Вита Вайн – Ваша Павлова подана, босс (страница 2)

На секунду мне даже показалось, что это для него не просто традиция, а какая-то важная печать, клеймо, метка — называйте как угодно, но никак не первый поцелуй между влюбленными.

Где-то в глубине души, под толщей страха и ярости, во мне вспыхнула крошечная и предательская мысль, что Нико, наверное, неплохо целуется... И в его грубой силе было что-то такое, что заставляло меня принять этот поцелуй и подчиниться ему.

В конце концов, минимум на ближайший год я официально его жена...

Глава 2

Вам, наверное, интересно, как я докатилась до жизни такой?

Да очень просто.

Меня даже не спросили! Скорее — поставили перед фактом.

До моих 25 лет ничего не предвещало появления гражданина Николаса Винсента Кастельверде в моей жизни, пока однажды ко мне на работу не пришел отец. Выглядел он подозрительно нервно, но сначала я не придала этому значения.

Мой папа — известный кондитер, который давно открыл собственную пекарню вместе с мамой. К сожалению, мамы не стало несколько лет назад. Наша семья была обычной и дружной, и я почему-то никогда не задавалась вопросом, какой была жизнь родителей до появления старшей сестры. Довольствовалась парочкой старых фотографий и коротких рассказов “а вот раньше…”.

Папа, бегая глазками по помещению, попросил чая со свежим круассаном и как бы между делом заявил, что вообще-то он не просто кондитер, а бывший криминальный авторитет и вор в законе, которого разыскивали много лет, пока его друг не инсценировал его и мамину смерть на официальном уровне. Таким образом они “залегли на дно” и начали новую жизнь. Это был мой шок №1.

Я чуть не выронила на пол вишневый штрудель, который поднесла ко рту.

Шок №2. Этот самый друг — практически его брат, который много раз их с мамой спасал, потом сам бежал из страны буквально из-за того, что мой отец отошел от дел. И теперь он появился 35 лет спустя, рассказал, что осел в Чикаго, и попросил о помощи. Вспоминая все, что сделал для нашей семьи Николай, отец не мог ему отказать.

На календаре было далеко не первое апреля, да и мой отец не то что бы хороший шутник. Заболеваний у него тоже не было. Но я все еще не понимала, причем здесь я, пока мы с ним не дошли до сути. Итак, шок №3 — нужно спасти сына этого самого Николая из Чикаго, которого разыскивают мафиозные кланы не только в Чикаго, но и по всей Америке, и сделать это максимально правдоподобно. Желательно, чтобы он потерялся в России минимум на годик. И лучше всего — из-за свадьбы, так как виза у него туристическая, а ему нужно тут задержаться.

Шок №4 — думаю, вы уже догадались, что невесту выбрали быстро. И ей — та-дам! — стала я. Кандидаток было раз два и обчелся — моя сестра уже замужем, а я… Пеку булочки и тортики и наслаждаюсь своей среднестатистической жизнью — идеальная невестка для Николаса из Чикаго! Так решило авторитетное мафиозное поколение без моего участия в обсуждении.

Папа напоследок добил меня новостью: Нико, кстати, уже летит в Россию. Вот тебе, дочь, ключи от квартиры, это мамина любимая двушка, где мы прожили много лет. Пожалуйста, прими его и помоги, но в наш загородный дом не води. Отец заверил: он придет на свадьбу, чтобы снять подозрения, но светиться рядом с сыном друга не хочет, чтобы не привлекать лишнее внимание.

“Аня, все уже решено, пойми!”.

Отец подшуршал по своим связям и договорился с тетей Машей о скорейшей регистрации брака, так что через неделю мы с Николасом должны расписаться. Вот такая романтичная история любви.

И никого не смутило, что у меня есть парень, пусть он сейчас в Москве работает и у нас отношения по переписке, но мы ведь любим друг друга!

Не успев толком прийти в себя от шока, я стояла на пороге квартиры, куда не заходила с момента маминой смерти. Отец потом переехал в загородный дом, оставив кондитерскую в моем полном распоряжении. А мне так нравилась однокомнатная квартирка, которую я снимала, что я не стала перебираться в эту, где все дышало теплыми воспоминаниями... До сегодняшнего дня.

Я хорошо помню нашу первую встречу с Нико. Я стояла внизу, подергиваясь от переживаний, и ждала такси. В своей голове я нарисовала образ обычного неприметного парня, про которого никогда не скажешь “мафиозник”, но из машины ко мне вышел амбал в кожаной куртке с дорогими часами на руке, у которого на лице были написаны все самые грязные ругательства, которые можно было только вообразить.

— Que basurero!* — это было первое, что я услышала от него.

*Какая помойка!

У него был вкрадчивый голос с грубой хрипотцой. Не громкий, но при этом в нем чувствовалось столько уверенности и власти, что перебивать точно не хотелось. Или узнать, что может случиться, если его перебить. Весь вид и тон Нико кричали о том, что он привык командовать. Хотя меня это мало волновало, потому что сейчас этот “командир” находился на моей территории, а, значит, правила здесь устанавливаю я. Наверное?

