Виолетта Орлова – Янтарная гавань (страница 116)

Инк все время был перед ним, но вот в какой-то момент юноше показалось, что очертания его друга изменились, и перед ним вновь Диана. Стройная девушка бодро шагала вперед, указывая ему путь. И так реален был этот прекрасный образ, что Артур не выдержал и прошептал:

– Не иди так быстро, Ди, я боюсь потерять тебя из виду.

Диана остановилась и с недовольством воззрилась на своего спутника.

– Что ты там бормочешь? – невежливо и безо всякого почтения поинтересовалась она.

– Я говорю, иди помедленнее…

– Я и так плетусь, как черепаха…

– Ну уж нет, на черепаху ты точно не похожа! – улыбнулся Артур.

– В смысле, не похожа? – с сильным подозрением в голосе проговорила Диана, и Артур, сколь бы ни был уставшим и больным, разразился хохотом. Кажется, он был близок к истерике.

– Давай немного отдохнем. С тобой точно все в порядке, Артур? – вновь спросила Диана, своей фразой неожиданно приведя Артура в дурное расположение духа.

– Сколько уже можно повторять? Я чувствую себя хорошо, только немного устал и все.

Они присели на перекрестке «Юбочной» и «Цветочной». Надо сказать, ни тем, ни другим вышеуказанные улицы не располагали, а их серый облик вообще нисколько не вязался с этими многообещающими названиями. Инк с волнением посматривал на своего спутника. Артур сел на водоросли и с удовольствием вытянул ноги.

– Тут так холодно, – пожаловался вдруг он. – Жаль, что у тебя нет запасной рубашки.

Беловолосый юноша растерянно покачал головой.

– Попробуй поспать. Надо было захватить с собой устричной настойки.

Они сидели так в тумане еще какое-то время. Инк думал о сложившемся положении, а Артур пытался сообразить, почему вдруг Диана, которая всегда ненавидела алкоголь, захотела выпить устричной настойки. Неожиданно со всех сторон их окружили раторбержцы. Загорелые, полуголые, они появились из тумана, подобно мифическим существам. Среди них был счастливый Хвостик.

– Они целы! – с искренней радостью закричал ребенок, кинувшись к Артуру. – Он спас мне жизнь! – добавил мальчуган, обнимая своего спасителя.

– Что? – непонимающе поинтересовался Инк.

– Он попытался защитить меня от крысы, а она его укусила! Я сам видел!

– Крыса? – не своим голосом вскричал Инк, вскочив на ноги.

– Зачем ты так кричишь, Ди? – с недовольством поинтересовался Артур у Инка и в бессилии опустился на водоросли. У него начинался бред.

Когда Артур уже в сотый раз за сегодняшний день открыл глаза, то обнаружил себя лежащим на подстилке из сушеных водорослей. Они находились в помещении, которое очень напоминало дворец мышиного короля, но с одним лишь отличием – здесь было гораздо чище. Инк сидел рядом с ним, по-армутски сложив ноги. Лицо юноши было практически того же оттенка, что его белые волосы. Артур с удовольствием осознал, что чувствует себя гораздо лучше, чем раньше. Раны его как будто не беспокоили, сознание просветлело, да и вообще, казалось, не было всего этого – драки с Грызуном, сумасшедшей гонки, борьбы.

– По-моему, теперь мой черед спрашивать, в порядке ли ты, – озабоченно проговорил Артур, вглядываясь в бледные черты друга.

– Значит, тебе действительно похорошело? – каким-то сумрачным голосом проговорил Инк.

– Да, вполне.

– Что ж, тогда тебе будет не так уж сложно еще немного потерпеть, – сильно раздражаясь, воскликнул Инк и неожиданно ощутимо треснул приятеля по лицу. Артур, не ожидавший нападения, оглушенный, вновь откинулся на лежанку.

– Совсем спятил? – возмутился руководитель, потирая ушибленную челюсть.

– Скажи спасибо, что только один удар, – глухо пробормотал Инк.

– Да что с тобой такое? Где мы?

– В зале заседаний детского сада, – так же хмуро пояснил Инк.

– А зачем ты меня…

– Потому, что ты бестолковый и безответственный, вот зачем!

– Инк, ты опять за свое!

– Почему ты не сказал, что спас Хвостика?

– Я просто не успел, вот и все. Тем более, я бы не стал называть это такими громкими словами, так как никакого спасения…

– Ты промолчал, что тебя ужалила крыса! – обвиняющим голосом завопил Инк, отбросив все свое безразличие. Бледное лицо его выглядело ужасно.

Артур вновь приподнялся на своем месте, уже с некоторым беспокойством взирая на своего неуравновешенного спутника.

– Ты же сам сказал, Инк, что не можешь исцелять два раза подряд, так зачем тебе было знать, что меня укусила крыса? Я думал, ты все равно не сможешь мне помочь. И потом, я надеялся, что, когда у тебя вновь появятся силы, ты переместишься отсюда, а в противном случае, ты бы потратил все на меня и лишился этой возможности. Понятно тебе? И нечего на меня орать!

