Вирджиния Хенли – Порабощенная (страница 69)

— А что сказал Питер тебе, или, вернее, что ты сказал Питеру?

— Когда он признался, что хотел жениться на тебе из-за денег, разговор продолжили мои кулаки.

— Бедный Питер!

— Тебе что, жалко эту свинью?

— Немножко. Он ведь никогда не сможет сравниться с тобой. Ты — недостижимый эталон!

— Ты преувеличиваешь, но мне приятно. — Его губы коснулись мочки ее уха. — Продолжай.

— Ты благородный и честный, и…

— Круглый болван. Пообещал, что расплачусь с его долгами. Мне придется поехать завтра в Лондон и скупить все его векселя. Я не могу ему дать деньги ему нельзя доверять. — Он крепче сжал ее в объятиях. — Поедешь со мной?

Марк знал, что просит слишком многого. Если они появятся в Лондоне вместе, она будет полностью скомпрометирована. Свет навалится на нее всем скопом и, как стая стервятников, разорвет в клочья остатки ее репутации.

— Я лучше побуду здесь, — прошептала она ему в ухо. Пока он будет в Лондоне, она навестит Куин-сквер и устроит там скандал. Не могла же она заставить Марка вести за нее все бои! По правде говоря, она даже с нетерпением ожидала стычки с Пруденс.

— Возможно, так будет лучше, — неохотно признал он. — Здесь ты в большей безопасности. Питер наверняка появится здесь не скоро, а если и приедет, я прикажу мистеру Берку не пускать его в дом.

— Я не боюсь Питера. Раз у меня есть ты, весь мир и все люди в нем могут катиться ко всем чертям!

Он снова завладел ее губами. Между поцелуями она прошептала:

— Почему бы тебе не присмотреть пару римских столовых диванов в Лондоне? Еда и любовь — замечательное сочетание.

Она была самой непредсказуемой и необычной женщиной, какую ему Только приходилось встречать, и он обожал ее всей душой. Проклятие, завтра придется ее оставить, но сегодня он восполнит упущенное.

На следующее утро, получив приглашение на Куин-сквер, Чарльз Уэнтворт слегка удивился. Пруденс Давенпорт невзлюбила его с первого взгляда и не хотела, чтобы он лечил Диану. По-видимому, Ричард Давенпорт переубедил ее. Хотя с виду сказать этого было нельзя, Давенпорт скорее всего верховодил в этом браке.

Когда Чарльз приехал, его встретил Ричард. Пруденс, тихо сидевшей в сторонке, видимо, было приказано вести себя прилично.

— Спасибо, что приехали, доктор Уэнтворт. Нам нужно как следует понять, что случилось с Дианой, и узнать, поправилась ли она.

— Ну, дело, как видите, довольно запутанное. Ваша племянница исчезла на несколько месяцев. Только ей известно, где она была, но она не хочет вспоминать об этом. Леди Диана убеждена, что она перенеслась в то время, когда Британией правили римляне. Это некая форма амнезии. В мозгу образуется провал, который заменяется правдоподобной историей.

— Правдоподобной! — Пруденс явно не могла больше держать язык за зубами.

— Правдоподобной — с точки зрения Дианы. Истина пока сокрыта от нас. Если дать ей возможность свободно говорить, мне думается, она избавится от этих наваждений, и тогда придет время правды.

— Но вы не можете этого гарантировать, доктор Уэнтворт? Возможно ли, что она так и будет жить в галлюцинациях? — тихо спросил Ричард.

— Мне жаль, что я не могу успокоить вас, но, как вы верно заметили, гарантировать тут ничего нельзя. Однако она вполне нормальна во всех остальных отношениях, и ведь у каждого из нас есть свои странности. Я могу повидать свою пациентку?

— Мне очень жаль, доктор, но она еще не вернулась из Хардвик-Холла, — ответил Ричард. — Мне лишь хотелось кое-что прояснить до ее приезда.

— Доктор Уэнтворт, я была бы вам признательна, если бы вы сохранили все это в тайне, — надменно сказала Пруденс.

— Миссис Давенпорт, уверяю вас, мне и в голову не придет обсуждать с кем-либо мою пациентку. И с вами-то я говорил об этом лишь потому, что вы ее законные опекуны.

Когда Ричард закрыл за ним входную дверь, Пруденс распахнула дверь, ведущую в столовую. Через порог переступил грузный мужчина.

— Вам все было слышно, доктор?

— Да, все, мадам. Думаю, что у вас есть все основания для беспокойства.

