Виолетта Весна – Развод. Я беременна от бывшего (страница 14)

— Там нет картины.

— Значит, я смотрела в будущее.

Павел хмыкнул.

— А я просто врач. У меня профессиональная деформация.

— Паша, ты травматолог.

— Тревожиться за беременную сестру можно без узкой специализации.

Слово «беременную» прозвучало тихо, но все равно ударило прямо в грудь.

Я еще не привыкла.

К тестам — да. К маминому лицу, когда она обняла меня и заплакала почти беззвучно, — почти. К тому, как Павел молча заварил мне чай и не стал читать лекцию, — тоже.

Но к этому слову — нет.

Беременная.

Я.

После развода.

От Артема.

Телефон лежал в сумке, но я чувствовала его так, будто он был горячим. Артем больше не писал после того, как уехал от маминого дома. И это, вместо облегчения, почему-то держало меня в напряжении.

Когда Артем молчал, это редко означало, что он отступил.

Чаще он просто переставал предупреждать.

— Вера Соколова? — позвала медсестра.

Я подняла голову.

Соколова.

Девичья фамилия. Лада записала меня именно так, не спрашивая. Наверное, правильно сделала. В этой клинике никто не должен был слышать фамилию Орлова и сразу начинать улыбаться шире, чем нужно.

Я встала.

Колени оказались слабыми.

Павел тоже поднялся.

— Я рядом, если что.

— Я знаю.

Лада сжала мою ладонь.

— Дыши. Не геройствуй.

Я кивнула и пошла за медсестрой.

Кабинет был светлый, без лишней роскоши. Врач, Анна Сергеевна, оказалась женщиной лет сорока с усталым, но спокойным лицом. Она не улыбалась чрезмерно, не говорила ласковым голосом, от которого мне захотелось бы сбежать, и не задавала лишних вопросов.

— Вера Андреевна? — уточнила она.

Я кивнула.

— Присаживайтесь. Расскажите, что у нас.

Я рассказала. Коротко. Задержка, тошнота, три положительных теста, стресс. Про развод не сказала. Про Артема — тоже.

Анна Сергеевна слушала внимательно, делала пометки, задавала обычные медицинские вопросы. Даты, самочувствие, хронические заболевания, лекарства, боли, выделения. Все было просто, конкретно, без драмы.

И от этого мне стало чуть спокойнее.

Потом был осмотр. Анализы. УЗИ делать оказалось рано для того, чего я уже успела бояться и ждать одновременно, но врач подтвердила: беременность очень вероятна, срок маленький, нужно сдать кровь на ХГЧ и повторить через пару дней, потом прийти на контроль.

— Сейчас главное — не нервничать, нормально есть, спать и не перегружать себя, — сказала она.

Я почти рассмеялась.

Не нервничать.

Просто мелочь.

Врач подняла глаза от карты.

— Я понимаю, что это звучит банально. Но на раннем сроке стресс действительно лучше снижать по возможности.

— По возможности, — повторила я.

Она посмотрела внимательнее.

— Ситуация сложная?

Я сжала пальцы на коленях.

— Да.

Анна Сергеевна не стала расспрашивать.

— Тогда начнем с малого. Сегодня вы едите что-то легкое, пьете воду, ложитесь спать. Завтра сдаете кровь. Если появятся боли или кровянистые выделения — сразу звоните или приезжайте. Но по тому, что вы описали, сейчас нет повода для паники.

Нет повода для паники.

Я уцепилась за эту фразу, как за поручень в автобусе.

Когда я вышла в коридор, Лада вскочила первой.

— Ну?

Павел смотрел молча, но по лицу было видно, что он уже готов услышать любой вариант и начать действовать.

Я выдохнула.

— Беременность подтверждается. Срок маленький. Нужно сдать кровь и прийти еще раз.

Лада закрыла рот ладонью.

Павел отвернулся к окну и потер переносицу.

— Все нормально? — спросил он.

— Пока да. Сказали не нервничать.

Лада горько усмехнулась.

— Прекрасно. Сейчас найдем место, где продают не нервничать килограммами.

Павел взял у меня направление, быстро просмотрел.

— Хорошо. Завтра с утра кровь. Я отвезу.