Виолетта Орлова – Тернистый путь (страница 15)

— Очнись, очнись! — в волнении шептал Артур, но тщетно.

— Кто ты вообще такой? — распалял себя Алан. Его рыжие волосы разметались по плечам, а глаза горели огнем ненависти. — Появился невесть откуда и неизвестно, куда идешь. В то время как другие должны вкалывать в поте лица ради какой-то там ничтожной ветки! Я не верю тебе, не верю, что ты ищешь своих друзей. Ты не тот, за кого себя выдаешь! Ты — ме-е-ерзость! — во весь голос кричал обезумевший юноша, а его выкрики эхом разлетались по пещерам.

Все эти слова напоминали бред, и действительно, Алан будто постепенно сходил с ума. Взметнув своей рыжеволосой гривой, в несколько громадных прыжков он подлетел к Артуру и хотел было ударить того ножом, и даже успел замахнуться, но между ними неожиданно встала Тэнка, загораживая собой мальчика. Смелая девчонка была в страшном гневе, ее глаза метали молнии, и в этот самый момент она вдруг стала женственной и вместе с тем прекрасной. Девушка была готова пожертвовать собой ради того, кого она любила. Эта жертвенность остановила Алана и как-то мгновенно привела его в чувство.

Еще минуту рыжеволосый юноша с недоумением смотрел на свой нож, не понимая вполне, как это страшное орудие оказалось у него в руках, когда должно бы висеть на поясе. Потом он перевел испуганный, почти детский взгляд на своих друзей и умоляюще произнес:

— Кто-нибудь объяснит мне, что происходит? Что вообще тут творится?

— Назад, быстрее, — сказал Артур, и ребята, чуть не падая от слабости, кинулись обратно на главную улицу. Только когда беглецы миновали несколько проходных домов, Артур ощутил, как голова просветляется, а силы восстанавливаются.

— Прости меня, школяр, — виновато проговорил Алан. — Я, право же, совсем не понимал, что делал. Безумие какое-то, честное слово!

— Я знаю, — ответил Артур. Мальчик теперь знал и еще кое-что. Голоса в школе имели то же происхождение, что и это зло, разлившееся по пещерам подземного города Кагилу: необъяснимая ярость Алана и реакция Тина на слова, произнесенные Артуром на неизвестном языке в спальном домике, были слишком похожими. У них был один источник, и это вдвойне опечалило его. Дела оказывались совсем плохи. Чем быстрее он доберется до Беру, тем лучше.

От осознания того, что они могли уже быть на полпути к столице, у Артура сжалось сердце. Где-то его ждали друзья, ждала и Диана, а он здесь и по чьей вине? Его глаза заметались, ища виноватого, и взор его упал на Тэнку, глупую капризную девчонку, увязавшуюся вслед за ними.

— Я был бы уже в Беру, если бы не ты! — зло сказал юноша, чувствуя, как желчь изливается из него и заставляет говорить гадости. Тэнка удивленно посмотрела на Артура, но ничего не сказала. Она была слишком слаба, чтобы как-то на это реагировать.

— Слышишь? Я был бы уже с Дианой! Зачем ты только напросилась с нами? Сидела бы в своей деревне! Из-за тебя, да, именно из-за тебя мы застряли в этом отвратительном городе! Ты во всем виновата! И как ты вообще могла думать, что понравишься мне, это же неле-е-епость! — голос мальчика будто не принадлежал ему больше, в нем даже появились какие-то визгливые истерические нотки, совсем не характерные для Артура.

Тэнка остолбенело остановилась, с укором взглянула на юношу, и со всех ног побежала вперед, не останавливаясь. По ее щекам текли слезы, но она не вытирала их.

— Эй, придержи коней, иначе пожалеешь, школяр! — с возмущением воскликнул Алан, намереваясь, забыв все на свете, опять кинуться на мальчика с ножом, но тот и так уже очнулся от своего временного умопомрачения.

— Я… Нет, Тэнка, постой, — крикнул Артур. — Подожди нас, не убегай, пожалуйста. Что же я наделал! — с болью в голосе воскликнул он. — Как же я так ему поддался?

— Кому — ему? — широко раскрыв глаза, спросил Алан. Проводнику уже начинало казаться, что все вокруг посходили с ума, и он — в первую очередь. Ситуация была такой странной, что Алан вообще перестал что-либо понимать. Происходящее было как во сне, страшном, безумном сне.

— Ему! — опять повторил Артур и широкими шагами подошел к неработающему фонтану, выложенному мраморной плиткой. — Если я прав, то… — мальчик заглянул внутрь и стал внимательно рассматривать каменное дно. — Да, я прав, — хриплым голосом подтвердил он и указал пальцем на чашу, которая в былые времена была наполнена водой. — Ты видишь?

Алан наклонился к фонтану, все еще не понимая. И тут он разглядел на камне странные желтые лужицы. Как если бы из фонтана била не ключевая вода из подземных родников, а настоящее оливковое масло. Такая же желтая, жирная, эта мерзкая субстанция обволакивала собой камень, вызывая рвотные рефлексы у любого, кто посмотрел бы на нее.

