Виолетта Стратулат – Обжигающий импульс (страница 18)

Влад спешит разрядить обстановку, потому что прочищает горло покашливанием и начинает объяснение:

— Я попросил Вику об этой встрече. Мы с Алиной готовимся к конкурсу, поэтому нам важен взгляд со стороны, уверен, как и вам в преддверии свадебного торжества… Сколько, кстати, осталось времени?

— Чуть больше недели. Полторы, если точно.

Голубые глаза Влада расширяются. Он присвистывает, из-за чего я ударяю его в плечо. Нечего мне последние деньги из студии выветривать! И так только на ноги с бизнесом встаю! Но Влад пожимает плечом, как ни в чем не бывало, и добавляет:

— Тогда тем более важно оценить недочеты со стороны. Викуля хоть и прекрасный педагог, но в паре не может углядеть все неточности.

Это меня похвалили? Комплимент? Откуда ему только знать: какой я преподаватель танцев, если ни разу не видел моих уроков? Вопросы мелькают в голове, но я не произношу вслух ни слова.

Влад все-таки прав. Нам-то точно важен взгляд со стороны, потому что времени остаётся всё меньше, а в паре нормальный танец не получается. То ли после моего предложения начать свободные отношения, то ли после нашего страстного поцелуя… но что-то из этого наверняка повлияло. Поодиночке Илья справляется великолепно, уже даже выдерживая приличный темп, а как мы вместе, так сразу уверенность исчезает — хуже медведя, словно амнезию схлопотал.

Алина возвращается, и мужчины идут переодеваться. Я снова замечаю, что Илья не отрывает взгляд от нее, чуть ли не выворачивая шею на все триста шестьдесят градусов, и это неудивительно: обтягивающие бриджи, чёрный топ, каблуки — всё, что подчеркивает изгибы женского тела. Я тоже одета как следует, но почему-то начинаю чувствовать себя чуточку неуверенно. Настроение вконец портится, и я скрещиваю на груди руки. Алина останавливается. По ее выражению лица понимаю, что она наблюдала за мной. Я качаю головой в стороны, чтобы девушка не обращала внимания на подобные глупости. Мне стоит взять себя в ежовые рукавицы и перестать вываливать эмоции наружу.

Влад возвращается быстро, практически через пару минут. Он подмигивает мне, широко улыбается и подходит к проигрывателю, настраивая музыку. Уже через несколько секунд медленная нежная мелодия заполняет зал, вызывая мурашки по телу. Взгляд цепляется за хмурого Илью, вышедшего из раздевалки. Он приближается к скамейке у зеркал и присаживается. Не могу понять, что могло случиться за две-три минуты, что они провели с Владом в раздевалке. Илья злится на что-то? Они там поболтали о чем-то не совсем удачно? Хотя… Какая разница? Меня это не касается.

Музыка сменяется на игривую, волнительную мелодию, и я сразу же догадываюсь, какой танец за этим последует. Танго. Танец страсти и огня. Я спешу освободить для парочки площадь, встав сбоку у скамьи. Илья подается вперед, упираясь локтями в колени и переплетая пальцы в замок. Кажется, он зол? Или раздосадован? Губы поджаты, а глаза устремлены вперед. И я тоже смотрю на Влада с Алиной, кружащихся в танце, со страстью испепеляющих друг друга взглядами. Однако технически получается у них так себе. Я недовольно хмурюсь и поджимаю губы. Их главную ошибку замечаю сразу же, и когда они останавливаются и направляются ко мне, уже готова дать ответ.

— Ну, что не так нам дается? — спрашивает Влад, чуть запыхавшись после танца.

Он делает глубокий вдох и затем медленно выдыхает.

— Давай мы станцуем с тобой? Я подхвачу, и ты сам поймёшь, в чём дело? — предлагаю я с хитрой улыбкой.

— Именно я лажаю?

Влад удивляется, а я расплываюсь в улыбке. Он такой забавный. Такое ощущение, будто ему корону с макушки столкнули. Но, зная Влада более десяти лет, могу с уверенностью сказать, что он не зазнайка.

— Не совсем, ты «давишь» Алину и не позволяешь ей раскрыться. Оттого она не уверена в танце с тобой.

Девушка вздрагивает, когда Влад уставляется на нее. От такого пристального взгляда любой бы растерялся. Я хлопаю бывшего партнера по плечу, чтобы он не пугал свою ненаглядную, и подталкиваю к противоположной стороне зала. Мы встаём в пару, и я смотрю на Алину.

— Включи, пожалуйста, песню на повтор с самого начала и тоже наблюдай за нами. Это и для тебя полезно в какой-то мере, — пытаюсь я не давить на нее, чтобы не обидеть.

Алина послушно ставит композицию на повтор и становится на моё место, чуть наклонив заинтересованно голову набок. Мы с Владом подстраиваемся в такт музыки и танцуем. Едва я касаюсь взглядом Ильи, мне начинает казаться, что он злится. Неужели ревнует? Это раззадоривает меня и заставляет вести себя более раскованно. Я закидываю ногу Владу на бедро, как делала Алина, и игриво перебираю пальчиками по крепким мужским плечам. Влад тоже не отстает, скользя обеими ладонями по моей спине. Каждое движение становится интимнее. Взгляды острее. Дыхание смешивается. Это чувство единения туманит голову. Я не успеваю опомниться, как мы с Владом страстно обнимаемся в финале танца и смотрим друг другу в глаза.

