Виолетта Роман – Высокое напряжение (страница 23)

Я тот еще дебил. Как малолетний дурачок, повелся на чьи-то рассказы. Подумать только, Женя развел меня, как идиота. Да и начальник собственного ОСБ, похоже, совсем разучился работать. Или собирал информацию спустя рукава.

Ладно, это все десятое дело. Сейчас мне не давал покоя совершенно другой вопрос.

С того момента, как Тата сбежала с моим братом, ни секунды не могу перестать думать о ней… о нас… о том, что произошло сегодня. Несмотря на то, что нахожусь я в темной пустой квартире, окруженный тишиной, в голове полный хаос. Оглушительно громкие мысли наперебой сменяют одна другую.

Сейчас, зная, что прежние выводы об этой девушке были неправильными… я пересматриваю все с самого начала. Будто пленку ставлю на репит. И каждое ее слово, каждое действие и взгляд — все это видится теперь по-другому. Теперь все становится на свои места… И Тата… черт возьми, какой сильной духом нужно быть, чтобы вот так… в неизвестном городе, юной девчонкой зацепиться, подняться. Да, дед помог ей, и это бесспорно. Но я-то думал, что он держал ее в качестве любовницы…

Сжимаю кулаки. Всего корёжит изнутри, когда вспоминаю тот момент у воды. Она кричала на меня, задыхаясь от слез. Ненавидела, да и сейчас ненавидит. Меня никогда не трогали женские истерики. Всегда считал это уделом глупых куриц и предпочитал не связываться с подобным дерьмом. Но Тата… Ее слезы сделали что-то со мной. Как будто внутрь налили серной кислоты. Все выжжено там стало, испорчено. Я смотрел на нее, а сам себя видел, прежнего. Того, кто верил, что есть на свете справедливость. Но жизнь меня научила не верить во всю эту чушь.

Сколько ломал ее, издевался. И ведь не прогнулась, не сдалась. Держалась столько, сколько ни одна бы не стерпела. Упертая, сильная. И в то же время дико слабая… Вот почему так тянуло к ней… нутро чувствовало, а я не верил собственной интуиции. Получается, лично вручил ее в руки брату.

Залпом выпиваю алкоголь из бокала. Пох*р. К черту все. Правильно сделал, что вручил. Ядерная она, слишком дерзкая, слишком независимая. Не смогут ужиться в банке два скорпиона. Сожрем мы с ней друг друга. Рано или поздно обязательно сожрем.

Внезапно раздается стук в дверь. Кого черти принесли? Смотрю на часы. Два часа ночи.

Плетусь в коридор, пока звонок трезвонит без перерыва. Распахнув дверь, застываю, едва не открыв в удивлении рот.

— Какого ты сюда приперлась? — смотрю на нее. Пьяна, что ли? Тушь потекла, глаза краснючие, на мокром месте.

— Даже не пригласишь? — удивительно, Лена даже в таком состоянии умудряется играть со мной в кошки-мышки. Окидывает таким взглядом, словно я ее ужин на сегодня.

— Лена, не пори горячку. Думаю, муж будет не рад, когда узнает, к кому ночью ты в гости приходишь, — не то, чтобы я о ней волновался. Просто пытаюсь как — то достучаться к ее пьяному разуму. Не хватало мне новых проблем на голову.

— Моему мужу плевать. Да он и не муж мне скоро будет, — оттолкнув меня, проходит внутрь.

— Ну да… вроде как проходи, — хохотнув со своей наивности, захлопываю дверь, следуя за ней в гостиную.

Не пойму, что со мной. Раньше бы вытолкал ее за порог, и шагу не дал бы ступить в свою обитель. А теперь плевать. Не злюсь я на нее совсем. Пох*р мне. Уселась на диван, ногу за ногу, так что виднеется резинка чулок. А у меня даже не дрогнуло в паху. И сразу мысленно переношусь к сегодняшнему вечеру… к тому поцелую.

Хотел утереть нос Ленке. Вздумала говорить мне о какой-то одержимости. А Тата так удачно под руку подвернулась. Изначально все было игрой. Бездумным поступком. Только вот, как вспомню вкус рыжей, то, как она ощущалась… чертовски правильно ощущалась… стояк такой был, думал, как подросток изголодавшийся, прямо там в штаны кончу. Взбесился от своей реакции на нее. Разорвать все, к чертям, хотелось. Уже в тот момент понял, что не простая она. Цепляет меня, с*ка, безумно.

— Этот поцелуй, Лев… это было так по-детски… так нелепо, — вырывает Ленин голос из раздумий. Перевожу на нее взгляд. И что меня могло цеплять в этом суррогате? Даже улыбка у нее ненастоящая.

— Окей, буду иметь в виду. Что-то еще? Если у тебя все, я хотел бы отдохнуть, — недвусмысленно указываю ей на выход.

— Богатов, не корчь из себя клоуна. Ты прекрасно понимаешь, зачем я пришла сюда! — восклицает Лена с обидой в голосе.

— Не знаю, прости.

— Я и Олег. Мы давно уже живем как соседи. Я подала на развод. Не переживай, проект мой, и я его доведу до конца. Он не имеет претензий…

То, как резко она перескакивает с одной темы на другую, немного смущает.

— Я не понял. Вы же несколько часов назад были вместе на вечере. А теперь вдруг такие перемены?

Лена улыбается. Окидывает меня ленивым взглядом.

