Вит Мастерсон – Смерть в плавательном бассейне (страница 29)

Холл был пуст, но раздавшийся звонок заставил портье показаться из своей каморки. Это был мужчина средних лет, высокомерный и равнодушный. Хаген знал, как с ним обращаться.

Властным голосом Хаген объявил:

— Полицейское дело. Вы видели молодую женщину, которая сейчас вышла из вашего отеля?

Хаген не предъявил ни удостоверения, ни бляхи, портье тоже не потребовал этого. Он зевнул.

— Боюсь, что не видел, сэр. Я был занят в другом месте. Это постоялица?

— Нет, она посещала кого-то.

— Ну, тогда я совсем не знаю. Я вижу их, только когда они спрашивают номер комнаты.

Он мотнул головой в сторону лифта.

— У нас самообслуживание.

— Проживает ли у вас кто-нибудь из Лос-Анджелеса?

— Может быть. О чем, собственно, речь? Кто-то сбежал?

— Дайте мне посмотреть регистрационную книгу,— приказал Хаген, пропустив мимо ушей вопрос портье.

Тот пожал плечами и достал из стола большую книгу. По его виду можно было заключить, что все это для него не ново. Хаген открыл книгу и быстро просмотрел имена приезжих.

Среди них было двое из Лос-Анджелеса. Один его совсем не интересовал: он прибыл только вчера, к тому же это была женщина. Но имя другого постояльца вызвало у него мрачную усмешку. Это был Джек Ферейра, он жил здесь уже три дня и занимал комнату 319.

Хаген указал на запись.

— Вы знаете этого человека? Крупный, высокий парень, сложен как борец.

— Как вам сказать? Я лично знаю немногих. Они приходят и уходят. Если они не пытаются скрыться, не оплатив счета, мне до них нет дела.

— Ну хорошо.

Хаген вернул ему книгу и вышел из отеля, но отошел недалеко. Он закурил сигарету, выкурил половину и вернулся в отель. Как он и ожидал, портье снова исчез. Хаген тихо прошел к лифту и незамеченным поднялся на третий этаж.

Там он стал искать номер 319. Коридор был пуст, в нем пахло пылью и дезинфекцией. Номер 319 находился на полпути к запасному выходу. Хаген стоял возле двери и массировал пальцы в ожидании того, что должно произойти. Он точно знал, что случится. Он постучит в дверь, и Джек его впустит. Джек будет удивлен — вероятно, всего одну секунду,— но этого вполне достаточно. Один раз он уже уложил этого силача на пол и был уверен, что и вторично это ему удастся. А потом, конечно, он будет вести себя умнее, мрачно решил Хаген.

Он постучал, но не получил ответа. Постучал вторично, но с тем же результатом. Хаген нахмурился. Он был убежден, что Джек находится в номере. Эвис Гил не пришла бы без предварительной договоренности. Может быть, его заметили? Может быть, здесь устроена ловушка?

— Если ты будешь так стоять, то ничего не узнаешь,— пробормотал Хаген, затем глубоко вздохнул и осторожно повернул ручку двери. •

Она была не заперта. Сильным толчком Хаген распахнул дверь и, слегка пригнувшись, приготовился к встрече. Затем остановился как.вкопанный.

Джек, конечно, был в номере. Он сидел в большом кресле у окна и не встал при появлении Хагена. Он не оглянулся и не поднял своей большой головы, опущенной на грудь. У Хагена свело живот. Он медленно закрыл дверь и подошел, чтобы окончательно убедиться в том, что уже знал.

Они приходят и уходят, сказал портье. В этом случае он ошибался. Джек уже никуда не уйдет. Джек был мертв.

Глава 18

Хаген попытался нащупать у Джека пульс. Он отсутствовал. Тело было еще теплое, но и в комнате было очень тепло. Трудно определить время смерти. Учитывая факт, что Джек был свежевыбрит, а жалюзи окна подняты, Хаген решил, что смерть, вероятно, наступила утром, а нё ночью. “

Некоторое время Хаген смотрел на мертвого, не чувствуя ни радости, ни горя. Всего несколько минут назад он был готов избить Джека, но теперь жажда мести исчезла, осталось лишь неопределенное сожаление. Вероятно, Джек мог ему рассказать нечто важное.

Теперь Джек уже никому ничего не расскажет, хотя рот его был открыт,‘будто он собирался говорить. Его вставные зубы, верхняя и нижняя челюсти, выпали и лежали на животе. Хагену казалось, будто они оскалились в отвратительной ухмылке.

Ему пришлось вплотную подойти к мертвецу, чтобы установить причину смерти. Крови и других признаков насилия не было видно. Смуглое лицо Джека распухло, язык вывалился изо рта. Похоже, что его удушили. Он действительно был задушен, и удавка все еще была на шее, хотя так глубоко врезалась в тело, что Хаген не сразу ее заметил.

Хаген внимательно рассмотрел петлю и удивленно поднял вверх брови. Это была тетива от лука, тонкая и прочная. Стрелок из лука на этот раз обошелся без стрелы, но все же по возможности использовал свое любимое оружие. Нападение не было внезапным — убийца приготовился к нему. Каждый из концов тетивы был привязан к маленьким деревянным рукояткам, чтобы убийца мог, не порезав рук, тянуть за прочные тонкие, концы. Работа была чистая, хорошо продуманная и четко проделанная.