Инк глубоко вздохнул, тщетно пытаясь успокоиться. Затем он вновь с явной неприязнью посмотрел на Артура, и тот предостерегающе поднял руку, желая защититься от своего непредсказуемого приятеля. Но Инк уже вполне овладел собой. Он вновь тяжело вздохнул и вымолвил:

– Полагаю, я должен все-таки объясниться. Чтобы подобных ситуаций больше не возникало.

– Было бы неплохо, – скептически вставил Артур.

– Моя жизнь не имеет никакой ценности по сравнению с твоей, – начал Инк.

– Вот как? И кто же это определил?

– Я! – рявкнул Инк, вновь выходя из себя. – И не мешай мне говорить. Тебе не следует рисковать собой ради меня, напротив, это я должен защищать тебя. Чтобы дело моего отца не было напрасным. Чтобы его смерть не была напрасной.

– Кто твой отец, Инк?

– Доланд, – через силу пробормотал беловолосый юноша.

– Друг моего отца! – ахнул Артур.

– Тот самый, что пожертвовал своей жизнью ради спасения Ирионуса и тебя, когда сожгли ваш дом. Отец умер, Артур, защищая вас. Тем самым невольно он обрек меня с матерью на ужасные страдания, чего он, разумеется, не мог предположить, когда бездумно жертвовал собой. С самого детства мне претили любые акты самопожертвования, так как они лишний раз напоминали о том, что, если бы отец больше думал не о других, а о нас с мамой, такого бы никогда не произошло. Моя мать не является естествознателем, а мне частично передалась сила отца. Я помню тяжелую жизнь, полную скитаний, унижений и побоев. Чужакам никогда не рады, особенно, когда они не такие, как все. Было время, Артур, когда я даже искренне ненавидел отца и не мог принять его поступка. Так славно выглядеть в глазах других хорошим, а что насчет своих? Когда твой собственный ребенок вынужден униженно ползать на коленях, чтобы вымаливать у взрослых кусок хлеба для матери? Впрочем, зачем я это тебе говорю. Теперь главное не то. Моей матери так и не удалось внушить мне, что поступок отца был правильным. Но я смирился с произошедшим, с прилежанием учился, чтобы в будущем прокормить себя и ее. Все время мы кропотливо продолжали работу Доланда по поиску «Последнего слова…», так как моя мать видела в этом огромную важность. Я же мечтал поскорее пойти куда-нибудь работать, чтобы навсегда оставить это бессмысленное, как мне казалось, занятие. Однако все изменилось с того момента, как я встретил единорога.

При этих словах Инка Артур невольно вздрогнул и подался вперед. Юноша был так взволнован, что даже задержал дыхание, боясь пропустить нечто важное.

– Да, это был твой единорог, Артур.

– Баклажанчик! – живо воскликнул юноша, пребывая в совершенном нетерпении.

– Забавное имя, – скептически хмыкнул Инк. – Он поведал мне кое-что о тебе. Во-первых, что ты учился в Троссард-Холле. Во-вторых, что ты по каким-то причинам потерял силу, из-за чего единорог перестал чувствовать тебя так же сильно, как раньше. Его, видно, крайне заботила твоя судьба. Он хотел, чтобы я непременно разыскал тебя, и так же подсказал, где я могу это сделать. Единорог мысленно показал мне твой образ, так что я знал тебя заочно, еще задолго до встречи с тобой. Так как школьники в тот момент оставили Троссард-Холл и все вместе отправились якобы защищать Беру, то, соответственно, можно было предположить, что ты находишься в их числе. Мы с матерью и отчимом как раз временно обосновались в Беру. Я был осведомлен о том, что школьники прилетели в столицу, однако среди них, увы, не оказалось тебя. Я терпеливо ждал, когда ты придешь. День и ночь я следил за твоими друзьями. Мне удалось застать тебя в тот момент, когда ты пришел в дом Тина. У меня также получилось проследить за тобой ночью, когда ты отчего-то вздумал покинуть гнездим семьи Треймли. Я шел следом, но ты, вероятно, что-то почувствовал и понесся так, что я потерял тебя из виду.

Артур живо вспомнил свое поспешное бегство, то скверное чувство одиночества, когда родители Тина отказались поверить в его историю. Невыносимую тревогу за своих друзей. И этот «таинственный недоброжелатель», который следовал за ним по пятам, скрываясь в тени, словно издеваясь. Значит, это был Инк!

– Итак, я не смог догнать тебя. Впрочем, это меня не особо расстроило, ведь я знал, что ты, скорее всего, попытаешься найти старого друга своего отца – Индоласа. Так и оказалось. Я переместился в трактир и подслушал ваши разговоры. И вот тогда нечто важное открылось мне! Единорог поведал одну тайну касательно тебя, которая должна была помочь в борьбе с Тенями. А ведь именно на эту борьбу обречены все естествознатели. И вот во время ваших дружеских бесед с Индоласом я понял, что единорог был прав, когда просил найти тебя. Я вдруг разом осознал, что смерть отца вовсе не бесполезна, а напротив, в ней содержится такой глубинный смысл, что я разом простил и принял его поступок. Я понял, что все лишения, которые мы претерпевали с матерью, были не напрасны. Ведь моя жизнь, равно как и ее, на самом деле значат очень мало по сравнению с твоей.