Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 90)

Девушки быстро собрались; хотя назвать это поспешное бегство сборами можно было с большой натяжкой. Просто каждый схватил то первое, что подвернулось ему под руку. Потом они выбежали на палубу. Шлюпка была спущена; хоть в этом нехитром деле ребятам пригодилась помощь Киля. Юнга уже забился в самый дальний ее угол и только поторапливал остальных. Кирим и Тин помогли девушкам спуститься в ненадежную лодчонку, которая трепыхалась на воде, как птичка, загнанная в клетку. Эта лодка выглядела сомнительным прибежищем перед лицом той страшной опасности, что Артур увидел в подзорную трубу. То существо могло бы одним нечаянным шевелением, одним даже своим вздохом вмиг уничтожить шлюпку и ее невезучих пассажиров.

Зайдя на лодку, руководитель с неприкрытой тоской посмотрел на «Балерину», шатавшуюся на волнах. Она выглядела такой надежной, такой безопасной… Правильным ли было его решение, не ведет ли он друзей на верную гибель? Впрочем, почти тут же, словно отвечая на его немые сожаления, судно заскрежетало, словно кто-то безжалостно ударил его по днищу.

– Быстрее, быстрее! Берите весла! Они заметили наш корабль! – в совершенном ужасе завопил Киль и, первый схватив весло, принялся судорожно грести куда-то в сторону. Ошалевшие от всего происходящего ребята, испуганные и поникшие, безвольно, чисто механически последовали его примеру. В конце концов, надо же было что-то делать. Когда весло соприкасалось со странной густой водой, то появлялось такое неприятное чувство, словно шлюпка скользит вовсе не по морю, а уже в липком желудке этих отвратительных тварей.

Тиллита сидела в самом центре шлюпки, закрыв глаза. Несмотря на все свое бесстрашие, она жутко боялась. Тело ее сотрясала мелкая дрожь. Кирим, Инк, Тин, Артур, Тод и Киль – ребята все вместе гребли изо всех сил. Даниел же сидел на носу их маленького кораблика и по-прежнему выполнял роль капитана. Он внимательно смотрел по сторонам и изредка отдавал команды. Ребята еще не успели толком отплыть от «Балерины», за все это время ставшей им практически родной, как вдруг воды с ужасающим грохотом сотряслись, а под днищем как будто бы разверзлась гигантская воронка.

Даниел, не занятый греблей, имел несчастье воочию увидеть, как исполинский зверь с жадностью поглощает бедное судно, обхватывая его черным скользким туловищем. Его судно. Бывший капитан с непреодолимой грустью и ужасом смотрел на то, что раньше именовалось «Балериной». Она безвозвратно ушла под воду, забрав за собой все свои тайны. Тщедушный юноша не замечал, как по лицу его бегут слезы. Ему с пронзительной тоской подумалось, что вместе с этим прекрасным кораблем уходит в бездну его храбрость, с таким трудом приобретенная, а также его заветные мечты о дальних плаваниях. Вода заклокотала, и от того места, где раньше находилась «Балерина», кругами пошли волны.

Ребята гребли изо всех сил; они очень хорошо понимали, что их ненадежное суденышко запросто может перевернуться. Опять раздался ужасный шум, грохот, вакханалия звуков, летящие черные брызги, небо, которое, казалось, опустилось уже на головы незадачливым путешественникам и, подобно тяжелому грузу, придавливало их к земле…

И снова все стихло. Слышен был только шум от нервного соприкосновения весел с водой, изредка прерываемый чьим-нибудь тяжелым вздохом.

Наконец Киль отложил в сторону свое орудие и растянулся на деревянном сидении, пытаясь восстановить дыхание. Потом он обвел взором собратьев по несчастью и, ко всеобщему удивлению, оскалился в озорной мальчишеской улыбке.

– Мы спасены! – энергично воскликнул он. – Черви ни за что не доберутся теперь до нас! Они выбираются на поверхность воды только тогда, когда слышат непривычные вибрации, которые пугают их!

Затем юнга повернулся и посмотрел на Артура.

– Помнишь, я сказал тебе, что долг платежом красен? Так вот, только что я вернул тебе долг. Именно благодаря моим советам вы спаслись, а не последовали участи «Балерины»! – в голосе Киля отчетливо слышались хвастливые нотки. Руководитель сильно нахмурился.

– Значит, так ты это видишь? Мы плывем в неизвестном направлении, наш корабль утонул, вокруг рыскают голодные твари, а у нас нет ничего, чтобы им противопоставить. Это ты называешь «вернуть долг»?

Киль невинно пожал плечами.

– А мне казалось, ты никогда не теряешь присутствия духа, разве нет? – в голосе его отчетливо прозвучала издевка, и Артур едва сдержался, чтобы не сбросить наглого юнгу за борт.

– Хватит валять дурака! – вдруг взбешенно выкрикнул руководитель. – Лучше объясни, что взаправду произошло на «Балерине»!

Киль удивленно выпучил глаза.

– У тебя что, от страха помутился рассудок? – примирительным тоном проговорил он, все так же невинно улыбаясь.