— Вик? — тихо зовет меня Влад, крепче прижимая к себе.

Его лицо настолько близко, что, кажется, еще чуть-чуть — и мы столкнемся носами. Влад поворачивает голову, прикрывает веки, отчего понимание мгновенно вспыхивает в сознании.

Он хочет меня поцеловать? Влад… и меня?!

Я, шокированная, цепляюсь обеими руками за его плечи. Сердцебиение, и так ускорившееся из-за танца, пульсирует в висках и глотке. Рваное дыхание еще не пришло в норму из-за усталости. Я размыкаю губы, резко, до боли в груди, вдыхая воздух, и замираю. Слишком быстро! Что, черт возьми, вдруг нашло на Влада?! Боковым зрением цепляю блондинистые волосы Алины. Она? Все дело в ней?

— Эй, я не Алина, — бормочу я тихо в его раскрытые губы, чтобы нас никто не понял, и Влад вздрагивает.

Он моментально открывает глаза, несколько раз моргает, переваривая информацию, будто только что вышел из транса. Кольцо крепких объятий ослабевает; Влад чуть отодвигается, выпрямляясь в спине. Он, по-прежнему потерянный, помогает мне подняться на ноги.

— Прости…

Раненные нотки голоса отзываются эхом в душе, и что-то непонятное заставляет меня ощутить себя последней сволочью. Вскинув голову, я смотрю на Влада, но он, полуотвернувшись, стискивает зубы, корчит лицо, будто получил удар под дых, и кашляет в кулак.

Впервые вижу Влада таким… растерянным? Почему он так странно себя ведет? Ему неловко передо мной? У него симпатия к Алине, и из-за этого находится в замешательстве? Помнится, мне же прямым текстом говорил, что я ему никогда не была и не буду интересна. Что-то про «нет в тебе загадки, знаю, как облупленную». Неприятное ощущение усиливается, однако я, натянув улыбку для всех остальных и игнорируя произошедшее, затеваю разговор. Не хочу, чтобы Влада как-то неправильно поняли просто потому, что он поддался влиянию музыки.

— Теперь понял? — спрашиваю я достаточно громко и твердо, чтобы слова пробились сквозь звучание мелодии.

Влад неуверенно кивает и пытается восстановить дыхание. Он отворачивается от меня полностью, взъерошивает волосы обеими руками; его мышцы скованы, корпус чуть наклонен вперед. Я ощущаю злость Влада даже на расстоянии. Воздух словно утяжеляется, электризуется, и мне хочется как-то смягчить обстановку. Я поворачиваюсь к Алине и смотрю на неё, отмечая восхищение во взгляде:

— А ты? Все поняла?

Она улыбается и многократно кивает, как болванчик. Кажется, ее ничего не смутило в нашей с Владом заминке. Я перевожу взгляд на Илью и неосознанно вздрагиваю. Он прожигает меня свирепым взглядом, однако не двигается с места, лишь сцепив в замок пальцы. Я стараюсь игнорировать Илью и его странное поведение. Больше не хочу что-то себе надумывать. Нет между нами никакой тяги, точнее у него ко мне ничего… нет. И не появится! Давно пора было разрушить воздушные замки, пока они не окрепли в сердце.

— Вы оба танцуете каждый сам по себе, не прислушиваясь друг к другу, поэтому отсутствует единство, — поясняю на всякий случай, если вдруг кто-то из конкурсной парочки сделал неправильные выводы. Снова смотрю на приятеля, кажется, ставшим более расслабленным: — Владик, подмогнешь мне тоже?

Он мгновенно оживляется, выбрасывая из головы огорчение, которое до этого было заметно во взгляде. Я, радостная, расплываюсь в улыбке, киваю и иду к себе в кабинет. Быстренько хватаю схему танца — отдельный экземпляр, приготовленный для себя на тот случай, если что-то забуду или захочу поправить, — затем возвращаюсь в зал и показываю Владу.

— Это схема, которую я набросала для свадебного танца. Как тебе?

Влад пробегает взглядом по листкам, почесывает гладко выбритый подбородок и произносит приподнятой интонацией:

— А недурно! Все простенько, как раз для новичка, — он бросает беглый взгляд на Илью, — но зато смотреться будет эффектно. У вас всё получится!

Я улыбаюсь шире, довольная собой. Приятно, когда твои труды замечают и дают им высокую оценку. Особенно от Влада, сведущего в танцевальной отрасли.

— Станцуешь его со мной? Хочу, чтобы Илья имел представление, как это должно выглядеть со стороны.

— Спрашиваешь ещё! — Влад растягивает губы в счастливой улыбке и энергично кивает. Но прежнего задора, свойственного ему, я не вижу.

Влад заставляет себя улыбаться?

Я не уверена окончательно, но чувствую, что всё обстоит именно так. Поскольку сама часто прибегаю к этому трюку. Особенно после встречи с Ильей в том кафе. Хотели собраться девчонками после долгой разлуки, связанной с поступлением в разные вузы и переезды, а в итоге к нам присоединился Илья по просьбе Юрки, и пошла жизнь кувырком… Интересно: когда я схлопотала себе диагноз, ставший мучением? И почему только Юрка попросил именно Илью помочь в тот день? Лучше бы такси Свете вызвал, чтобы она с чемоданами не таскалась в метро. И не было бы вороха проблем. Ни у Лены, ни у меня. Но прошлое не обратить вспять.