Виолетта Орлова – Тайны Троссард-Холла (страница 4)

Впрочем, на это решение действительно нужна была изрядная доля смелости, а мальчик пока боялся оставлять старую женщину. В каком-то смысле она полностью зависела от него, и Артур просто не мог бросить того, кто однажды принял его в семью. Мальчик надеялся, что когда-нибудь сможет обеспечить Левруде достойную старость, заработать столько денег, чтобы она ни в чем не нуждалась, и тогда уже он мог бы с чистой совестью отправляться в путь.

Юноша вышел из дома, пока Левруда спала. Она нарочно не стала вставать вместе с ним, чтобы дать ему возможность выбора. Ей не хотелось запрещать Артуру что-либо делать, даже несмотря на то, что она ужасно боялась вновь увидеть своего подопечного полуживым от побоев.

На улице стояла прекрасная солнечная погода; о вчерашнем буране говорили лишь огромные сугробы снега, которые за ночь увеличились, наверное, раза в два. Ясное небо было на руку Артуру – это означало, что он сможет при любом раскладе увидеть единорогов, пусть даже издалека. Ледяной воздух проникал в легкие и пробирался до самого желудка, заставляя дрожать все тело, однако мальчик почти не обращал на это внимания, ведь он уже мечтал о встрече с крылатыми созданиями.

Улицы утреннего города пустовали. И немудрено, ведь все старались быть ближе к площади и, наверное, уже со вчерашнего вечера занимали места. Многие мальчишки забирались на деревья и, как белки, свешивались с самых верхушек. Сотни жителей сидели сейчас на крышах собственных домов, облаченные в теплые тулупы, и пристально смотрели в подзорные трубы. Да, событие намечалось грандиозное.

Артуру удалось незамеченным пробраться к самой площади, которая напоминала сейчас огромный гудящий муравейник.

Инспектор с важным видом ходил взад и вперед, выставляя свой и без того огромный живот всем напоказ, и тыкал палкой тех, кто решался сделать неуверенный шаг вперед к центру площади. Один молодой человек с горящим взглядом попытался тайком пробраться поближе.

– Куда? – пробасил инспектор и помахал у него перед носом палкой. Потом, сделав вид, что смягчился, протянул ему большую сухую ладонь и выразительно на нее посмотрел. Юноша с грустью покачал головой – денег у него, увы, не было.

– Бродяга! Пошел вон! – Инспектор отлично справлялся со своей миссией, которая казалась ему необычайно важной. Артур благодаря своей ловкости смог пробраться незамеченным мимо сурового блюстителя порядка, однако неожиданно он почувствовал, как кто-то грубо схватил его за руку.

– А ты не отличаешься умом и сообразительностью, старина… Разве я ясно не дал тебе понять, чтобы ты не появлялся в городе? – противным голосом поинтересовался Гэт.

Артур посмотрел по сторонам; к счастью, дружков его врага поблизости не оказалось. Что ж, в этом ему снова несказанно повезло. Артур резко выдернул руку и презрительно улыбнулся:

– Интересно, что тут делаешь ты? Не боишься, что снова начнется метель и твоя мамочка будет тебя ругать?

Гэт яростно сощурился, с трудом сдерживая себя, чтобы не ударить противника. Однако при всем желании он не мог этого сделать, ибо вокруг было много людей и, если бы вдруг началась потасовка, его тут же отправили бы домой. Вдобавок ко всему мальчик пришел не один, а с матерью. Она стояла поблизости, облаченная в роскошную коричневую шубу из соболя, напомаженная, надушенная и невероятно довольная собой. Кажется, она с кем-то вела непринужденную беседу.

– А где же твои приятели, Гэт? Или они тоже не узнали тебя в таком девчачьем наряде? – продолжал издеваться Артур, с наслаждением наблюдая за тем, как лицо его врага приобретает бордовый оттенок. Действительно, Гэт был облачен в женственное манто белого цвета, впрочем, невероятно дорогое. Мать приучила сына к тому, что в жизни надо иметь только самое лучшее, при этом не прилагая ни малейших усилий.

«Пусть у тебя будут вещи от самого элитного портного города. Работа и тяжелый труд – это удел бедняков, а у нас достаточно средств, чтобы мы могли позволить себе жить в свое удовольствие», – объясняла она сыну. Благодаря таким наставлениям Гэт рос капризным белоручкой и лентяем. Он хотел только лучшего для себя, и желательно, чтобы это доставалось максимально легко и быстро, а иное было ему без надобности.

– Назначаю тебе встречу завтра в Зеленом тупике. Там мы и разберемся, что к чему, – тихим голосом прорычал Гэт, от неконтролируемой ярости сделавшись похожим на хищного зверя. Но Артур только рассмеялся:

– По-моему, это ты не отличаешься умом и сообразительностью. Ты же сам не так давно запретил мне ходить в город, разве нет?

