из страны, казнил или подкупил и запугал адептов-заклинателей, так, чтобы они не могли встретиться и договориться, согласовал план восстания. А еще изымал все холодное оружие. И тогда Лю Футун, который был членом Общества Белого лотоса, испёк большое количество лунных пряников и попросил разрешения у злобного и тиранического Демона распространить эти пряники среди людей в честь праздника середины осени. Демон, не подозревая подвоха — согласился на то, чтобы Лю Футун поделился угощением… однако же в каждом прянике лежала записка с призывом восстать против демонов 15-го числа 8-го месяца. Сами же Демоны и их приспешники презрительно отказались от этого угощения, посчитав его слишком простым. И когда все кланы заклинателей, все генералы, все войска и все люди единовременно восстали против угнетателей — это оказалось для них полной неожиданностью. Так лунные пряники спасли Поднебесную от угнетателей, и вот почему мы едим лунные пряники каждый год 15-го числа, восьмого месяца, празднуя богатый урожая и восхваляя Луну, но не забывая о том, что произошло когда-то давно. — говорит Вэйдун и опускает руку с ножом, строго глядя на Сяо Тай: — кстати, а тебе не пора уже готовиться? К церемонии невесту за три дня готовят вообще-то.

— Так это ж не свадьба, а помолвка и отправка в дом жениха на год. — отвечает та, оторвавшись от куска мяса и вытирая пот с лица: — а если я буду сидеть на одном месте и в стену глядеть, так с ума сойду от волнения. Раз уж все равно я поеду в другой дом, хотела как следует попрощаться. С одним упрямым стариком поговорить на прощание. А у тебя работы так много, вот и решила помочь…

— В самом деле, старшая сестра Сяо Тай, вас же тетушка Чо, наверное, уже ищет. — вставляет Лилинг: — а вы все перепачкались уже. И устали.

— Действительно. — раздается новый голос, и нерадивые работнички Мао и Таоин — тут же вжимают головы в плечи и начинают двигаться быстрее, показывая, что они усердно работают. Тетушка Чо собственной персоной, сама Старшая Управляющая и близкая (единственная) подруга Госпожи Мэй — стояла тут же, уперев руки в бока.

— Тетушка Чо! — радостно откликается эта Сяо Тай: — вы нашли меня?

— Было бы чего искать, — усмехается та, складывая руки на груди: — сразу было ясно что ты из комнаты сбежала и на конюшню. Уважаемый Вэйдун, это стрекоза отвлекает вас от работы?

— Да ни капельки. Она по мясу ножом умеет работать получше чем любой из поварят, талант прямо. Правда есть у меня ощущение что она по живому лучше работает чем по мертвому… прирожденный талант. Ей бы в Тихие Крики, вот где такое умение по достоинству оценили бы. — улыбается довольный мясник.

— Вот как. Собирайся Сяо Тай, хватит бедного барашка ножиком кромсать. Госпожа Мэй видеть тебя желает. — говорит тетушка Чо и Сяо Тай лишь склоняет голову. Действительно, она и сама хотела увидеться с госпожой Мэй и поговорить, поблагодарить за все и попрощаться, ведь как бы не обернулась дальнейшая жизнь, в этот дом она вряд ли еще когда вернется. Не вернется. Никогда. Независимо от того, удастся ли хитрый план этого продувного лицедела Лу Цзижэня, удастся ли ей избежать взрыва Бомбы Ци, удастся ли остаться в живых или нет.

А значит надо поговорить с госпожой Мэй на прощание. Вряд ли они еще встретятся.

— Хорошо! — откликается она и тщательно вытирает руки ветошью, развязывает пояс, которым подвязала рукава и снимает кожаный фартук: — сейчас! Нельзя заставлять госпожу Мэй ждать.

— Это точно, — кивает тетушка Чо: — почему-то ты очень нравишься ей, девчонка. А тебе еще и к завтрашнему подготовится нужно, времени у тебя не так уж и много. Пошли.

— Цунмин, тетушка Чо! — по-военному отдает салют девушка, вскидывая руку с воображаемым мечом: — пошли! Дядюшка Вэй, Мао, Таоин — увидимся!

— Ступай уже, Колокольчик. На новом месте — покажи им всем, из чего ты сделана. Я не волнуюсь за тебя… уж ты то сумеешь за себя постоять. — хмыкает старик, отрываясь от работы: — думаю, что ты станешь замечательной женой… или кем бы ты не хотела стать.

— Спасибо, дядя Вэй. Вы многому меня научили. — кланяется она. Долгие проводы — лишние слезы.

— Юная госпожа! Мы будем за вас молится! — выкрикивают работнички Мао и Таоин, едва ли не со слезами на глазах.

— Все, все. — машет рукой тетушка Чо: — еще увидите свою ненаглядную Сяо Тай на церемонии проводин завтра. Пошли.

