Виталий Абанов – Синдзи-кун и его попытка прожить обычную жизнь (страница 52)

– Да ты не переживай так, Акира-тян, – увидев, как она напряглась, сказал Джиро-сама, – не все так страшно. Мы даже до первого указания не дошли.

– Да, Джиро-сама. – Глубокий поклон мудрости этого человека. И его силе.

– И несмотря на то, что ваши действия доставили мне… неудобства, мы еще можем использовать все это… Знаешь, Акира-тян, – прищурился глава семьи, – один старик на северной границе пас лошадей… – Он замолчал и лукаво глянул на Акиру. Пауза затягивалась.

– И его стадо убежало от него, – продолжила Акира, – и все говорили, что это плохо… а он говорил – хорошо или плохо, о том я не ведаю.

– И вернулось его стадо к нему, и привело еще коней два десятка с собой, и все говорили, что это хорошо… – кивнул Джиро-сама.

– А он говорил, что хорошо или плохо, о том я не ведаю, – не дала паузе повиснуть в воздухе Акира.

– Именно. – Джиро-сама остановился и подрезал еще одну ветку. Сакура еще не зацвела, но почки на деревьях уже набухли. – В «Замыслах царства Чу» чиновник Цзян И рассказывал про лису, пользующуюся силой тигра. Было бы неплохо, если бы моя семья стала подобна этой лисе, как думаешь, Акира-тян? – И Джиро-сама наклонил набок свою голову, глядя прямо на нее и на какую-то неуловимую долю секунды став похожим на огромную собаку, смотрящую умными глазами. Нет – на волка. Огромного, седого волка. Акира невольно сглотнула. Вот и предложение. И отказаться нельзя, не в таком они положении, чтобы отказываться.

– Конечно, Джиро-сама. – Склониться в поклоне. Склониться перед волей, превосходящей. Склониться перед судьбой.

– Ну вот и хорошо, – кивнул Джиро, – ступайте уже, надоел вам старик со своими глупостями.

– Как можно, Джиро-сама… – Поклон уж в спину стоящему в размышлении боссу, который раздумывает, срезать ветку у яблони или пусть растет.

Вышли. Фух. Слава богу. Откинуться на сиденье в автомобиле. Закурить сигарету. Выдохнуть.

– Это что вообще было-то, а? – спросила Майко через некоторое время.

Акира устало повернула голову и посмотрела на нее.

– Дура ты, Майко, – сказала она, – как есть дура неграмотная.

– Что?! Да с чего ты… Да я сейчас тебе…

– Да, да, да. Наваляешь ты мне сейчас, прямо тут, – махнула Акира в воздухе сигаретой, – ты же у нас «Майко, крушить!». У-у-у… убила бы.

– Да за что?!

– Ты почему в разговор лезешь? Вот кто тебя просит. У нас и так… все ноги в жире, еще и ты со своим «а чё?!».

– Но… – задохнулась Майко. – Но…

– Да ты даже не поняла, о чем речь. Не поняла же? – Акира внимательно изучила лицо Майко и кивнула. – Не поняла. Хорошо. Спрашивай, чего не поняла. – Акира затянулась и закрыла глаза. Она очень устала. – Ну?

– Хм, там что-то про указания и пояснения – ну ты еще сжалась так… – спросила Майко.

– Три указания и пять объяснений. Однажды правитель царства У предложил Сунь Цзы обучить его гарем, а Сунь Цзы принял этот вызов. Там длинная история, Майко-чан, но суть сводится к тому, что он дал девушкам указания и объяснения, но те хихикали и никак не могли справиться даже с простой командой. Тогда он приказал отрубить голову самой красивой девушке и ее подружкам, которых он до этого назначил старшими. И после этого гарем правителя стал самым дисциплинированным гаремом в мире. И да, кстати, правитель был недоволен, хотя вроде этого и хотел.

– Как так-то? Ну, конечно, он был недоволен! Его жену казнили просто так!

– Не просто так. Сунь Цзы показывал, что воинская дисциплина может быть достигнута только так – сперва объяснениями, а потом репрессиями.

– Ну хорошо. И про что это было? Ну что он этим сказать хотел?

– Скорее всего он хотел сказать что-то вроде «хорошо, что мне не придется повторять вам дважды, а иначе ваши головы давно бы в канаве лежали» – если перевести с нормального на твой язык.

– Это у тебя язык ненормальный. Будто нельзя так прямо и сказать… – пробурчала Майко.

Акира посмотрела на свою подругу и покачала головой. Нельзя. Никто так прямо не говорит. И чем выше, тем сложнее идиомы и тем дальше от настоящего предмета беседы. Намеки на намеки и даже на это намекают. Ты должен знать все японские идиомы, китайские идиомы, историю своей страны и соседних, самые важные культурные ценности – романы и повести. С тем же самым Джиро-самой немыслимо разговаривать, не прочитав хотя бы «Троецарствие», «Сон в Красном тереме», «Речные заводи», «Путешествие на запад». И это минимум. Шестьсот китайских идиом обязательны для запоминания, уже не говоря про родные, японские. Акира вздохнула. Ну как это все объяснить своей энергичной, но необразованной подруге?

