Виталина Дэн – Бесчувственные. Цена Свободы (страница 20)
Запрокинул голову назад и упер руки в бока, тяжело при этом дыша. Застыл в таком положении от его слов. Закрыв глаза, словил в башке только одну «мыслю». Черт! Черт! Черт!
– Что делать? – поинтересовался в резкой форме.
– Искать выход. Возможно, единичный случай. Возможно, нет. Возможно, придется прибегнуть к неким препаратам.
– Ищите выход, доктор. У вас нет права на ошибку. Только не с ней! – я развернулся и пошел обратно в палату.
Один раз эти коновалы уже загубили жизнь важной для меня женщины. Второй не позволю. Даже если придется быть последним гандоном. Всю жизнь ни о чем не задумывался, а сейчас и подавно!
Чича. Наши дни.
– Ну что, готова поменять место дислокации? – с ухмылкой задал вопрос Тим и сократил расстояние между нами до непростительно близкого. – Раскладушку я не собираюсь забирать. Говорят, там кровати широкие… – мечтательно закатил глаза, явно надеясь на что-то большее.
Коротко хохотнула и рукой оттолкнула в сторону его оборзевшую и колючую от щетины рожу. Тим подхватил не только мой смех, но не забыл и руку. Прежде, чем отпустить, задумчиво поцеловал в ладонь, явно обдумывая дальнейшие наши планы.
Чича. 1 месяц назад.
Потерла глаза и разлепила их, прищуриваясь от доносящегося шума. Что за проклятье?!
– Разбудил?
Конечно, ты меня разбудил! Какого черта ты, ненормальный, раскладушку притащил сюда? Мало тебе было плазмы?
Да! Этот сумасшедший повесил напротив моей кровати плазму. Вызвал рабочих по установке и меньше чем через сутки у меня появился телик! Впервые в жизни мне сказали:
– Он твой!
Внутри я пищала, как маленькая девочка, а на деле никак не выразила ни благодарности, ни безмерного счастья. А оно было!
В тот момент Тимур как-то странно на меня взглянул, и на долю секунды словно обличил себя. В его черных глазах, которые смотрели в мои голубые, мелькнула обреченная неимоверная боль.
В тот момент, прежде чем он вышел, я почувствовала сильный укор не только в душе, но и в сердце!
Какая же ты идиотка! Могла бы и улыбнуться! Он ведь немало для тебя сделал в этих стенах!
Очень много! Неимоверно много! Никто столько не делал для меня, сколько делает он! Но и не забывается вся его грязь, совершенная по отношению ко мне. Я не могла этого отпустить.
– О чем задумалась? Проклинаешь уже? – вернул в реальность его голос.
Нет. И даже не думала. Ты просто сумасшедший! На кой черт тебе раскладушка?!
Но он, как обычно, догадавшись, о чем я думаю, высказал свое мнение.
– Мне надоело спать на полу или в кресле, – да! Он и кресло сюда притащил! В общем, обустроил и снабдил палату всем необходимым. На данный момент она казалось маленькой уютной комнаткой. – У меня уже спина болит! А еще я могу подхватить воспаление легких! – посмотрела на него, как на душевнобольного идиота.
Повернула голову к окну и… и за окном лето, твою мать! Какое воспаление легких?!
– И не смотри туда! Это ни о чем не говорит. Знаешь, как по полу дует? – я усмехнулась его уловке.
Человек полностью переехал ко мне. Сколько себя помню в этих стенах, он каждый день спал тут, в больнице, не покидая меня. Словно я ночью могу сброситься из окна! Практически весь день и все время со мной. Привез сменную одежду для себя и некоторые мелочи обихода. Принимает душ тут, и я не услышала ни разу, чтобы хоть раз пожаловался на это. Хотя, я могу представить апартаменты душевой больницы. Явно не сравнить с его ванной и душевой, которая находится в его квартире. Тим редко отлучается и, к сожалению, не уверена, что по работе! Я знаю, что он так и не смог уладить проблему с семьей. Алина-то приезжает ко мне постоянно, а его братец оказался еще хуже стоящего напротив меня типа.
Я видела, в каком вымотанном состоянии Тим возвращается ко мне. Как разрывается между больницей, семьей и иногда работой. Как иногда с мрачным лицом односложно ведет разговор с доктором или отвечает на вопросы медперсоналу.
