Виолетта Стим – Клуб Рейвен (СИ) (страница 36)

— Итак, я угадал? Деми Флоренс, Деметра Лоренс, — лениво растягивая слова проговорил Дориан, расслабленно откинувшись на мягкую спинку и повернув к ней голову. — «Светлячок»…

Деметра бросила быстрый взгляд на Дрейка, который все это время напряженно смотрел в их сторону, пытаясь угадать реакцию подруги.

— Да, — коротко ответила она, набравшись наконец смелости посмотреть Дориану в лицо.

Действие «Напитка другого лица» мгновенно спало, и в его стальных глазах отразилось едва заметное удивление. Теперь он узнал ее по–настоящему. Увидел такой, какой видел в клубе «Рейвен», и в ночь похищения.

— Ну хватит тянуть, мы же не в драматическом кружке, — фыркнул Дрейк. — Расскажи ей то, что сказал мне. Пока она не додумалась позвать охрану.

— Никто не посмеет вышвырнуть меня из замка Вэлфордов, братец, — усмехнулся Дориан и вдруг стал серьезным. — Я не вижу смысла гоняться за «светляками», стараясь вернуть себе место в Штабе охотников. Члены Совета умирают один за другим, и наш отец может стать следующим. Конечно, я не очень–то и против…

— Ох, серьезно? — не сдержавшись, вспылила Деметра. — Ты хочешь сам найти убийцу? Думаешь, так тебя в Штабе точно восстановят? Мы еще даже не уверены, что это не ты во всем виноват!

Дориан оперся на подлокотник кресла и чуть наклонился в сторону Деми.

— Раскинь мозгами, «светлячок», — насмешливо начал он. — Зачем мне приходить к вам, если убийца — это я? Следствие запутать? Думаешь, я испугался вашего маленького клуба доморощенных детективов?

— Но ведь ты убийца! — упрямо выпалила Деми. Дрейк не спешил заступаться. Похоже, он уже определился с выбором стороны, и не в ее пользу. — Ты убил моих родителей.

— Есть у меня такое хобби — убивать людей… — прошептал парень с каким–то хищным выражением лица. Деметре вновь стало не по себе.

— Дориан, ты достал, — поморщился Дрейк и обратился к подруге: — Он спасает свою шкуру, ясно? После смерти отца он займет пост в Совете. И еще он спасает своего ментора, в котором души не чает. И Спириту, конечно…

— А вот это — не твоего ума дело! — оскалился Дориан и резко поднявшись, прошел к окну. Деми с удивлением перевела взгляд на Дрейка. Что могло связывать Спириту и Дориана?

— Кто его ментор? — спросила она у друга, стараясь не смотреть в ту сторону, где стоял его брат. Но Дориан среагировал быстрее:

— У нас с братом общий ментор. Винсент Ларивьер, наш уважаемый магистр, — сказал он, оборачиваясь. — Закончили на этом. Либо я буду заодно с вами — и шансы найти убийцу повысятся для всех, либо займусь делом в одиночку. Поверь, Деметра, у меня есть стимул, чтобы все выяснить.

Вновь повисшая в комнате тишина была скоро прервана Дрейком. Он рассказал брату об их догадках насчет общего заклятия, и обо всем, что они знали на данный момент.

— Через несколько секунд после того, как был убит виконт, дворецкий видел, как на дороге поднялись клубы пыли, как от невидимого всадника или экипажа, — добавила Деми, глядя в пол. Она уже поняла, что компании старшего брата не избежать.

— Невидимые чары, — пожал плечами Дориан. — Сложная штука. Немногие в Нью–Авалоне способны на такое.

— Но ведь убийца мог попросить кого–нибудь сильного. Чтобы тот скрыл его от чужих глаз, — высказал идею Дрейк.

— В любом случае, мы должны выяснить, кто ими владеет, — отвлекаясь от гложущих ее мыслей, сказала Деметра.

— Отец, маркиз Данте Альфано, баронесса Спирита, Магистр… Иначе говоря — все, кто состоит в Совете, — ответил Дориан, своей усмешкой подтверждая общую мысль — они вернулись к тому, с чего начали.

В этот момент двустворчатые двери распахнулись, будто от сильного дуновения ветра. За ними стояла Рубина, не пошевелившая и рукой для этого действия.

Она выглядела опрятно и была одета со всей аккуратностью. Фигуру облегало простое черное платье, а короткие волосы прилизаны и зачесаны назад. Ее лицо оставалось спокойным. Деметра окинула ее взволнованным взглядом. Даже слишком спокойным. Уж не воспользовалась ли сестра чем–нибудь из своей магической косметички для того, чтобы скрыть следы от двух бессонных ночей, и непрекращающихся потоков слез? Сейчас глаза были красными лишь слегка.

— Какие гости в моем замке, — сказала Рубина, смотря сквозь Дориана. Деми сразу же узнала симптомы — Рубина была накачана успокоительными. Причем такими мощными, что сейчас девушка не отреагировала бы, даже если на ее глазах произошло бы еще одно убийство.

— Соболезную, Рубина, — сказал Дориан. — Забудем на время наши разногласия?

