Вита Фокс – Моя снежная королева (страница 14)

Все смешалось в голове, мысли метались от одной к другой, алкоголь и вовсе задурманил рассудок, но я точно и четко понимал, что губы Роуз сейчас именно то, что дурманит мой разум куда сильнее чем самый сильный наркотик или самый крепкий алкоголь. Нечто запретное, желанное и такое сладкое. Сейчас все границы пали, как стены крепости, которую под сильным натиском взяли штурмом. Завтра мы оба пожалеем об этом, но это будет завтра. Роуз даже мало было простых поцелуев, женщина опустила руки на мою задницу и впилась ногтями, прижимая к себе сильнее, чем вызвала из моей груди томный выдох прямо в ее, опухшие от поцелуя губы. Я не мог оторваться от губ Роуз, это как наркотик, а я безвольно подсел на него за считанные секунды. Маниакально запоминаю запах ее тела, чтобы после помнить его, или улавливать нотки каждый раз, когда она где-то рядом. В отдаленном уголке сознания понимаю, что все это неправильно и никакого будущего нет у этого романа, но вместо того, чтобы остановиться я ещё сильнее вжимаю ее в себя, при этом прижимая ее всем весом своего тела к прохладной стене, которая уже давно нагрелась от наших разгоряченных тел.

Я настолько распалился, настолько атмосфера близости меня завела, что я не придумал ничего лучше, кроме как резко отстраниться от нее и повести прочь, к выходу, на улицу, где будем только мы, тишина и воздух, которого стало катастрофически не хватать. Я крепко держал ее за руку, не отпуская, тащил за собой так быстро, что она еле поспевала. Я не знаю насколько она понимает, что происходит, но ей не стоит и пытаться, потому что нет никакого логического объяснения тому, что творится.

Уже на улице я развернул ее к себе, сам упёрся спиной к кирпичной стене, утягивая ее за собой. Мои руки крепко обвились вокруг ее талии, не давая и малейшего шанса на побег, а губы быстро накрыли губы Роуз. Мы снова целовались, только теперь уже в более интимной и тихо обстановке. — Я готов был ему морду набить за то, что он прикасался к тебе. — сквозь поцелуй, хрипло и прерывисто шепчу я ей в губы сам не зная зачем.

Сразу же ломаю все барьеры перед собой, показываю эту уязвимость, на которую с лёгкостью можно надавить. Всему виной алкоголь. — Ты сводишь меня с ума.

Продолжаю говорить женщине то, что она хочет услышать. Не потому что это что-либо изменит, а потому что это правда. Я словно сорвался с цепи. Резко поворачиваю Роуз снова к поверхности хорошенько прижав собой, но в это раз я нагло задираю ее ножку на себя, шастая по гладкой коже рукой. У нее идеальная фигура, эти ноги, нужно запретить своим боссам иметь такие ноги, потому что каждый сотрудник противоположного пола будет думать лишь о них. Мужчина — животное, и этого не исправить, а сейчас она воочию это наблюдает. Я взял обе ее руки и прижал над головой, обездвиживая ее со всех фронтов. Она так сексуальна, что будь мы в номере я бы сорвал с нее всю одежду. Мельком затуманенным от желания взглядом окидываю ее фигуру, а после припадаю губами к шее, оставляя мокрые следы от поцелуев и моего горячего языка. Одной рукой всё ещё держу ее руки над головой, второй держу бедро, ближе к заднице которую уже через пару секунд жадно сжимаю. — Насколько ты сходишь сейчас с ума? — не знаю зачем спрашиваю это, быть может просто хочу услышать то, что уже сгенерировал у себя в голове.

Правда не дожидаясь ответа, я непрерывно провожу языком между ее груди к шее.

— Бывало и сильнее. Если я и пересплю с кем-то сегодня — это будешь не ты. — Сама уже небось представила, как стонешь подо мной.

Она медленно повернула голову и усмехнулась: — Да это у тебя руки дрожат от того, что ты меня касаешься.

Нахально улыбаясь, она приблизила свои губы к моим, тогда как сама смотрела мне в глаза. — Ты хочешь меня, но никогда не получишь. И в понедельник в офисе, я пройду мимо и даже не вспомню о том, что здесь произошло.

Она почти касалась моих губ своими. — А сегодня у тебя два пути: помочь себе самому, либо найти помощницу, которая не удовлетворит тебя в полной мере, ведь мы оба знаем, кого ты будешь хотеть отыметь.

Женщины часто думают одно, а произносят совершенно иное. Лгунья, еще сильнее выгибалась навстречу моему языку, что чертил алфавит любви прямо на ее шейке. Я не знаю, о чем она думает, насколько она осознает суть происходящего, но я прекрасно понимаю, что сейчас целую свою начальницу, которую еще некоторое время назад считал самой упрямой снежной королевой в мире. Сейчас же я считаю ее самой сексуальной женщиной в мире, как быстро все меняется, стоит только выпить и попасть в неформальную обстановку.

— Давай будем честными, Роуз, — хрипло шепчу я, сексуально проводя губами по ее щеке к ушку.

Одной рукой я все еще держал ее за запястья над головой прижав их к стене, другой рукой я держал ее за лицо, сильнее повернув ее голову от себя.

