Виолетта Стим – Клуб Рейвен (СИ) (страница 14)
Деметра закрыла окно и принялась разыскивать в неприбранной комнате хоть что–нибудь съестное. Найти удалось только половину подтаявшей шоколадки. Проглотив её почти не жуя, она смогла немного успокоиться. А затем забралась под одеяло, решив полежать и все обдумать.
Разбудил её настойчивый стук в дверь. С неохотой разлепив глаза, Деми увидела, что наступило утро. И, судя по положению солнца за окном, довольно позднее.
Дверь распахнулась — на пороге стояла Хелена. Она прошла на середину комнаты, оглядев расколотую лампу и крошки белой краски, упавшей с открытого окна. Лицо женщины выразило некую удовлетворённость: худшие ожидания подтвердились, но все–таки дочь не сбежала, а провела ночь в собственной кровати.
— Завтрак на столе, — сказала она, сообразив, что Деметра смотрит на неё непонимающим взглядом. — Спускайся.
— Мой домашний арест уже окончен? — спросила она, поджав губы. — Что–то быстро вы передумали.
— Нам нужно серьёзно поговорить, юная леди, — строго выговорила Хелена. — Сарказм здесь неуместен. Жду тебя через пять минут внизу, одетой. Постарайся никуда не свернуть по пути.
На секунду Деметре показалась, что, сказав это, мама немного улыбнулась, но лицо женщины тут же приобрело привычное ей каменное выражение. Она вышла из комнаты, захватив по пути валяющийся на полу халат.
На сборы не потребовалось много времени. Деми откопала в комоде джинсы и чёрный топ без украшений, а затем стянула волосы в высокий хвост. Краситься с самого утра не захотелось. Перед выходом она надела на шею оба украшения — любимый кулон и медальон Антуанетты.
На кухне уже сидел Колин, попивая кофе с круассаном, а Хелена перекладывала завтрак из контейнеров на тарелки. Опекуны были одеты точно так же, как вчера ночью. Они как будто бы не ложились.
Деметра подавила вздох, узнав пакеты из ресторана–доставки.
В холодильнике было достаточно еды, но она предназначалась лишь для того, чтобы Деми не умерла с голоду. Хелена перестала выполнять роль заботливой матери почти сразу же после того, как произошёл пожар в притоне гадалки. Наверное, именно тогда она поняла, что от приемной дочери больше проблем, чем пользы. А может быть, даже посчитала, что нормальной семьи у них больше не получится.
— С утром всех, — пробурчала Деметра, залезая на один из барных стульев.
— С добрым утром, ты хотела сказать, — поправил отец. Он все ещё выглядел недовольным.
— Нет. Вряд ли это утро будет добрым, — вздохнула Деми, принимая из рук Хелены тарелку. На белом фарфоре лежала четвертинка багета с сыром и ветчиной, а также сырники, политые джемом.
— Откуда оно у тебя? — вдруг спросила мама, севшая напротив.
Деметра неторопливо прожевала, отложила багет, и только потом посмотрела на опекуншу. Тон заданного вопроса ей уже не нравился.
— Откуда у меня что? — спросила она, натянуто улыбаясь. Как бы хотелось, чтобы это походило на нормальный, семейный разговор! Увы, такое утро ждало ее каждую неделю, в тот единственный день, когда удавалось позавтракать вместе.
— Это украшение, — уточнила Хелена. Отец отодвинул недопитый кофе в сторону. Опекуны смотрели на Деметру.
— Этот медальон мне подарила миссис Гейбл из лавки, — непринуждённо откликнулась Деми, накалывая сырник на вилку. Ей было не по себе от напряжённой обстановки, но показывать это не следовало. — Он принадлежал мисс Антуа…
— Хватит придуриваться! — рявкнул Колин.
Деметра подскочила от неожиданности.
— А, так вы наконец заметили мой кулон, — процедила она в ответ, решив, что скрываться больше ни к чему. — Долго до вас доходило. Я нашла его еще в семь лет, в Манчестере. К нему прилагались бумаги из моего приюта, а еще анонимное письмо. И хоть я тогда еще только училась читать, но все равно смогла во всем разобраться. В письме говорилось, что кулон принадлежал моей настоящей маме. Еще хотите поорать на меня?
Деми посмотрела на отца, а затем на мать. Хелена заинтересованно разглядывала листья салата в своём сэндвиче.
— Выходит, ты зн… — тихо начал опекун, очевидно пожалевший о вспышке гнева.
— Да, я знаю, что меня удочерили, — закончила за него Деми. — Может, вы скажете, почему скрывали все от меня?
Родители переглянулись между собой.
— Давай, Колин, расскажи ей, раз все так повернулось… — тихо проговорила Хелена.
— Деметра, если все было бы так просто… — потупил взгляд отец, пытаясь найти слова. — Тот случай с пожаром, четыре года назад…
— Пойми, — перебила его женщина, начиная волноваться. — Мы не могли рассказать тебе об этом раньше… У нас не было выбора…
— Спокойно, Хелена, — сказал Колин и, желая поддержать жену, взял её за руку. — Деметра, я должен спросить… Что именно ты помнишь о том пожаре в притоне гадалки?
