Виолетта Якунина – Горячее сердце, холодный расчет (страница 37)

— У меня что-то аппетит пропал, но все равно зайдем, — согласилась Ритка.

— Зато у меня от всех этих приключений аппетит только разгорелся. Как здорово, что ты приехала! Давно я так не веселилась, — засмеялась Наташа, выходя из машины.

Из распахнутой двери ресторанчика доносились головокружительные ароматы жаренного со специями мяса. Тут у кого хочешь слюнки потекут! И Ритка решила, что она будет все-таки в состоянии проглотить сочный стейк с овощным салатиком. Они заняли угловой столик, укромно спрятавшийся за решетчатой ширмой, скрывавшей его от нескромных глаз. И сделали заказ подбежавшей к ним хорошенькой официантке.

— Вот, смотри, — тоном заговорщицы начала Наташа, разложив три фотографии на столе. — Эта имеет влиятельного мужа-политика, который сможет растереть в порошок любовника своей жены без лишнего шума. Сэм знал, что женщину можно шантажировать, грозя ей разоблачением ее связей. Возможно, политик бы и не стал разводиться, но лишил бы ее всяческих благ. И Сэм затягивал ее в эту связь, как паук муху в свои сети. Смотрим дальше: это невеста номер один. С братцем-судьей он тягаться бы не стал, поэтому женился бы все-таки на девице Мориак. Ну а итальянская вдова, на мой взгляд, — это его запасной вариант. Хотя, согласись, она самая интересная из баб.

— Соглашусь, но я бы сказала, что это очень рискованный вариант, — отметила Ритка, — ведь если правда, что ее бывший муж — мафиози, то, скорее всего, она не утратила связей с этими бравыми ребятами. И стоит только ей шепнуть, как от Сэма мокрого места не останется!

И они уставились друг на друга, вертя в руках фотографии.

— А что, если… — начала Наталья.

— Намекнуть итальянке о том, что она у Сэма, не одна? — подхватила Ритка. — Но что это нам даст?

— А что, надо же с чего-нибудь начинать! Посмотрим на его реакцию, — пожала плечами Наташка.

Официантка приволокла поднос с напитками — легкое вино и апельсиновый сок — и сообщила, что мясо будет готово с минуты на минуту. Она с интересом посмотрела на фотографии, разложенные на столе, и Ритка быстро сгребла их в стопку. Но девушка застыла, нахмурив бровки, и сыщицы догадались, что официантка узнала кого-то на снимках.

— Вам известны эти люди? — спросила Наталья.

— Только мужчина, — дернула плечиком девушка, — в прошлом месяце он снял комнату у нашего хозяина, оплатил ее на полгода и исчез. У нас здесь на третьем этаже сдаются меблированные комнаты, — пояснила она. — А вы его тоже разыскиваете?

— Ну, что-то вроде того, — кивнула Наташа. — А почему его исчезновение беспокоит вашего хозяина?

— Ну как же, человек арендовал помещение — и не живет в нем, — разволновалась девушка, — может, с ним что-то случилось? Хозяин — это мой дядя, и он даже советовался с отцом: а не заявить ли в полицию, но отец отговорил его, сказал, что раз человек честно оплатил квадратные метры, то он вполне может рассчитывать на то, что помещение останется за ним на оговоренный срок.

— А какие-нибудь его вещи есть в комнате? — спросила Ритка.

— Вообще-то дядя никогда не обыскивает комнаты своих жильцов, но тут, сами понимаете, особый случай. Этот постоялец оставил дорожную сумку с вещами. Там лежат плащ, костюм, рубашка, галстук, белье… И все.

— Понятно, — кивнула Ритка, хотя ей было ни черта не понятно.

— Вот и мы его ищем, но пока безуспешно. Он моей тете денег должен, — зачем-то сказала Наташка.

Девушка убежала на кухню. А они принялись совещаться.

— Что бы это значило? Для чего ему эта нора, ведь живет он в пансионе, а дом свиданий у него — отель? — пожала плечами Наталья.

— Думаю, на тот случай, если придется срочно удирать из пансиона, — ответила Ритка. — Мы совершенно случайно раскрыли его запасное убежище.

— Слушай, я готова дать руку на отсечение, что у него в комнате устроен тайник, — засверкала глазами Наталья. — Надо там все осмотреть!

— На каком основании? Кто тебя пустит просто так? Думаю, что девушке достанется от дяди, если он узнает о ее откровениях.

В этот момент официантка принесла еду. Вид у нее был несколько понурый, и она попросила подруг не ссылаться на нее, если вдруг они захотят побеседовать с ее дядей. Она объяснила, что ей влетит за болтовню с клиентами. Ритка как в воду глядела! Они заверили девицу, что им сумка разыскиваемого должника ни к чему, поэтому и к хозяину данного заведения обращаться они не будут.

— Вот если бы он тут жил, тогда другое дело, но ведь неясно, появится ли он тут вообще когда-нибудь, — завершила Наталья их диалог.

Дождавшись, когда девушка отойдет, они вновь принялись обсуждать эту новость.