И они идут. Тетушка Чо, Сяо Тай и увязавшаяся за ними Лилинг со своей неразлучной Жилан. Сперва в ванную комнату, потому как нельзя к госпоже Мэй в рабочей одежде и грязными руками, надо помыться, переодеться и привести ум в порядок. Настроится.

— Тетушка Чо, а тетушка Чо? — говорит она по дороге в ванную комнату.

— Чего тебе, мелкая лиса? — откликается Госпожа Старшая Управляющая.

— Эта ничтожная Сяо Тай очень благодарна вам, тетушка Чо. — говорит она, стараясь ступать нога в ногу с ней, чтобы держатся рядом: — если бы не вы, ей было бы намного сложней. Только вашими стараниями эта Сяо Тай хоть немного может соответствовать высокому статусу приемной дочери этой семьи.

— Юная госпожа Сяо Тай выше по статусу чем скромная служанка. — улыбается тетушка Чо: — это скорее я должна называть себя «эта ничтожная». Да и о достойной дочери этой семьи… это просто удивительно. Никогда бы не думала, что такое возможно, но в этом доме сейчас не найдется человека, который бы не переживал по поводу твоего скорого отъезда в дом будущего мужа. Даже этот старый ворчун Вэйдун и тот привязался к тебе. Все переживают. Только я не переживаю, юная госпожа Сяо Тай.

— А я очень переживаю, госпожа Чо! — встревает в разговор Лилинг: — как тут можно не переживать! У господина наследника Сянь Фэнхуана вот уже со второй женой что-то случилось! Так в городе говорят! Как можно за нашу Сяо Тай не переживать⁈

— Я не переживаю за нее потому, что наша Сяо Тай — сильная. И очень умная. Если она однажды попадет в Ад, то уже через день подружится с младшим демоном, через неделю она станет пить чай с главным надсмотрщиком, а через год — станет советником и близким другом Верховного Демона. Она же как кошка — всегда встает на ноги. — говорит тетушка Чо и прищуривается: — я не беспокоюсь о ней. Тут скорей надо беспокоится о наследнике клане Феникса, и о всем этом клане но я не собираюсь жалеть ни его, ни этот клан. Так им и надо. — заключает тетушка Чо: — так им и надо.

Глава 26

— Белых цветков лепестки, девичьей невинности цвет! — поет Сяо Тай дуэтом вместе с госпожой Мэй, раскачиваясь в такт песне. На столе перед ними стоят подносы со сладостями и закусками, фарфоровыми бутылочками с нагретыми вином, высоким чайником и кувшинами с рисовой водкой.

— Я тебе вот что скажу, мелкая девчонка, — наклоняется к ней госпожа Мэй: — ты вредная паршивка, ик! Я тебя с первого взгляда раскусила, сразу подумала, вот вредная паршивка! Думаешь я не вижу, какая ты? Еще как вижу. Я, Вон Ми Мэй, первая и единственная жена Главы семьи Вон Ми, маленькая хозяйка большого дома и мать гения поколения Вон Ми Лилинг! — доверительно сообщила она и задумалась: — так, о чем это я?

— О белых цветках. И о том, что вы маленькая хозяйка всего этого бардака вокруг, — сказала ей Сяо Тай: — а можно я больше пить не буду? У меня завтра проводины.

— Ик! — отвечает госпожа Мэй, первая и единственная жена Главы семьи Вон Ми: — слушай сюда, мелкая лисица. Завтра ты можешь как хочешь себя вести. Вообще можешь лечь и лежать, эти курицы общипанные должны быть счастливы, что дочь нашей семьи помолвлена с таким придурком, как их наследник! Плевать на клан Общипанных Куриц! Давай, выпьем и споем! Белых цветков лепестки, девичьей невинности цвет…

— Да, да, девичьей невинности цвет… — закатывает глаза Сяо Тай: — но все же…

— Тск! Молчать! — госпожа Мэй поднялась со своего места и начала танцевать, поднимая руки. Она кружилась на месте, а ее руки изгибались, словно шеи у двух белых лебедей. Сяо Тай невольно загляделась, все-таки госпожа Мэй, несмотря на свой возраст, была довольно привлекательной женщиной. Да и танец завораживал. Напевая себе под нос, госпожа Мэй то воздевала руки к небу, то опускала их вниз, проводя ладонями так, словно бы плывя по поверхности воды. Длинные рукава персикового одеяния — взметались и опадали как крылья неведомой, волшебной птицы, вверх, вниз, в стороны, закручивались спиралью вокруг вращающейся госпожи Мэй, словно бы живя своей отдельной жизнью. Наконец, танец закончился и госпожа Мэй опустилась обратно на свое место. Оперлась на мягкие подушки и вздохнула.