Я сжала губы в плотную линию. Отец клялся и божился, что этот громила знает русский и умеет на нем прекрасно изъясняться. В мои планы не входило учить его язык или жить с разговорником подмышкой.

— Привет! — я девушка без предрассудков, подумаешь, выглядит устрашающе, как сам дьявол, поднявшийся прямиком из ада в наш маленький Ижевск, но это ведь не значит, что он человек плохой, правильно?

Но мой будущий муж не обратил на меня практически никакого внимания: просто медленно смерил взглядом, едва задержавшись на моей груди и бедрах, а потом прошел мимо. В этом чувствовалось некое пренебрежение, словно он не только наглым образом разглядывал меня, но и считывал мои слабости, сразу с ними примиряясь.

— Сойдет, — выдал он бесцеремонно, ни “привет”, ни “приятно познакомиться, Анна”, а потом достал из багажника небольшую дорожную сумку. — Куда идти?

Мда-а-а-а… Это будет тяжелый год.

Глава 3

— И это вся твоя квартира? — Нико медленно прошелся по небольшому коридору и остановился в дверях маленькой кухни. Выглядел он… Не особо впечатленным моими хоромами. Я гадко хихикнула и представила, как у него внутри с треском порвались все шаблоны об “обычной” жизни в России. Это тебе не Чикаго, детка! А потом, натянув на себя вид эксперта по дизайну интерьеров, Нико добавил: — У меня солдаты* живут лучше.

*Полноценный член семьи, самый младший по рангу

В малюсенькой квартирке Нико выглядел еще больше, чем на улице, и занимал собой почти все пространство до потолка. Надо признать, что и потолки тут были низкими, но все же между его макушкой и побелкой оставалось сантиметров сорок в запасе.

— Ну, знаешь ли, мне тут сказали, что ты скрываешься. И светиться нигде не должен, так что не тебе выбирать жилье, — я тоже шагнула внутрь, оттесняя большую фигуру в сторону. Слова о родительской квартире задели меня в самое сердце. Когда я родилась, мы переехали в большой загородный дом, но сестра и родители прожили здесь много счастливых лет.

Спокойно, Аня. Не злись. Это всего лишь какой-то избалованный недомафиозник, не привыкший к настоящим житейским трудностям. Это он еще не видел санузел… В котором ему придется внимательно следить за своими длинными конечностями.

— Тут будет моя спальня, — я указала рукой на комнату родителей. Сама еще не успела разложить все вещи, так как только недавно перевезла их. На полу стоял чемодан и наспех собранные коробки со всякими полезными мелочами. Нико внимательно наблюдал за мной. Когда я повернулась и показала на гостиную, где стоял большой пыльный диван, он выразительно приподнял бровь. — А ты спи тут.

— Я не буду спать, как шавка, — Нико сразу же сделал шаг в сторону комнаты и кинул сумку на кровать. Я даже не успела возмутиться, что так не делается — уличное и сразу на кровать. — И ты не будешь. Скоро мы станем законными мужем и женой, так что нет смысла играть в незнакомцев.

— Играть?! — я опешила. — Мы и есть незнакомцы! Я о тебе только сегодня узнала.

— Это не мои проблемы. Я уже знаю о тебе все, что мне нужно.

— Что, например?

— Ты достаточно красива, чтобы мне не было за тебя стыдно. Ты безвкусно одета, значит, у тебя нет мужчины, — он буднично распихивал свои немногочисленные вещи по полкам в стареньком шкафу с покосившейся от времени дверцей, при этом продолжая разбирать меня, как легчайший пример в математике. Педантично встряхивал и складывал каждую дорогущую брендовую шмотку, которая смотрелась в этом антураже до абсурдного нелепо. — Ты не капризная, так как всю жизнь работала. Выходит, цену деньгам знаешь. Ты умеешь чтить родителей — это для меня самое важное. Остальному тебя научу я или моя семья.

— Ты ничего не перепутал, Нико? — я прочистила горло и сложила руки на груди. Этот засранец чувствовал себя хозяином не только своей жизни, но и моей заодно. Меня это не устраивало. — Я тебе жена буду только на бумажке. У меня есть парень, он просто сейчас работает в Москве. Но мы собирались встретиться на майские праздники. И я не буду его бросать из-за этого глупого соглашения! Я прикрою тебя на год, а потом расскажу всем в слезах, что ты изменил мне и мы развелись.

В ответ Нико лишь хмыкнул. Я восприняла это как знак, что до него дошли мои слова, больше эту тему мы поднимать не будем.

— Я скажу своему парню, что ты мой дальний родственник. Чтобы у него не возникло подозрений в измене, — я взяла свой чемодан и со скрипом половиц поволокла его в гостиную. Спать с ним в одной комнате? Ну уж нет! — Договорились?