Виталий Абанов – Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь (страница 85)

– Извини, Майко, – сказала Акира, – но у нас нет другого выбора.

– Знаешь, – сказала Майко тихим голосом, – возможно, мне удастся тебя удивить.

Глава 43

Я проснулся рано утром и долго изучал незнакомый потолок. Потом я поднял голову и осмотрелся. Ага, все уже встали и оставили меня одного. На сдвинутых вместе футонах лежали аккуратно сложенные одеяла и подушки. Где-то снаружи звучали голоса и пару раз звякнул фарфор, так, когда кто-то ставит чайную чашку в блюдце.

Я вздохнул и снова посмотрел в потолок. Пора признать, что миссия «прожить обычную жизнь и умереть в восемьдесят лет в окружении ждущих наследства внуков» – потерпела неудачу. Пора подвести итоги моего короткого пребывания в этом мире и этом теле.

Прямо сейчас у моего текущего тела (а значит, и у меня) полная жопа огурцов. Загибаем пальцы по порядку: на шее у Акиры, а значит, и моей тоже, висит некая договоренность с Джиро-самой, при этом границы этой сделки предусмотрительно не определены старым крокодилом. Так что существует нехилая такая возможность застрять в статусе мальчика на побегушках для нашего оябуна. С этим надо что-то делать и по возможности скорей. Лучшим выходом было бы, конечно, оказать деду посильную помощь, так, чтобы он впечатлился, удивился, прослезился и отпустил золотую рыбку обратно в море. Но на то мы и взрослые, что в такие сказки верим с трудом. Значит, нужен план «Б». То есть план Акиры стать больше, стать сильнее и стать полезными для деда, но при этом остаться независимыми. Для этого понадобятся ресурсы и союзники.

Кстати о союзниках. Как хорошо, что мы не расхлестались с местными «Воинами» и предводитель у них вменяемый мужик, пусть и подрагивали у него поджилки, но все равно – мужик. Союзниками мы пока не стали, но и врагами больше не будем. А позвать на помощь, когда понадобится, скажем там «гнездо якудзы» уничтожать – теперь возможно. Это хорошо, это здорово. Тем более что у них там Бешеная Черемуха, которая всех мелкими слоями нарежет, если Юки обидят.

Кстати о Юки, подумал я. Майко говорила, что та – лесби, насколько это правда? Зная Майко, с одной стороны, оперативную информацию донесет без искажений, а с другой – если что личное, то подстебет так, что мало не покажется. Значит —…значит, проверять надо. Ай, какое мне дело до того, кого Юки предпочитает! Вот у нее, оказывается, с этим Принцем Мацудой прямо какой-то династический брак, не ожидал, что в наше просвещенное время такая дикость еще существует. И судя по словам Синей Молнии, у нее после спасения заложников есть шанс спрыгнуть с крючка.

Потом – эта Иошико, которая не то ниндзя, не то ассасин, не то карбонарий в каком-то «Братстве», не то все вместе? И что это за «Братство», о котором все в курсе, но никто ничего не говорит толком. Могут ли быть потенциальными союзниками? Или лучше держаться подальше?

Что еще – если уж обретать силу с командой, то помочь сестренке Нанасэ обрести мир, покой и материальное благополучие, помочь Юки с ее противостоянием силам древних традиций, помочь Читосе отомстить.

Еще? Раз пошла такая пьянка – режь последний огурец, да? Разобраться со своей способностью, понять, что такое этот магопсихоз, поставить, так сказать, на службу добру и человечеству. Планов громадье, а у нас еще день в запасе, потому еще есть время подумать. Я встал, нашел свое кимоно, запахнулся, перепоясался и вышел в свет. Утро было уже далеко не ранним, встал я поздно, солнце ощутимо пригревало. Снаружи было еще свежо, такой утренней свежестью, которую не ощутишь в городе. Это именно свежесть деревенского утра, свежесть горного воздуха, свободного от выхлопных газов, звуков клаксона, сирен и «так-так-так» светофоров на пешеходных переходах.

В беседке неподалеку сидели все мои девчонки и пили чай. Что ж, время завтракать.

– Доброе утро, красавицы! – поздоровался я, присаживаясь за стол.

Ответом мне было молчание. Никто не смотрел мне в глаза. Читосе сидела как на иголках, пряча взгляд, Майко закинула руки за голову и смотрела вверх. Акира повернулась ко мне и слегка поклонилась. Официально так. Хм, странно. Обидел я их чем вчера, что ли? Быстро пробежался памятью по событиям вчерашнего вечера – таки нет, все было по доброй воле, в здравом уме и твердом рассудке, хорошо, в случае с Акирой – возможно, не совсем. Но она у нас малокапельная, и сама должна понимать. В конце концов я даже дважды спросил у нее: «Ты уверена, Акира?», и она сама сказала: «Да хватит уже спрашивать, Син, трахни меня уже наконец!»

Но что-то определённо не так. Где-то я опять поломал Великий Японский Культурный Код. Ладно, пришла пора спросить об этом. Как там – японским языком и через рот. Намеков я не понимаю, мысли читать не умею, значит, пока только так.

– Девушки, – сказал я, – дорогие мои. Что случилось, кто во всем этом виноват и что делать?

