Виолетта Стим – Шабаш Найтингейл (страница 70)

Увидев пейзаж, раскинувшийся вокруг, Деметра застыла на месте.

Поляна вспыхивала яркими красками, режущими глаза. Насыщенная изумрудная трава мягко колыхалась под легким ветром, из нее поднимались стебли фиолетовых колокольчиков, и желтых лютиков, и синих гиацинтов, и десятков других цветов, названий которых Деми не знала. Молодые, недавно распустившиеся листья на деревьях были нежно-зеленого оттенка. Среди них, словно маленькие феи, танцевали бабочки, и птицы пели с высоты ветвей. Над всем этим великолепием сияло пронзительное голубое небо, а лучи теплого солнца проникали в самую душу.

Куда там было ее крошечному зимнему садику в Лост-хаусе!.. С красотой реальной природы ничто не могло сравниться.

Не веря своим глазам, Деметра упала на колени и неожиданно для себя разрыдалась. Она проводила руками по траве, вдыхала ароматы цветов и слушала жужжание насекомых, смеясь и плача одновременно.

Наконец, она перекатилась на спину и легла, раскинув руки в стороны.

Ее мечта… Ее заветная несбыточная мечта осуществилась самым невероятным образом.

Стоило пережить апокалипсис и крах целого мира, чтобы вновь и вновь смотреть на пушистые белоснежные облака, и на весеннюю зелень, и на улыбку Дориана, наблюдавшего за ней.

Впервые за многие месяцы Деми ощущала себя по-настоящему живой. И она не позволила бы больше никому отнять у нее это чувство.

Учитывая, что остров, на котором они оказались, фактически еще не назывался Нью-Авалоном и до сих пор принадлежал миру людей, Дориан предположил, что жителей на нем не имелось вовсе. По крайней мере, за время, проведенное на поляне, они не услышали ни одного звука, свидетельствовавшего о присутствии неподалеку хоть кого-то, кроме них.

Деметра сняла куртку и шарф – для верхней одежды было слишком тепло – и осталась в коротком черном платье и ботинках. А так как нехватки времени отныне можно было не опасаться, то она позволила себе устроить небольшой привал, чтобы отдохнуть и заодно заглянуть в «Хроники Тринадцати Первых».

Впрочем, даже само знание о времени им стало больше недоступно. Телефон Дориана сел, превратившись в бесполезный кусок еще не изобретенной пластмассы, а механических часов никто не носил. И было неясно, какой сейчас месяц, день и час. По солнцу, постепенно опускавшемуся за верхушки деревьев, становилось понятно лишь то, что оно неторопливо клонилось к закату.

– «Съехались следующей весной в Корнуолл бароны со всей Англии, в земли близ замка Тинтагеля, и собрались за столом в холле высокого чертога. Прибыли к ним и посланцы с умершего острова Авалона. Долго они держали совместный совет и никак не могли сойтись в едином мнении», – зачитала Деми вслух, пока Дориан, прислонившись к стволу большого дерева, перелистывал гримуар Тристана Найтингейла. – В земли, близ замка Тинтагеля… Получается, нам нужно каким-то образом вернуться с этого острова в деревню Шефферд – городом Хэксбриджем она станет называться только в девятнадцатом веке…

– Выбраться с острова? Вплавь, что ли? – усмехнулся парень, отвлекаясь от своего чтения. – Или, быть может, тебе уже так скоро пригодилась бы помощь какого-нибудь сильного мага? Чтобы наколдовать лодку, например?

– Возле деревни Шефферд нам нужно будет найти замок, – продолжила Деметра, пропуская слова несносного охотника мимо ушей. – Дориан, а что, если замок, где собирались бароны, – это Далгарт-холл? Он ведь уже существовал в шестнадцатом веке?

– Возможно, – пожал плечами Дориан и рывком захлопнул гримуар.

Деметра же посмотрела на кольцо «метаморфоз», поблескивающее на пальце.

– Так вот в чем заключался твой план, – скептически ухмыльнулся Дориан, заметив ее взгляд. – Таким образом ты собиралась выкрутиться? Даже не думай. Неизвестно, что произойдет, если ты применишь руну «метаморфоз» на себя. И далеко не факт, что сможешь обрести магию.

– Почему это? – возмутилась Деми. Она думала о превращении себя в волшебницу еще с того самого момента, как увидела это кольцо и узнала принцип его действия.

– Вильгельмина сама сказала нам об этом на Эйрине, разве ты забыла? – напомнил охотник. – Даже она не знала, как руна подействует на обычного человека. Скорее всего, ты просто погибнешь раньше времени. И если не хочешь вновь поэкспериментировать со смертью сейчас, то лучше сохрани это кольцо до действительно нужного момента. Того, когда оно сможет принести нам пользу.

Убрав гримуар в рюкзак, он поднялся на ноги и с наслаждением потянулся.

– Довольно прохлаждаться. Если мы хотим покинуть остров до конца дня, то стоит поскорее выйти к берегу.

– Путь в пещеру шел в сторону северо-востока, значит, теперь нам нужно будет идти обратно, на юго-запад, – предположила Деми, тоже закрывая свою книгу.