Его прервал громкий стук во входную дверь. Кто–то пришёл.
Хелена тихо вскрикнула и прижала ладони ко рту. Колин медленно поднялся.
— Не ходи, пожалуйста, не ходи, — запричитала женщина, хватая его за рукав рубашки. — Мы ещё можем выбежать через заднюю дверь…
— Они не стали бы стучать. Поверь, милая, — твёрдым голосом произнёс отец, отцепляя её пальцы от ткани. Под всхлипывания жены, он направился к парадному входу особняка.
— Кто «они», мам? — поражённо выдавила Деметра. Она никогда не видела родителей в таком состоянии. Опекуны были не просто испуганы, они казались загнанными в угол. — Ты можешь мне рассказать…
— Полиция, мистер Лоренс! Мы бы хотели поговорить с вашей дочерью, Деметрой, — раздался зычный мужской голос из холла. Теперь Деми уже захотелось исчезнуть самой.
Она прикидывала, сколько времени потребуется, чтобы добежать до чёрного хода, когда на кухню вошёл высокий офицер в темной форме.
Подперев голову ладонью, она разглядывала пустую, выкрашенную в белый цвет комнату для допросов. Хорошо, что наручники с неё сняли, едва пришла инспектор Бэлл. Деметра даже не успела прочувствовать, каково это — быть преступницей.
В камеру её сажать тоже не стали. Как выразился констебль Робинсон, Деми привели сюда «просто поговорить». Зачем нужно было привозить её на патрульной машине с включённой мигалкой, под присмотром двоих офицеров, никто уточнять не стал.
Впрочем, проведя здесь без малого полдня, Деметра все прекрасно понимала. Они либо пытались ее запугать, либо действительно считали, что это она убила Шелли Уолтер, ту девушку в клубе. Как и предполагала Кэрри.
Опекунам не разрешили поехать вместе с дочерью, сухо сообщив, что уведомят их, когда закончится допрос.
— Здесь гораздо скучнее, чем показывают в боевиках, — вздохнула Деметра, переводя взгляд на сидящую напротив мисс Бэлл. Инспектор походила на мужчину. Её черты лица были грубыми, а волосы — темными и короткими, с лёгким отливом меди. Немного косметики и лака для волос исправили бы положение, но…
— Мисс Лоренс, я попросила бы вас не отвлекаться, — мягко отреагировала Сара Бэлл. — Мэрил Френсис, дизайнер из Лондона, сообщил департаменту Палмера, что продал вам туфли, найденные на теле жертвы. Что вы можете сказать по этому поводу?
— Что у меня их украли, — брякнула Деми, иронично изогнув бровь. Ситуация больше походила на фарс, чем на настоящее расследование. Какие бы показания не дала Деметра, она наверняка останется главной подозреваемой. Очевидно, других улик не имелось. И ей почему–то уже было все равно.
— Расскажите, как это случилось, — терпеливо предложила инспектор Белл.
— Это произошло при переезде сюда, — соврала Деметра. — Я недосчиталась одного пакета. Должно быть, это произошло на вокзале. Там ведь ещё хранятся записи с камер наблюдения четырёхмесячной давности? Кстати, а можно мне в туалет?
— Вы уже выходили, десять минут назад, — нахмурилась женщина. Она начинала подозревать, что её водят за нос. — Мисс Лоренс, я уверена, что анализ ДНК подтвердит то, что нам итак уже известно — одежда на жертве принадлежит вам. Вы можете это объяснить?
— Блин, а почему мне нельзя адвоката? — возмутилась Деметра, обрушивая ладони на стол. — Во всех фильмах всегда предлагают пригласить адвоката! Я не обязана вам отвечать.
— Против вас не выдвинуто никаких обвинений, мисс Лоренс, — с лёгкой насмешкой проговорила инспектор. — Пока ещё нет.
— Зачем тогда держать меня здесь весь день? — поинтересовалась Деми. — Можно хотя бы родителям позвонить?
— Нет, мисс Лоренс, — покачала головой Сара. — Они в курсе, где вы находитесь.
— Да что ж такое… — скучающим тоном протянула Деметра.
Раздался стук в дверь и в комнату заглянул констебль Робинсон.
— Мисс Бэлл, прошу вас, на секундочку, — прогремел он. Глядя на этого верзилу, Деми задумалась — умеет ли он вообще говорить тихо, с его–то голосом?
Инспектор бросила на неё раздражённый взгляд и вышла в коридор. Пол поставил перед заключённой контейнер с ужином и тоже удалился, оставив её одну.
— Эта девчонка — сущее наказание, — донёсся до Деметры тихий вздох Сары перед тем, как дверь захлопнулась.
Открывая коробку, Деми только усмехнулась. Если уж её собрались обвинять в убийстве, то почему бы не повеселиться напоследок?
В качестве еды принесли стаканчик остывшего кофе, жухлый салат, разрезанное на половинки яйцо и холодную котлету. Здесь фильмы про полицейских её не обманули.
— Кто станет есть такое? — тихо проворчала она, ковыряясь в тарелке. Но голод взял своё. Отхлебнув холодного кофе, Деметра едва не поперхнулась — он был приторно сладким.