— Что за?.. Что это? — с отвращением проговорил Алан, отшатнувшись от фонтана. Ему тут же захотелось отбежать как можно дальше.

— Я уже видел его, — задумчиво сказал Артур. — Желтое море. Только вот как оно оказалось здесь? В городе есть подземные реки, Алан? — спросил он.

— Я… не знаю. Вроде есть, но я вообще не понимаю, о чем речь.

— Мы должны догнать Тэнку! — воскликнул Артур и, ничего не объясняя, кинулся по подземным коридорам, пытаясь предугадать, куда могла побежать сумасбродная девчонка. Если бы он держал себя в руках, если бы не поддался жалости к самому себе, если бы гнев и гордость не взыграли в нем, путники никогда бы не разделились. Артур сам — сам! — позволил Желтому морю одержать над собой победу. Именно оно заставляло его говорить гадости и обижать ту, которая спасла его от ножа Алана.

Юноша чуть не плакал, ненавидя самого себя. Одна ошибка, одно послабление — и все, все идет крахом! Ребята бежали по пустынным улицам города, и мимо них мелькали пещеры с черными глазницами окон. Тэнка пропала. Ее не оказалось даже в родительском доме, и мальчиков постепенно начала охватывать паника.

— Вдруг она ушла к озеру… — взявшись за голову, стенал Алан.

— А разве к озеру ведет не единственная улица, по которой мы шли? — спросил Артур, который умудрился сохранить ясность ума, несмотря на пережитые испытания.

— Да, одна… — невнятно проговорил Алан и вдруг заплакал. И так это было жалко: плачущий юноша, не в силах совладать с эмоциями, ревел как ребенок, по-детски наивно, утираясь от слез своими же прекрасными рыжими волосами.

Артур в бессилии сел на богато украшенный каменный стул, принадлежавший когда-то родителям Тэнки, и задумался. Мальчик вспоминал слова единорога. «Мы называем их Тенями… Берегись моря… Старайся, чтобы оно не вошло в тебя…» Чего, собственно, хочет море? Или, вернее сказать, эти Тени? Им нужно освободиться, а сделать они это могут, только завладев человеческой душой. И человек сам вправе разрешить им это сделать.

«Море не заставляет нас ненавидеть… Оно позволяет нам это делать, — подумалось Артуру. «Все мерзкие качества, которые когда-либо присутствовали в каждом из нас, проявляются только в том случае, если мы сами этого хотим. И море позволяет осуществлять наши желания. Я проявил эгоизм по отношению к Тэнке, Алан же — ненависть по отношению ко мне. Все эти чувства были в нас, но они дремали. А Тэнка… Какое чувство море вызвало в ней?» — размышлял Артур. Мальчик понимал, что только это сможет помочь ребятам найти пропавшую девочку.

— Я понял! — вдруг воскликнул он, прервав жалкие всхлипы Алана. — Море вызвало в ней обиду! И она захотела убежать как можно дальше от нас! Она уже не в городе! — воскликнул он.

— Но где же она выбралась? — с недоумением проговорил Алан.

Артур уже не сомневался.

— Южный колодец. Она побежала туда.

— Ты уверен? С какой стати ей так далеко отходить от нас? Кем ты вообще себя возомнил, прозорливцем? — Алан опять начинал горячиться, но Артур подошел к нему и спокойно сказал, доверительно положив руку проводнику на плечо:

— Если хочешь найти свою сестру живой, ты должен делать то, что я тебе скажу. По моей вине она ушла, и я смогу ее найти. Но тебе желательно помочь мне, а не мешать. Мы здесь в ловушке, и море способно управлять нашими эмоциями. Все плохое, что есть в нас, вблизи этой желтой воды многократно усиливается. Ты должен верить мне и не допускать, чтобы зло входило в твое сердце.

Алан мало что понял из этой тирады, но он любил свою сестру, и это сильное чувство возобладало над остальными. Он согласно кивнул и повел Артура к южному колодцу. Теперь рыжеволосый юноша снова выглядел как проводник, и только еще не высохшие слезы на щеках говорили о его недавних переживаниях.

Мальчики вновь бежали по городу, гонимые злыми чарами, что властвовали в подземелье. Ничто уже не останавливало их, и они совершенно перестали бояться.

Желтое море безвластно, когда мы делаем что-то ради других людей.

Несколько раз ребятам приходилось подниматься по крученым лестницам, иногда спускаться глубже под землю. Они не встретили на своем пути мертвых людей, но при этом ребята не сомневались, что большинство из тех, кто жил в этом городе, погибли. И вот наконец на их пути появилась шахта, где трудились рудокопы. Она вела прямиком к южному колодцу. Здесь-то ребятам и пришлось столкнуться с ужасной действительностью.

На полу и везде, куда только проникал взгляд, лежали люди. Все они, без сомнения, были мертвы. Кто-то стиснул в руках кирку, кто-то держал в руках оружие. По ранам на их телах можно было сделать вывод о том, что всеобщее безумие поразило их неожиданно, и многие даже не были к этому готовы. И повсюду, решительно повсюду витала смерть.