— Ты просто ссышь признать, что хочешь меня и не будь я твоим подчиненным, ты бы уже скакала на моем члене. — в этот момент коленкой я грубо вторгся под ее одежду между ног, буквально усаживая Доусон на нее. — Ты просто боишься после смотреть мне в глаза, ведь ты задала уже себе образ снежной королевы, а отдавшись мне, он разобьется в пух и прах.

Я начал елозить коленкой, так чтобы ее клитор через ткань получал приятные ощущения.

— Ты не забудешь меня… — я провел языком по шейке девушки к ушку, при этом мягко оттянув за мочку. — Ты каждый раз будешь вспоминать о том, что между нами произошло, твои щеки будут розоветь, а сама ты будешь думать «интересно, а какой он в постели», а ведь у тебя был шанс узнать.

Движения ногой становились все более уверенными и ритмичными, а ее ротик открывался все шире, а дыхание сбивалось. — Каждый раз проходя мимо меня помни, как я целовал тебя и как ты хотела, чтобы я вытащил свой хер и удовлетворил все твои самые… потаенные… желания…

С этими словами, той рукой что я держал ее за лицо, я потянул на себя, после чего нагло впился в ее губы, не давая ей никаких шансов на освобождение и капитуляцию. Язык тут же шустро скользнул в ее горячий ротик, находя там соперника, с которым тут же завязалась борьба. Мы так страстно ссосались, а я еще сильнее заводил ее коленкой, а вместе с тем, дико заводился и сам. Как же я ее хочу, я понятия не имел, что за одни выходные от раздражения я разгонюсь до неудержимого желания овладеть ею. Сорвать одежду и просто выдрать, не думая ни о чем.

Глава 12

Роуз

Алкоголь, любопытство и желание почувствовать себя свободной и живой сыграли свое дело. От легкого прикосновения губ поцелуй резко разогнался до самого настоящего страстного действа. Целовался он надо сказать классно. Мне всегда нравились страстные и уверенные поцелуи, когда мужчина знает, чего хочет и берет это. Мне нравилось, что кто-то ревнует меня. Это возбуждало. Но вместе с тем он не имел права меня ревновать. Я не его женщина. Я его начальник и только. Хотя, сейчас, когда мы так жарко целуемся, этого по нам не скажешь. Мы игрались друг с другом и теперь уже было непонятно кто был кошкой, а кто мышкой. В процессе роли менялись и в данный момент именно я ощутила, как у меня подкашиваются коленки. Этот мужчина странным образом действовал на меня. Мне казалось, что с моим преподавателем танцев у нас страсть. По сравнению с тем, что происходило сейчас, игры в танцевальном зале были лишь детским лепетом. Рэймонд был не глупым мужчиной. Он понял, что не будь мы начальник и подчиненный, я бы сдалась. Черт, а он знает толк в соблазнении. Хорошо, что мне тридцать, а не двадцать, иначе бы я уже отдалась ему прямо тут. Когда его губы вновь накрыли мои, я податливо ответила на его поцелуй. Я сама хотела этого. Наши губы встретились и вновь начался этот безумный танец страсти. Мы целовались и не могли насытиться друг другом. Меня даже стало волновать то, что мне настолько сильно сносило крышу. Оставалось лишь внушать себе, что все дело в атмосфере отдыха и волшебных напитках. В перерывах между поцелуями, мы оба пытались отдышаться. В какой-то момент я тоже пошла напролом. — А ты, находясь на очередной оперативке будешь думать какого цвета было на мне белье. — я оттянула его нижнюю губу, а после сладко поцеловала.

Поцелуй был долгий, а затем в губы, я снова зашептала: — В какой позе мне нравится больше всего… насколько хорошо я делаю минет… насколько громко постанываю в процессе…

И снова поцелуй. И снова безумие. — Будешь представлять как бы я кончала под тобой.

Я посмотрела Рэю в глаза. — Будешь смотреть на меня и понимать, что всего этого так и не узнал.

Наверное, мы оба будем думать о том, а что было бы если… После всех этих поцелуев я не слабо так завелась. Слова о другом мужчине теперь имели свой резон. Я и правда хотела секса. Рэй завел меня до предела. Сам того не понимая он подготовил меня к сексу с мужчиной, правда не с собой. Думаю, что и он сегодня не будет ночевать в одиночестве. Есть даже в этом факте толика досады, но я не могу позволить себе перейти эту черту. Я в последний раз посмотрела на его губы, а затем чуть более твердо сказала: — Отпусти меня, Уотерфорд.

Я намеренно назвала его по фамилии, словно вновь разделяя нас по разные стороны баррикад. Нельзя смешивать работу и личную жизнь. Я итак достаточно нарушила свое же собственное правило. Пришло время включить холодный рассудок и перестать слушать гормоны. Я смотрела на Рэя, впервые так близко рассматривала шрам на его лице. Мне вдруг так захотелось коснуться его пальцами. Больше такой возможности ведь не предвидится, но я не могла больше позволять ему это безумство. Потому я отвернулась и повторила ту же фразу, что сказала до этого. У Рэя не было выбора. Я четко обозначила свою позицию.