Шум шагов в коридоре вывел Хагена из состояния болезненного оцепенения. Он подошел к телефону, делая вид, будто собирается звонить в полицию, на случай, если кто-нйбудь войдет. Однако человек прошел мимо, и Хаген не взял трубки'. (

Вместо этого он оглядел убогую комнату Джека. Это был обычный номер отеля с маленькой ванной. Спальня обставлена обычной мебелью: кровать, комод и два стула. Хаген обстоятельно обыскал помещение, но при этом только установил, что отель «Кент» довольно грязный.

Затем он вернулся к мертвецу.

— Как могло-случиться, что такой хитрый и сильный парень дал себя удушить, не пошевелив даже пальцем? — тихо пробормотал Хаген.

На маленьком ночном столике возле кресла Джека стояла почти пустая бутылка виски и пустой стакан. Или не совсем пустой? Хаген заглянул в стакан, не притронувшись к нему, и увидел на дне его белый осадок. Он осторожно сунул в стакан палец и нацарапал ногтем немного осадка. Потом подошел к окну и стал его разглядывать.

Белый порошок... Хаген понюхал, он не имел запаха. Немного нервничая, он попробовал его кончиком языка и тут же сплюнул. Вещество имело очень горький вкус, и этот вкус показался ему знакомым. Он подумал и вспомнил, что чувствовал что-то похожее, когда много лет назад по ошибке ночью раскусил таблетку нембутала. Это было снотворное.

— Теперь мне все ясно,— пробормотал Хаген и посмотрел на Джека.

Тот умер, не успев проснуться. Судя по количеству осадка на дне стакана, следовало полагать, что примененная доза нембутала или секонала была способна усыпить динозавра.

Как его подсунули жертве? На ночном столике стоял всего один стакан, но рядом выделялся круглый высохший след. Конечно, это могло означать, что Джек ставил гуда свой стакан, но этому Хаген не верил. Пытаясь восстановить происшедшее, он пришел к выводу, что снотворное дали Джеку, инсценировав небольшую дружескую выпивку.

После этого стрелку из лука просто оставалось подождать, когда Джек заснет. А затем была пущена в ход тетива. Невольно Хаген представил себе эту картину. Обстановка была приятная — двое рядом выпивают, наверно, смеются и шутят, затем одного клонит в сон, а другой внимательно за ним наблюдает. У Хагена вспотела шея, и он расстегнул воротник. Любое убийство достаточно отвратительно, но когда убивают спящего, который вообще ни одного шанса не имеет...

— Не беспокойся, дружище,— сказал он Джеку.— Кто-то поплатится за это.

Подобное обещание Хаген еще накануне дал самому себе, но тогда он хотел отплатить Джеку. Это лишний раз показывает, как изменчив наш мир.

Хотя Джек и он занимались сходными делами, Хаген не чувствовал угрызений совести, обыскивая пожитки мертвого.

У Джека имелся чемодан, но ни в нем, ни в ящиках комода Хаген ничего интересного не нашел. Свою одежду Джек покупал в Лос-Анджелесе, откуда можно было заключить, что там он и жил. Он пользовался распространенными марками зубной пасты и лезвий безопасной бритвы и употреблял настолько сильно пахнущий одеколон для бритья, что у Хагена выступили слезы на глазах. Среди личных вещей Джека Хаген не нашел ничего, указывающего, что приезжий из Лос-Анджелеса был не Джек Ферейра.

Нехотя он вернулся к мертвецу. Хаген старался не сдвинуть труп с места, чтобы потом Трог не разозлился на него. Но все же пришлось передвинуть Джека, чтобы забраться в карманы его брюк. Хаген вынул его бумажник и усадил Джека в первоначальное положение. Искусственные челюсти упали на ковер, Хаген не поднял их. Зубы Джека никому не были нужны.

Хаген сел на кровать и тщательно проверил содержимое бумажника. Он нашел то, что искал,— небольшое удостоверение в пластиковом пакетике. Оно было ему знакомо, он носил при себе такое же, как и все частные детективы в Калифорнии.

— Ну вот,— сказал он.— Опять угробили жалкого частного детектива.

Узнав, кто был Джек, Хаген решил, что это немногое можно было узнать даже от живого. Правда, Джек мог бы сказать, кто был его партнером по выпивке, но Хаген предполагал узнать это до наступления ночи.

Он не потрудился убрать бумажник в карман брюк Джека. Просто бросил его на комод. Он не позаботился об удалении отпечатков своих пальцев с вещей, которые трогал. Если наступит время объяснять Трогу свое присутствие, они не будут иметь значения.

Разумеется, это время еще не наступило. Хаген хорошо помнил о своем унижении несколько часов назад и не стал сразу звонить Трогу и представлять ему еще неполную информацию. «Он говорил тогда, что я был дураком, считая себя способным опередить полицию,— подумал Хаген.— Ну и пусть попрыгает. Я ему все это передам в законченном виде на блюдечке».