– На юго-запад, да? – язвительно ухмыльнулся парень. – У тебя случайно не найдется компаса?

– Нет, а у тебя? – улыбнулась Деметра, цепляясь за его руку, чтобы встать.

– Очень смешно, – фыркнул Дориан. – Твоя хваленая Вильгельмина Спирита могла бы снабдить тебя кое-каким снаряжением – время подготовить его у нее было. Но, разумеется, мы опять должны выкручиваться сами.

– Просто пойдем и куда-нибудь да выйдем, – сказала Деми.

Накинув лямки рюкзака на плечи, она уверенным шагом направилась в лесную чащу. Примерный путь от пещеры до «моста» сохранялся в памяти, однако сейчас, за пять сотен лет до двадцать первого века, да еще и цветущей весной, все выглядело совершенно иначе. Поэтому оставалось только предполагать.

Прогулка по лесу вызывала приятные чувства, а здешний воздух был сладок и свеж, так что не возникало желания хоть на что-то пожаловаться. Ну, разве что хотелось бы немного поспать и поесть – последние сутки выдались чересчур экстремальными, чтобы заботиться о подобных мелочах. В высокой траве под деревьями Деметра нашла целые россыпи дикой клубники и черники и быстро собрала пару полных горстей. Ягоды, хоть и немного отличались от современных, все же оказались очень вкусны и сумели притупить ноющую боль в желудке.

Поделившись с Дорианом, Деми вернулась к сборам и, увлекшись, отошла чуть дальше. Тогда-то она и заметила совершенно отчетливый след человеческих ног на земле. А внизу под холмом стала видна протоптанная широкая тропинка.

– Дориан, – шепотом позвала Деметра, торопливо отходя назад и прячась за деревом. – Кажется, насчет присутствия людей ты ошибся. Мы не одни на этом острове.

– Что ж, тогда ситуация определенно становится интереснее, – сказал охотник и разом закинул оставшиеся ягоды себе в рот. – Какой, говоришь, сейчас год?

– 1533-й, – повторила она.

– Значит, Анна Болейн еще жива… – задумчиво проговорил Дориан, подходя ближе и незаметно выглядывая из-за дерева на тропу.

Нахмурившись, Деми посмотрела на него.

– Что? Это же входит в школьную программу, ты должна знать! – насмешливо отреагировал охотник и принялся загибать пальцы. – Развелся, казнил, умерла, развелся, казнил, пережила…

– Ты же не думаешь, что мы каким-то образом попадем к королевскому двору? – скептически поинтересовалась Деметра.

– Нет. Но понимать, на ком сейчас женат король, не менее важно, чем знать, какой сейчас год. Особенно во времена Генриха VIII, – ответил охотник. – Нам нужно переодеться. Боюсь, если нас увидят в такой одежде, то примут либо за сумасшедших, либо за колдунов. Что уже само по себе – прямой путь в темницы. Казни в эту эпоху были очень изобретательными. Ни к чему рисковать.

Они отошли чуть дальше в лес, и Дориан двумя щелчками пальцев сотворил им новые облачения.

Охнув от тугого корсета, неожиданно сдавившего ей грудь, Деми обнаружила себя в темно-фиолетовом шелковом платье с квадратным декольте, пышной юбкой и такими невероятно объемными бархатными рукавами, что они свешивались аж до самого подола. На шее был застегнут легкий дорожный плащ. Проведя рукой по волосам, уложенным блестящими локонами, она нащупала на голове какой-то странный полукруглый головной убор, надетый на манер ободка, и немедленно захотела увидеть себя в зеркало… что было, разумеется, невозможно.

Дориан же предстал в черном дублете, объемных бриджах и бархатной накидке, ниспадающей с плеч и украшенной сложным золотым шитьем. Из-под накидки выглядывали ножны, куда парень убрал свой кинжал-аутэм.

– Даже боюсь представить, сколько магических сил ты на это потратил, – поразилась Деметра, прикрывая платье плащом и накидывая капюшон на голову. – Не мог выбрать что-нибудь поскромнее? Мы не должны привлекать лишнего внимания!

– Я смотрел не так много исторических фильмов, чтобы с ходу предоставить тебе выбор! И ты же не думаешь, что я оделся бы как простолюдин? – съязвил охотник. – Нас в любом случае заметят, как чужаков. Богатая одежда – признак высокого статуса, а высокий статус – это власть. Если мы будем выглядеть соответствующим образом, то для нас откроется куда больше возможностей, чем для каких-то бесправных крестьян. Напасть на нас просто так никто не посмеет – побоятся последствий, а если решат обокрасть, то я просто применю чары принуждения.

– А мне, конечно же, будет очень удобно идти в корсете и многослойных юбках по лесной тропе, – вздохнула Деми. – Может, наколдуешь нам карету, раз уж решил настолько выделиться?

– Могу наколдовать лишь теневого коня со светящимися глазами, но люди вряд ли ему обрадуются, – усмехнулся Дориан и вновь прищелкнул пальцами. Из воздуха сотворилась плетеная корзина. – Возьми лучше это – приличным леди не пристало ходить с рюкзаками. И помни, что главная задача любой женщины в эпоху Тюдоров – это молчать и во всем соглашаться с мужчиной.