– Син, – подняла голову Акира, – нам нужно поговорить. Серьезно.

– Да я так и понял, – кивнул я, – давайте говорить.

– А… черт. Даже не знаю, с чего начать, – взъерошила волосы Акира.

– У нее парень есть, – буркнула с места Майко.

– Что?

– И она – не лесбиянка. Ей даже Майко не особо нравится, – выдавила из себя Читосе и покраснела.

– Погодите… о чем это вы? – не понял я. Ну есть у Акиры парень, и что тут? Я так понял, здесь в Японии к этому относятся легче, чем у меня на родине – тут просто обычно так и говорят: «у меня, мол, есть парень», при этом имеется в виду «просто секс, и ты даже не рассчитывай, что у нас будут серьезные отношения», причем в половине случаев это кокетство, призванное повысить акции девушки. Потому что девушка без парня в определенном возрасте это как-то неприлично. Так что иногда ее парень даже и не знает, что он – ее парень. Это как с воображаемыми друзьями. Впрочем, зная Акиру, у нее действительно наверняка есть парень. И он действительно хорош – плохого Акира бы и держать не стала. Хорошо, у нее есть парень и она не любит девушек, даже Майко ей не нравится, так чего ж она вчера… Нехорошее предчувствие вдруг прошибло меня от макушки до пят, и стадо мурашек пробежало по спине и рукам.

– Погодите… – пробормотал я, – быть не может! Это… это неправда же, да? – я посмотрел в их лица, ища ответ.

Акира опустила голову, Читосе отвернулась, и только Майко выдержала мой взгляд.

– Я вчера поняла, – сказала она, – хотела тебя во сне придушить. Было бы быстро и даже не больно. Но рука не поднялась. Да и… ты же говоришь, что надо через рот разговаривать, а потом уже действовать, так мы вот… собрались, чтобы обсудить.

– Ох ты ж боже мой… – В голове галопом неслись мысли, сбиваясь в табун и наворачивая круги. Кровь. Это точно кровь, у меня нет других способностей. Кровь, больше крови богу Крови. Арргх.

– Стоп! – поднимаю руку я. – Вы же не думаете, что я специально, я бы никогда…

– Не думаем, – криво усмехается Майко. – Если бы думала, я бы Зажигалку вчера ночью не остановила.

На мой вопросительный взгляд она развела руками в стороны, копируя жест Акиры во время призыва инферно, и губами произнесла: бум!

– Мля… – потрясенно сказал я и посмотрел на гостевой домик совершенно другими глазами. Деревянные стропила. Бамбуковые перегородки и рисовая бумага. Инферно. Перед глазами встал ревущий столб пламени из моих воспоминаний и Акира, разводящая руками. Но почему? Да, моя кровь могла послужить как афродизиак, возбудить и раздвинуть границы, но честно говоря, иногда и алкоголь дает такой же эффект, это не повод убивать самогонщика… или? Я вспомнил шуточку Майко про мага-менталиста, и все встало на свои места. Свобода воли. Вот оно что. Я взглянул на свои руки. Кровь пульсировала внутри, в венах и артериях. У взрослого человека почти пять литров крови, сколько этой гадости во мне – не знаю.

– У нас есть доказательства этой теории? – спросил я. – Я не оправдываюсь, нет. Мне надо понять.

– Пока нет. Кроме того, что поведение у всех… – Акира обвела взглядом присутствующих, – явно нетипичное.

– У меня вот вчера рука не поднялась тебя придушить, – пожаловалась Майко, – обычно такого не случается.

– Хорошо. Жаль, что не поднялась, конечно, но хорошо. – Мельком мелькнула мысль, что будь Майко порешительней – и возможно, утро этого дня я бы уже встречал в другом мире. Или в преисподней.

– Я… я, кстати, тоже не лесбиянка, – сказала Читосе, – а после того… случая у меня совсем влечения не было, понимаете? Я думала, может, это потому, что Син – он младше меня и у меня материнский инстинкт какой-то, понимаете? Я вообще не думала, что у меня когда-то снова получится, ну, с мужчиной быть. А девушки меня не привлекают… то есть не привлекали. Раньше. А теперь… – она вздохнула.

– Мне-то все равно, – сказала Майко, – мужчина, женщина, девушка или старик. Как говорил Миямото Мусаси, воин, вышедший на путь секса – даже если сам Будда встанет на твоем пути – трахни его!

– Майко, там немного о другом речь, – мягко поправила ее Акира. Майко только рукой отмахнулась.

– Но вот так вот, как вчера… даже у меня «модус операнди» немного в сторону ушел. Не, Син, взгляни фактам в лицо – ты со своей кровушкой нас вчера всех изнасиловал. Это как подсыпать девушкам в чай возбуждающее, чтобы воспользоваться их состоянием. – Майко достала пачку сигарет, ловко, щелчком пальца, выбила одну и кинула пачку Акире. Акира поймала пачку в воздухе, достала сигарету, передала пачку Читосе. Зажгла небольшой огонек на кончике пальцев. Все закурили. Надо же, подумал я, Читосе курит. Хотя от таких вот новостей и я сейчас закурю.