— Согласна, — еле заметно кивнула девушка и села на диван, рядом с Дрейком. Разговор вернулся к поискам преступника.

Единственным членом Совета, достойным доверия, была Файра Спирита. С ней можно было советоваться. С этим согласились все. Оставался еще магистр Ларивьер, но Дориан не посмел бы прийти к нему после того, как был уволен. Теперь он считался изгоем среди магов.

Узнав об этом, Деми почувствовала злорадство, но вовремя осадила себя — она не хотела, чтобы это как–нибудь отразилось на выражении ее лица. Все–таки, убийца сидел в соседнем кресле.

Он удивил ее еще раз, будничным тоном заявив, что собирается заехать к Файре в ближайшее время. Рубина и Дрейк отнеслись к этому, как к чему–то само собой разумеющемуся, но Деметре не давала покоя настойчивая интуиция. Неужели Дориан и эта старая цыганка, не терпящая любого проявления несправедливости, могли находиться в хороших отношениях?

Понять, кому и для чего понадобилось убивать магов, было первейшей задачей. Но, кроме этого, не помешало бы собрать информацию о еще живых членах Совета — скорее всего, ответ на главный вопрос таился в их прошлом. Поэтому было решено разделиться и добыть как можно больше сведений.

Закончив на этом, братья уехали к себе.

Вспомнив о дневнике, который нашел Дрейк, Деми подробно пересказала Рубине его содержание.

— Вот что интересно, — заметила сестра. — Получается, что страницы, где Людвиг помогал матери с изобретением, отсутствуют. А ведь именно на них он мог упомянуть о том, для чего его собираются использовать или где хранить. Нам стоило бы поискать оставшуюся часть дневника.

— Ты все еще надеешься сделать из меня черного мага? — спросила Деми.

— А у тебя есть выбор? — приподняла бровь сестра.

Закончив на этом, девушки разошлись по своим комнатам. До самой ночи Деми изучала историю Нью–Авалона по книгам, которые принесла с собой из библиотеки.

На следующее утро Деметра обнаружила, что сестра спустилась в столовую еще раньше, чем она. И теперь поглощала завтрак — сосиски и тосты с яичницей — с невероятной скоростью.

— Что, успокоительное пробуждает аппетит? — спросила Деми, присаживаясь за стол. — Такое бывает, когда таблетки заканчивают свое действие.

— Разве мы знакомы? — усомнилась Рубина, сердито сверкнув густо подведенными глазами. Сегодня она была одета в траурный камзол с черной вышивкой. — Как ты прошла мимо дворецкого? Что тебе здесь нужно? Ты журналистка, не так ли?

— Извини… — вздохнула Деми. — Я опять забыла про зелье. Я Деметра, твоя сестра.

Рубина уставилась на нее, тряхнула волосами, торчащими, как обычно во все стороны, и вернулась к еде.

— Просто я хочу успеть все сделать сегодня, — объяснила она с набитым ртом, словно ничего не произошло. — Ты начнешь учиться. Я стану твоим ментором на это утро.

— Что? — поразилась Деметра. — Ты не можешь стать моим ментором, я же светлая, ты забыла? Может, пора прекратить пить это успокоительное, пока ты совсем не двинулась с катушек?

— Если кто и двинулся, то только ты, — парировала Рубина. — Зелья и порошки помогают сдерживать эмоции. Мне очень хочется пострадать, поверь, но времени нет. Я подумала обо всем, пока лежала в комнате. Так вот… Эти события — смерти в Совете, взрыв архива в Хэксбридже, пожар в полиции Нью–Авалона, твое внезапное появление — не случайны. У кого–то есть план, и он его воплощает. Нужно понять, в чем он состоит. И тебя хоть как–то подготовить.

— Ты считаешь, что я могу быть частью этого плана?

— Светлячки твоего возраста в наше время — редкость. И как объяснить, что ты переехала в город на границе с Нью–Авалоном именно сейчас? А почему тебя вообще начали искать охотники, если ты никак не выдавала себя? Задумайся.

— У меня просто голова идет кругом, — вздохнула Деметра, пододвинув свою тарелку ближе. Хоть аппетита не было до сих пор, она заставила себя поесть.

После завтрака девушки направились в библиотеку, решив, что она подходит для занятий лучше всего. Сестра сняла с полки толстенный том, с важным видом пролистнула несколько страниц, задержавшись на одной, и торжествующе взглянула на Деми. Все оказалось именно так, как предполагала Рубина: можно было легко научиться нейтральной магии, которую использовали и светлые, и темные.

Но сколько бы Деметра не повторяла мудреные фразы одну за другой, заклинания не работали. Даже самые элементарные, вроде вызова язычка пламени на пальце.

Не собираясь сдаваться раньше времени, Рубина битый час заставляла сестру учиться концентрировал энергию в кулоне, как объясняла ей миссис Гейбл. И это тоже получалось с трудом.

Топаз вспыхнул пламенем лишь тогда, когда Деми, рассердившись, что ничего не выходит, начала повышать голос на сестру.

— Отлично. Выплеск магии из–за гнева — первый шаг к становлению темной, — прокомментировала Рубина.