– А что там дальше? Вы про старика и лошадей говорили? Он что, коней завести собрался? – продолжила расспросы Майко.

– Старик на северной границе пас лошадей… Кстати, одна из самых известных идиом, даже скорее притча такая. Она о том, что нет худа без добра, а сказать этим он хотел, что надо сложившуюся ситуацию использовать. Сейчас из-за наших действий пошла информация, что старый Джиро не контролирует ситуацию в городе и что, дескать, появилась команда молодых да ранних. Сказать тебе, кто эти отморозки?

– Не надо, – отрезала Майко, отводя глаза, – я уж поняла. «Черная Вдова» и Сумераги-тайчо.

– Вот-вот. А потом Джиро-сама сделал нам предложение. Хорошее такое предложение. Замечательное предложение. Просто великолепное предложение. Такое, знаешь, от которого не отказываются. Вот я и не отказалась.

– Что? Ты на что там подписалась? Почему я не знаю? Ах… ваш дурацкий язык недомолвками!

– Лиса использует силу тигра, – нараспев, тягуче начала произносить слова древней притчи Акира так, как читала ей в детстве мама, укладывая спать. – Однажды тигр охотился на зверей и поймал лису. «Только не вздумайте меня есть! – сказала лиса. – Небесный Владыка назначил меня повелительницей зверей. Если сделаете меня своей жертвой – нарушите Его волю. Если не верите, следуйте за мной и убедитесь сами, как звери, увидев меня, разбегутся во все стороны!» Тигр поверил и пошёл за хитрой лисой. И действительно – все звери, завидев их, тут же убегали. Тигр думал, что животные пугались впереди идущей лисы, а на самом деле они боялись его.

– Крутой рэкет, – оценила Майко, – а когда он сказал, что хочет быть лисой, то?

– Ох, Майко. Ну, все, я сейчас тебе объясню все клером… – и Акира погасила сигарету, повернулась к подруге, глубоко вздохнула и объяснила. Что на самом деле было сказано и услышано на этой встрече. Что Джиро-сама не против иметь под рукой такую вот команду, которая, с одной стороны, вроде как и не его, а с другой – его поручения исполняет, но об этом не знает никто.

Очень удобно же: если что, то и взятки гладки – это вон команда молодых отморозков, что с ними поделать! Плюс если в его царстве-королевстве интриги какие против него идут (а они всегда идут, можешь даже не сомневаться, Майко-бака, я теперь тебя только так называть буду!), то интриганы и всякие заговорщики, а также прямые враги Джиро-сама куда пойдут? Правильно – обязательно к нам обратятся, в поисках союзников, мы же тут единственная альтернативная сила будем, единственные, кто противостоит произволу и угнетению со стороны Джиро-самы. Контроль в контроле, двойной, тройной контроль. И будем мы вроде бумажного тигра – типа сражаемся иногда с семьей, то они нас, то мы их. Напряженное противостояние, все дела.

Так из лимона Джиро-сама делает лимонад, глупая моя. Конечно, начнется сейчас – дескать, старикан и власть удержать не может, вон у него молодежь голову поднимает, а ему это и нужно. Он эту фронду всю в кулак соберет и одним махом раздавит. Или даже не раздавит, а использует. Как-нибудь, как понадобится.

А те, кто угнетением Джиро из гражданских недовольны – ну там лавочники, бизнесмены и прочие, те, кто платит братве деньги, у них появляется чудесная возможность платить нам и думать, что они платят за свою свободу. А то, что это один кошелек, никто и знать не будет. Понятно?

– Ого. – Глаза Майко округлились. – Ничего себе старикан умный. А что такое клер?

– Это термин такой у радистов, когда прямым текстом в эфире говорят, потому что с той стороны такие вот, как ты, сидят, которые расшифровать не могут! – Голова у Акиры реально начинала болеть, а в такие минуты она раздражалась.

– Ладно тебе, – сказала Майко, – не ругайся. А старикан у нас крутой!

– А то, – сказала Акира. – Поехали уже.

Она не стала говорить Майко, что всей правды она до конца не сказала и что в этой интриге есть еще одна интрига, а насколько она знала Джиро – возможно, и не одна. И что так вот, играть общественным мнением и оставаться за кулисами, сам босс может десятками лет.

Это только начало. Конечно, придется легализовать их команду – объяснить, почему Акира-сан бросила Джиро и подалась к каким-то новичкам. Тем, кто знает Майко – та же самая история. И у нас остается только одна неизвестная, некая Сумераги Сумико, вот на нее всех собак и повесят. Нужна история, которая заставит всех в Сейтеки и за пределами поверить, что некая Сумераги-тайчо смогла увести лучших магов из-под носа у старого Джиро. И история эта должна быть такой, какую приятно обсудить с друзьями под бутылочку саке, сплетня, которая разлетится со скоростью света по всем этим кухонькам, рынкам, лавочкам и салончикам. Акира вздохнула, прощаясь со своей, таким трудом заслуженной, безупречной репутацией. Покосилась на сосредоточенную Майко за рулем. Вот уж поистине – меньше знаешь, крепче спишь.