Гэт фыркнул, отведя глаза в сторону. В словесных поединках он был не особенно искусен; мальчик предпочитал применять силу. Однако неожиданно на помощь пришла его мать. Женщина подошла к сыну и презрительным взглядом смерила Артура, словно тот был не человеком, но каким-то неприятным насекомым.

– Как ты здесь оказался, попрошайка? – противным и нарочито громким голосом осведомилась мама Гэта. – Инспектор! Тут лезут без билета! И куда вы смотрите?!

При этих словах блюститель порядка незамедлительно направился к ним, поигрывая палкой. Его большое круглое лицо за одно мгновение претерпело несколько удивительных изменений: оно было угодливо-заискивающим, когда он, улыбаясь, смотрел на богатую клипсянку, но как только инспектор перевел взгляд на Артура, лицо его сделалось угрожающим и жестоким. Казалось, такие метаморфозы весьма характерны для государственных служащих, ибо им, чтобы не потерять работу, нужно было уметь угождать одним и презирать других.

Артур кинулся было прочь, но Гэт вновь крепко схватил его за руку, не давая ему скрыться в плотных рядах горожан, собравшихся на площади. Мальчик беспорядочно заметался, пытаясь освободиться, однако неожиданно Гэт ослабил хватку. Казалось, что-то интересное отвлекло его внимание.

– Мама, мама, смотри, они летят! – вдруг выкрикнул он, напрочь позабыв о своей жертве.

Все от мала до велика зачарованно смотрели, как по ясному голубому небу быстро перемещается неестественно белое облако. Наступила благоговейная тишина, ибо зачарованные зрители боялись спугнуть удивительных гостей. Между тем стая единорогов величественно пролетала над их головами, устремляясь куда-то в далекие края, где, возможно, нет снега и где могла быть совсем другая жизнь.

Артур тоже их увидел, и его счастливое лицо смягчило инспектора, которому даже немного стало жаль мальчишку, одетого совсем не под стать зажиточным клипсянам, собравшимся сегодня в центре города. Пузатый страж порядка нерешительно убрал руку с палкой за спину. Хотя, впрочем, действиями инспектора руководила не одна только жалость – даже его черствое сердце оказалось на миг во власти чар волшебных животных, и именно поэтому он забыл, что надо проявлять твердость и решительность.

Стая летела ровно, но вдруг от общей массы отделилась маленькая белая точка. Она приближалась к площади. Все ахнули в восторге. Значит, кого-то снова выберут! Первые ряды с трепетом всколыхнулись – несколько молодых людей, облаченных в серебряные доспехи, старались встать на цыпочки, только чтобы единорог их заметил. Они были очень красивы в этом облачении – все хороши, как на подбор. Юные, изящные, с правильно поставленной осанкой… Глаза их смотрели храбро и даже немного вызывающе – ведь именно кому-то из них предстояло отправиться в неизведанное путешествие. За их плечами висели дорожные котомки, заботливо наполненные походной провизией.

На землю спустились два единорога. Они являли собой как бы две противоположности, так как один из них был белее только что выпавшего снега, а другой выглядел так, словно ему на спину нечаянно пролили ведро с фиолетовой краской, ибо он весь, от кончика хвоста до рога посреди лба, был какого-то грязновато-баклажанового цвета. Животные были высокими и гибкими, с мускулистыми ногами и огромными крыльями за спиной.

Белый единорог как-то неуверенно ступил на землю и шумно вдохнул свежий морозный воздух, внимательно осматриваясь. Вокруг него столпились люди с глазами, полными обожания. Человек всегда готов полюбить нечто красивое, а эти удивительные животные, безусловно, по праву могли считаться одними из самых прекрасных существ, когда-либо бывавших в Клипсе. Белый единорог по-щегольски встряхнул серебристой гривой и стал медленно пробираться к краю площади сквозь толпу – туда, где тесно жались друг к дружке бедняки, так и не получившие разрешения находиться в самом центре событий. Он шел гордо и степенно, словно его не заботила вся эта суета, однако, приглядевшись повнимательнее, можно было догадаться, что красавец все же чем-то озабочен. Его маленькие синие глазки, выглядывавшие из-под кустистых бровей, тщательно выискивали в толпе подходящего всадника.

Артур замер от восторга, глядя, как прекрасное животное решительно минует богатых клипсян в первом ряду и подходит все ближе и ближе к нему – обычному мальчишке с окраины города. По мере того, как расстояние между ним и единорогом сокращалось, какое-то странное умиротворение воцарялось в его сердце: беспокойные мысли, мучавшие его прежде, растворились без следа, а все неприятности, связанные с его жизнью в городе, показались ему сейчас смехотворными.