Когда к ним присоединился Ричард, ему польстил обожающий взгляд Пруденс. Идея посетила его внезапно, не тогда, когда Диана болтала о римлянах, а когда Ричард понял, что замуж за Питера Хардвика она не пойдет. Зачем делить ее состояние, если они могут заполучить все?

Он может заплатить врачу, чтобы тот признал ее невменяемой и засадил в сумасшедший дом. Когда объявят о ее недееспособности, управлять всеми ее делами станет он.

— Ричард, дорогой, ты гений! — объявила Пруденс, когда он поведал ей о своем плане. — Наша совесть будет абсолютно чиста, поскольку Диана и в самом деле помешалась. Ее надо поместить в надежное место с круглосуточной охраной. Для ее же собственной безопасности нельзя позволить ей куда-нибудь снова исчезнуть.

— Мы не можем пригласить врача из Бата или даже Сомерсета. Здесь у графа все схвачено.

— Не может быть, чтобы ты в своей работе не сталкивался с врачом, с которым можно договориться?

И Ричард вспомнил человека, идеально подходящего для этой цели. Неудивительно, что он так замечательно все придумал. Два года назад ему пришлось столкнуться с подобной ситуацией. Одна влиятельная семья объявила законного наследника недееспособным, а доктор Клейтон Бонор из Уилтшира подписал все необходимые документы, по которым парня засадили в психушку. Чиппенем в Уилтшире находится всего в двадцати милях, и Ричарду не составило труда уговорить почтенного доктора вернуться с ним в Бат.

Ричард печально взглянул на доктора:

— Я уверен, что когда вы сами увидите и услышите пациентку, доктор Бонор, вы согласитесь с моей женой и со мной, что наша племянница вряд ли поправится.

Пруденс надела свою модную шляпу, прикрепила ее булавками к парику и предупредила:

— Мы можем встретить сопротивление, когда попытаемся увезти ее из Хардвик-Холла, доктор.

— Не волнуйтесь, милая леди, никаких трудностей не будет: закон полностью на нашей стороне.

В этот момент раздался громкий стук дверного молотка, и Пруденс выглянула в окно, чтобы посмотреть, кто пришел.

— Это Диана! — прошипела она Ричарду.

— На редкость кстати, — ответил он.

— Мне, Пожалуй, лучше вернуться на время в столовую. Она будет куда откровеннее, если застанет вас вдвоем, — предложил доктор Бонор.

Глава 34

Когда Ричард открыл дверь, Диана решительно вошла в дом.

— У вас что, нет прислуги? Удивительно, особенно если учесть, что за все плачу я. Пруденс, ты ведь обычно не можешь обойтись без полдюжины лакеев на побегушках.

Пруденс густо покраснела.

— Ты должна разговаривать со мной уважительно, юная леди!

— Уважение надо заслужить, Пруденс. А вы с Ричардом заслужили лишь мои подозрения, гнев и презрение!

— Ты не в своем уме, Диана, — сказал Ричард. — Ты стала совсем другим человеком.

— Не таким послушным и наивным, ты хочешь сказать. Вчера вернулся Питер Хардвик, и когда я сообщила ему, что свадьбы не будет, он рассказал мне о тайном финансовом соглашении между вами.

— У нас не было тайного соглашения с Питером Хардвиком. Он лжет!

На мгновение ей захотелось поверить своему дяде. Но в глубине души она знала, что Питер сказал правду. Повязка спала с ее глаз, и теперь она ясно видела, какими мошенниками были ее родственники.

— Тогда ты не станешь возражать против расследования по ведению моих финансовых дел, — объявила она решительно.

— Нисколько! — петушился Ричард. — Через два месяца ты достигнешь совершеннолетия и расследуй, сколько твоей душе угодно. Я буду рад избавиться от этой ответственности.

Пруденс поняла, что пора заставить Диану вернуться к старой теме.

— Диана, ты вспомнила, где была все эти месяцы, или ты все еще настаиваешь, что перенеслась во времена римлян?

Диана круто повернулась лицом к Пруденс:

— Для такой приличной женщины у тебя чересчур грязные мыслишки. Тебе не терпится услышать от меня, что я забеременела от мифического любовника и девять месяцев пряталась. Но это не так, Пруденс. Я перенеслась в то время, когда в Аква Сулис были римляне. Поработивший меня Маркус Магнус был на самом деле Марком Хардвиком, графом Батским. И да, Пруденс, мы были любовниками.

Ричард распахнул дверь в столовую.

— Вы достаточно слышали, доктор?

Грузный мужчина вошел в комнату.

— Она полностью не в себе. Я подпишу бумаги.

— Какого черта? — вскричала Диана, придя в ярость оттого, что у них хватило подлости спрятать кого-то в соседней комнате, чтобы подслушать их разговор.