В такие дни я была особо притихшей. В такие моменты мне машинально не хотелось доставлять ему еще больше хлопот. Внутри от его вида что-то болезненно ныло и разрывалось. И чувствовать это мне категорически не хотелось! Не по отношению к нему…
– Ты где витаешь? – вырвал из воспоминаний его хриплый голос.
Что? Опять про воспаление легких лапшу на уши будет мне вешать?
– Снова спала? – нахмурился и провел горячими пальцами по скуле.
Моргнула утвердительно, а так хотелось сказать. Много что сказать…
– Мне это не нравится. Давай будем слезать с них?
Увернулась, скидывая его руку. Мгновенно посмотрела на него прожигающе. Он издевается?! Я только из-за этих лекарств начала садиться на кровати! Перестала терять сознание или попеременно блевать! И он мне сейчас предлагает от них отказаться?!
Убийственно его прожигала взглядом, на что постепенно получала такой же. Только в разы хуже!
Значит, он уже все решил для себя!
– Я сказал, мне это не нравится! – начал постепенно переходить на угрожающий тон. Властный!
Какая мне разница, индюк, что тебе нравится, а что нет?! Я начала садиться! Садиться! Ау-ууу! Услышьте, хоть кто-то! Это ведь ненормально снова лишать меня глотка воздуха! Я только воспрянула духом!
– О чем спорим, молодежь?
Нахмурилась от обращения врача. Мы в принципе не можем спорить! Я не говорю, вообще-то!
Тим, выпрямившись, посмотрел на Артура Азаровича.
– Я считаю, что нужно прекратить прием таблеток! Она очень много спит. – Выдохнула с шумом на его реплику и закрыла глаза.
Ненавижу! Вот! Я снова его ненавижу! И раскладушку его готова вышвырнуть отсюда к ебеням!
Сжала свои кулаки, насколько мне позволяла моя теперешняя сила, и начала прислушиваться к их голосам.
– Можно попробовать. Но… но, возможно, мы рано отказываемся. Возможно, до сих пор не решили её проблему. Я тоже заметил, что они на нее влияют, как седативное средство.
– Они ее не успокаивают! Они ее выключают. Это не есть хорошо!
– Будь по-вашему. Снимаем её с этого курса. Завтра попробуем сесть без них.
И, на удивление, у нас все получилось! На следующий день, и через день, и через пару дней тоже все вышло хорошо! Я начала садиться и не шлепаться в обморок!
И, в конечном итоге, через неделю наших совместных упражнений я украдкой из-под ресниц кинула взгляд на Тимура, который сидел на моей кровати и настраивал телик, ставя нам какой-то недавно вышедший фильм.
– Что смотришь?
Резко перевела взгляд в сторону пола. Как, черт возьми?
– Поздно. Ты попалась, давно! Что? – откинулся на моей кровати и теперь сидел полулежа, тем самым обхватывая своей мощной рукой мое хрупкое тело. Казалось, что моя фигура тоньше его лапы!
Нежно схватил меня за подбородок двумя пальцами, приподнимая лицо, чтобы опалить меня своим горячим взглядом.
– Ну, так что?
И как мне ему сказать?
Разлепив губы, немо сказала одно слово. Если прочтет по губам, то все поймет. Для него это не составит труда.
Думаю, он все понял, иначе сейчас не загорелись бы жаром его жгучие глаза. Не растекалась бы в них по радужной черной кайме раскаленная магма. Не топила бы меня в черной глубине его глаз.
Сумасшествие…
– Иди ко мне, – возбужденно, с хрипотцой прорычал и сам жадно набросился на мой рот.
Каждый раз не передать словами, что я ощущаю, когда он меня касается. И каждый раз стараюсь побороть саму себя. Или свое тело, Чича? Или уже и мозг?
Сердце… сердце я точно оставлю себе.
Нееет… Не делай этого с нами. Я не хочу!
Постаралась оттолкнуть его, но он ничего не чувствовал! Он только больше напирал на меня в поцелуе, пытаясь просунуть свой язык! И словно не трахался целую вечность!
Он сожрет меня сейчас! Что он делает? Или так и надо? Гооспооди…