– У нас было три компаса! Два из них куда-то делись, хотя один, я помню, все время находился в каюте капитана! Скажешь, что тебе об этом ничего не известно? Ты всю дорогу стенал, что вокруг нас черви, но испугался по-настоящему только теперь, когда мы оказались в этой черной заводи! Ты прекрасно знал, что там, где мы плыли несколько дней назад, никаких червей не было и в помине! Не удивлюсь, если ты выдумал всю эту историю, поскольку хотел, чтобы мы пересели на шлюпку! Мы уже почти добрались до острова Черепаха! И вдруг все мы, по какой-то неизвестной причине, засыпаем от настойки, которую именно ты разливал по нашим бокалам! А на следующее утро оказываемся неизвестно где, с одним компасом и…

– Нет, позволь, – наглым голосом перебил его Киль. – Вовсе не я первый разливал устричной настойки, которая, к слову сказать, была весьма недурной. А Тин!

В этот раз Артур не выдержал. Он резко встал со своего места, и в его движениях было что-то звериное. Яростный взгляд его голубых глаз весьма красноречиво говорил о том, что Килю сейчас не поздоровится. Юнга же как-то смешно ойкнул, сжался, сделавшись совсем маленьким, и комично свалился со своей скамейки на днище шлюпки. Артур медленно приблизился к нему, а ребята, как зачарованные, наблюдали, не в силах помешать или остановить кого-либо из них. Они слишком устали от всего пережитого, чтобы вмешиваться в перепалку. Руководитель наклонился над дрожащим от страха Килем, который только в эту минуту вдруг осознал всю опасность. Впрочем, благородный юноша даже не тронул его. А просто тихо предупредил:

– Если хоть один волос упадет с их головы, то, клянусь, я не пожалею тебя!

Киль с облегчением выдохнул.

– Я уж думал, что мне крышка! – полушутливо, полуиспуганно проговорил он. Однако никто не рассмеялся. А Кирим, сумрачно глядя на юнгу со своего места, добавил:

– А если хоть один волос упадет с головы Артура, то я сам убью тебя, – с холодным презрением проговорил он.

Киль засмеялся, однако смешок вышел каким-то натужным и немного истеричным. Он помолчал, а потом сказал:

– Зря вы так, ребята. Раторберг – славный город. И он не так уж и далеко от Тимпатру. Даже ближе, чем остров Черепаха. Путь, конечно, немного опаснее, но если все время держаться северо-западного течения…

Ребята подавленно молчали. Вдруг, в полной тишине, раздался звонкий голос Дианы:

– Киль, а с чего ты взял, что нам нужно в Тимпатру? Разве мы упоминали об этом в разговорах с тобой?

Юнга вздрогнул, замер, покраснел, а затем вновь тихонько рассмеялся, как бы над самим собой.

– Вы ведь простите меня за то, что я вас подслушивал? Мне так интересно было знать, куда вы плывете и…

– Ты просто крыса, – с презрением выплюнул Артур и отвернулся от него. На душе у него было ужасно скверно. Он всем своим существом предвидел близкую беду, которая неумолимо надвигалась на них.

Между тем над морем опустилась ночь. И такой тихой и зловещей она казалась, особенно из этой хлипкой лодчонки, где остро ощущалась близость воды, несшей в себе страшные опасности. Наверняка потерпевшие кораблекрушение не имели понятия даже о половине из них. Под ними копошились какие-то жуткие твари, а они ничего не могли поделать, ровным счетом ничего. Оставалось только довериться подозрительному Килю, чье поведение, впрочем, выглядело весьма сомнительным в сложившихся обстоятельствах.

В эту ночь все они очень дурно спали. С затаенным страхом незадачливые путешественники прислушивались к каждому всплеску воды и неровному шуршанию волн. Изредка кто-то из них в страхе просыпался и тут же смотрел перед собой, боясь встретиться с ужасными монстрами, по своему размеру превосходящими три «Балерины», вместе взятые. Птицы не летали в этом месте, которое словно было заколдовано. Мрачные черные чертоги, где все вокруг мертво, кроме этой густой желеобразной субстанции под ними, которая дышала, чавкала, переливалась и всхлипывала, словно скорбя о ком-то.

Юнга оказался единственным из всей компании, кто отлично провел эту ночь и славно выспался. По его счастливому и довольному виду можно было сделать вывод, что он не считает ситуацию столь критической. Они не пользовались рулем, ибо Киль сказал, что течение само должно вынести лодку к таинственному и многообещающему подводному городу Раторбергу. Что ж, путники вынуждены были покориться.

Утром, как только темная мгла чуть рассеялась, выявилась еще одна скверная деталь. Оказалось, что Тин забыл питьевую воду! Он так переживал по поводу еды, своей сумы с провизией, что во всеобщей суматохе совсем позабыл про такую важную и жизненно необходимую вещь! Узнав только об этом, он чуть не заплакал, ибо чувствовал, что вот уже во второй раз сильно подводит своих друзей. Киль же принялся его отчитывать на все лады.