— И все-таки я пока не вижу, чем можно его прижать, чтобы заставить раскошелиться, — загрустила Ритка. — Напустить на него судью — это слишком кардинальное решение. Боюсь, мы со своим денежным интересом не поспеем за господином Моруа, уж он-то в два счета упечет Сэма за решетку! Подставлять жену политика тоже кажется мне несколько изуверским способом достижения цели. Жалко бабу — гульнула на свою голову!

— Остается шантаж плюс итальянская вдова, — расправившись с салатом, заявила Наташа.

— То есть?

— Мы составим сейчас послание в духе традиционного письма шантажиста: наклеим на листик газетные буковки и вложим в письмо фотографии со всеми дамами. Отправим это письмо в пансион. И дадим Витту десять минут на размышления, а потом позвоним по телефону, чтобы окончательно его добить. Знаешь, одно дело — прочитать письмо, а другое — услышать кровожадный голос в трубке.

— Уж я-то знаю это не понаслышке! — горько усмехнулась Ритка. — Но что мы напишем в этом письме — пригрозим, что расскажем всем его женщинам о существовании других любовниц? Но мы же не знаем, какие у него отношения с ними, может, там все полюбовно, и им плевать на наличие других.

— Ты сама-то веришь в такое? Ты же видела, что они его обожают, тратятся на него беспрестанно. Ты хоть знаешь, сколько стоит этот костюмчик? — Наталья постучала ногтем по фотографии, на которой Сэм красовался в новеньком пиджаке. — Мы составим это письмо грамотно. И опишем перспективы его разоблачения. Это ему не разгул на Кавказе, тут он наступит на мозоль французскому политикану, судье и дамочке, якшающейся с мафией. Ему быстро хвост прищемят, это же не беззащитные тетки из российской глубинки!

— То есть ты думаешь, все сработает? — усомнилась Ритка. — А может, сразу намекнуть, что нам известно о том, кто он такой на самом деле?

— Ну нет, это наш козырь! Сначала обычный шантаж, потом разъяренная итальянка, а уж в случае окончательного неповиновения — козырной туз в виде тебя.

И девушки подняли тост: «За удачу», — она действительно была им нужна как воздух. Наташин сотовый мелодично тренькнул, она выудила его из сумочки и улыбнулась. «Жак», — проговорила она одними губами.

— Привет, — произнесла она бодро в трубку. — Мы обедаем. Да, я забрала фотографии. Куда ты подъедешь? Отлично. До скорого.

— Что он сказал? — поинтересовалась Ритка.

— Он сказал, что у него хорошие новости. Ты готова ехать?

— Да, я наелась до отвала!

— Тогда — вперед! Тебя ждет некое потрясение.

— Я не хочу никаких потрясений, — в отчаянии замотала головой Ритка.

— Я образно выражаюсь, — взяла под руку подругу Наталья. — Я имела в виду встречу с Новым Парижем. Мы едем в район Дефанс. Это французский Манхэттен.

— Это где арка в виде гигантского окна?

— Правильно. Именно там нас и будет ждать Жак. У него там офис, и ему надо заскочить на работу. А мы с тобой заодно увидим очередную достопримечательность Парижа.

Надо сказать, что район Дефанс Ритке не понравился. Он совсем не походил на «ее Париж». Это было что-то инопланетное и непонятное, слишком современное и авангардное, построенное для дельцов, напрочь лишенных ноток романтизма в характерах. Высотные здания с искривленными фасадами блестели стеклом и гранитом и устремлялись куда-то в небеса. У Риты пропало чувство, что она находится в Париже, ей сделалось как-то неуютно. Они вышли на центральную пешеходную аллею.

— Это место называется Эспланада Дефанс, — пояснила Наташа, — главный Бродвей, так сказать.

— Смотри-ка, да тут еще и скверы имеются, — удивилась Ритка обилию зелени.

— Французы называют их садами, — откликнулась Наташа. — Нам туда, — свернула она в один из аккуратных двориков.

Местечко Ритке показалось симпатичным, дворик был спланирован в трех уровнях, повсюду были разбиты красивые клумбы с пестрыми цветами, небольшие деревца, подстриженные самым причудливым образом. С одной из лавочек лениво поднялся высокий темноволосый мужчина в черных очках, одетый в джинсы, клетчатую рубашку и вельветовый пиджак с замшевыми латками.

— Знакомься — это Жак, — представила его Наташа, — Жак, это моя подруга из России, ее зовут Марго.

У Ритки противно засосало под ложечкой. Было в нем что-то такое, что американцы первыми стали называть «секси». Харизма, шарм, неземное притяжение, в общем, как это ни назови, но оно било ключом из Наташкиного знакомого.

— Королевское имя, королевская внешность, — чуть склонил голову в поклоне Жак.

Отчего несколько прядок волос упали ему на лицо. Голос у него был бархатистый, низкий, от которого прогибались коленки. И Ритка скомандовала «Стоять!» своим предательски дрожащим конечностям.

— Спасибо за комплимент и за готовность мне помочь, — улыбнулась Ритка.