— Ты целовал ее, Богатов, — ее голос с нотками угрозы. — Другую бабу, на моих глазах… а знаешь, почему?

— Потому что захотел этого?

Улыбается.

— Потому что я была права, когда говорила, что ты так и не забыл меня! Потому что ты все еще страдаешь по мне. И я не забыла, Лева, — а вот после этих ее слов мне всерьез хочется смыться.

— Только из-за тебя, чтобы оказаться рядом, взялась за этот чертов проект. Выгрызла его из глотки мужа…

— Чего ты так грубо с мужем-то? — допиваю алкоголь, оставляя пустой бокал на журнальном столике. Чувствую на себе ее взгляд. Взгляд обиженной женщины, жаждущей мести. Кажется, я могу быть вовлечен в семейные дрязги. Только этого мне не хватало…

— Потому что я его ненавижу, Лева. Потому что с первого дня нашей свадьбы он изменяет мне. Потому что нет ничего уже между нами. И жили мы так, по привычке…

— Ну… — развожу руками. — Что я могу сказать? У каждого свои приколы. Кто-то балуется свингерством, кто-то мутит тройнички… у вас такие пироги. Ладно, Лена, давай я вызову тебе такси, и ты поедешь, — разворачиваюсь, направляясь к телефону. Слышу, как она подскакивает следом. А спустя мгновение хватает меня за плечо, разворачивая к себе.

— Я не собираюсь уезжать, Богатов, — рычит, глядя на меня из-под сведенных бровей. — Я столько слез пролила за последние часы. Я пьяная… и сейчас мне плевать, что будет дальше… этой ночью я хочу, чтобы ты был мой, — последнюю фразу произносит с придыханием. Чувствую тепло ее ладони на ширинке, а в ее глазах вижу желание.

— Но я не хочу, Лена. Ты же видела, у меня есть кого тр*хать, — мне это все абсолютно неинтересно. Убираю ее руку, отстраняясь. — Я тебе уже говорил, что брезглив в этом деле…

Вижу, как вспыхивают в ее взгляде языки пламени. Молчит. Смотрит на меня так, словно придушить желает. А потом вдруг резко тянется ко мне. Не успеваю среагировать, ее губы оказываются на моих. Язык девушки проникает в мой рот, пытаясь добиться от меня ответной игры. Губы Лены мягкие, сочные. Они пахнут ягодной жвачкой. Она — шикарная. Но она не рыжая. С той нутро все кипело, от одного запаха мотор в груди ревел, как бешеный, разнося дикое желание по венам. А здесь ничего. Полный ноль.

Я не держу ее, но и не прекращаю поцелуй. Я словно наблюдатель. Оцениваю, анализирую свои эмоции, ощущения. Она отстраняется сама. Вижу, как рвано вздымается ее грудь, как сильно расширились зрачки.

— Ты еще слаще стал, — шепчет интимно, прижимаясь к моей груди.

— А ты — безвкусной, — слетает с губ.

Молчание. Тишина. Она замирает, шокированная всем происходящим. Ей Богу, какая впечатлительная.

Резкий взмах руки, а в следующее мгновение скулу опаляет хлесткой пощечиной.

— Да пошел ты, сволочь, Богатов!

Она стремительно покидает мою квартиру. А я думаю о том, что с ее уст эти слова кажутся совершенно не такими забавными. Рыжая много раз называла меня сволочью… и я каждый раз ловил от этого кайф. Словно игра у нас была… или только у меня. Не знаю, странно все это. Но Лене стоило немного опуститься на землю. В последнее время она считала себя кем-то, вроде богини. Думала, ей все подвластно. Этот урок пойдет ей на пользу.

Тата

— Ты уверена? — Кирилл спросил это таким тоном, как будто принятым решением я собиралась разрушить собственную жизнь.

Возможно, он был прав в своих сомнениях. Но вся суть была в том, что сейчас я впервые в жизни действовала в собственных интересах, а не в интересах фирмы.

— Да, я уверена. Как никогда. И как только со всем покончу, буду чувствовать себя еще лучше, — улыбнулась мужчине, пытаясь успокоить его. Он кивнул, и теперь в его глазах я видела нежность и понимание.

— Втаком случае, действуй, — притянув меня за плечи, поцеловал. — Ты ведь знаешь, я с тобой. И за тебя, — подмигнув, Кир так очаровательно улыбнулся, что я тут же почувствовала, как за моей спиной расправляются крылья.

Рядом с Киром всегда так. Он невероятно добрый и внимательный… Мы знакомы с ним всего ничего. Я не знаю ровным счетом ничего о его прошлом, но впервые готова довериться человеку так, без каких либо доказательств и долгих размышлений.

Кир повел себя более чем достойно. То, с какой мудростью и спокойствием он отреагировал на мой поцелуй со Львом, подкупало и вводило в восторг.

А вообще, даже вспоминать о прошедшей субботе не хотелось. Я уехала с того вечера в подавленном состоянии. Богатов просто взял и вывернул меня наизнанку. Он, словно кукловод, играл со мной, используя в своих целях. По дороге домой Кир не проронил ни слова. А я… У меня не было сил даже взглянуть на него. Я чувствовала себя дико виноватой, грязной… Я понимала, что это конец. И мне было горько сознавать, что по своей же глупости и неумению постоять за свое, я собственными руками разрушила не успевшие начаться отношения с Кириллом.