Виолетта Орлова – Последнее слово единорогов (страница 2)

Очевидно, лица пришедших были столь удивленными и оттого комичными, что Артур улыбнулся во всю ширину рта. Он вдруг подумал, что ему придется потратить не один час, чтобы основательно потолковать с друзьями.

– Но что… Сам-то ты что тут делаешь? – растерянно пробормотала Оделян, сверля юношу взглядом своих темных пытливых глаз.

– Мы с Дианой уже обменялись подобными вопросами, которые, кстати, я также правомочен задать и вам. Что вы тут делаете? – весело парировал клипсянин, ничуть не робея и не смущаясь. Несмотря на некоторые недомолвки между ними, Артур был рад встретить давних знакомых – Оделян, равно как и Джехара, неловко переминающегося позади нее. Как славно, что с ними все в порядке… А Тод… Очень хорошо, что он сам сюда пришел, ведь ему одному теперь известно, где находится город гвибеллингов. Там Артур намеревался встретиться с Арио Клинчем, старым летописцем, и узнать от него про отца и свиток.

Таким образом получалось, что все утренние неприятности, произошедшие с Артуром, обернулись в его же пользу – он благополучно добрался до школы, узнал от карлика про Арио Клинча, ну а главное – встретился с Дианой и своими дорогими друзьями. Однако, видно, рано еще было ликовать, ибо вдалеке раздался надрывный собачий лай, острым клинком пронзая тишину.

– Что происходит? – воскликнул Даниел Фук, обеспокоенно глядя на темную кромку леса за садом. Предзакатное солнце сделалось багровым, из хвойной чащи поплыл густой туман, который, однако, не переходил невидимой границы вокруг зачарованной обители естествознателей, и где-то там, в пугающей лесной дали, вновь прозвучал назойливый скулеж.

– Армутские охотники. Боюсь, они увидели, как я зашел в лес, и побежали за мной! – надтреснутым голосом произнес Тод, виновато склонив голову.

– Но они же не пройдут лабиринт естествознателей! И вряд ли отыщут сад. Здесь мы в безопасности. – Спокойно пожал плечами Даниел.

Артур взволнованно прислушался. Он не был столь уверен, сколь его друг: тяжелая жизнь, полная скитаний и непредвиденных опасностей научила его предусмотрительности.

– С ними собаки-ищейки. Если охотники застанут нас здесь, то убьют; ведь мы без разрешения вторглись на территорию школы. И если еще моим друзьям, как бывшим ученикам Троссард-Холла, не угрожает опасность, то мне, Оделян и Джехару точно несдобровать.

– Во-первых, мы не одни! С нами еще есть доргеймцы, которые сейчас собирают чернику в восточной стороне сада, – с некоторым вызовом бросила Оделян, все еще не простив Артуру, что тот однажды лишил ее авторитета в глазах своих подопечных. – А во-вторых, мы сами воины, и не намерены бежать, подобно трусливым болотным мышам. Если нужно будет защищаться, то мы вполне сможем за себя постоять!

– Одди, а вдруг их значительно больше, чем нас? – тихо произнес Джехар, который в первую очередь тревожился за безопасность своей любимой. Но храбрая воительница лишь презрительно фыркнула.

– Я же говорила, что ты трус, Джех. Готов спасаться, поджав хвост? Только нас не для этого учили столько лет в Доргейме. Вот Дан, наверное, никуда не побежит, не так ли? – эту фразу Оделян адресовала непосредственно Даниелу, который от ее слов смущенно зарделся. Артур с удивлением посмотрел на этих двоих. Какие же отношения связывали теперь суровую, меланхоличную Оделян и робкого, пессимистичного Даниела?

– Так что, нам уходить или остаться? – нетерпеливо переспросила Оделян, пристально глядя на покрасневшее лицо сына академиков. Тот сперва нерешительно замялся, но потом все же твердо сказал, подняв глаза:

– Я всегда против кровопролития. Если честно, то я не вижу большой храбрости в том, чтобы убивать других людей. Помимо этого, меня действительно волнует наша судьба, поэтому, думаю, нам следует уходить отсюда как можно быстрее. И еще, Одди. Раньше руководителем всегда был Артур; в моих глазах он таковым и остается. Я предпочитаю действовать по его слову.

Оделян обидчиво поджала губы, а темные глаза ее полыхнули яростью. Впрочем, сейчас было не время выяснять отношения.

– Пойдемте скорее. Я неплохо изучил лабиринт и смогу вывести вас в лес, – решительно произнес Артур, остро ощутив, как груз ответственности вновь ложится на его плечи. – Правда ты сказала, Одди, что с вами еще доргеймцы. Кто же это?

– Питбуль и Четверка.

Артур мучительно вздрогнул. Он истово мечтал найти друга все то время, что провел в заточении коварного Мира чудес. Он грезил тем, как отыщет его, испросит прощение за свои омерзительные подозрения на его счет, помирится… И вот его мечта сбылась! Милосердная судьба вновь сводит его с Уткеном, или же Четверкой, если обращаться к нему по старому доргеймскому прозвищу. Великая радость потрясла все его существо; неужели ему опять суждено свидеться с давним знакомым, объясниться? Значит, Уткен не пострадал в лапах коварного управляющего цирком «Славное послевкусие», он жив, его вернули в Доргейм, и теперь он совсем рядом, может, в нескольких шагах от него!

– Где они? – нетерпеливо поинтересовался Артур, в небывалом волнении озираясь по сторонам.

– Я же сказала. Собирают чернику, но, кажется, ушли слишком далеко. Я их не вижу и не слышу, хотя обычно братца Пита за единомилю можно узреть.

– В таком случае надо немедленно их отыскать, – отрывистым голосом приказал Артур, чувствуя, как лоб его невольно покрывается потом. Странное беспокойство непонятного происхождения ядовитой змеей проникло ему в душу. А что, если охотники найдут ребят раньше? Одежда доргеймцев, несомненно, указывала на их иноземное происхождение; вдобавок, при них находилось холодное оружие, которое не будешь носить в мирное время, и, наконец, самое страшное – они на территории школы, охраняемой территории!

– Ты должен знать, что как только мы выйдем из лабиринта, нас остановят полидексяне, – заметил Джехар. – Они оцепили все пространство вокруг школы и, наверное, не осталось ни одной поляны, которую они бы не заняли под свои шатры.

– Об этом подумаем после, – с досадой ответил Артур. – Сейчас надо уходить отсюда.

В этот же самый миг опять отрывисто залилась собака, после чего послышались суровые мужские голоса, которые привнесли в общее состояние тревожности еще больше страха и неопределенности.

– Уходим! – строго приказал Артур всем остальным, ибо видел, что группа их разобщена, смущена, находится в смятении, и решительно никто не понимает, что следует предпринять. Им остро требовалась властная сила, которая привела бы весь отряд в движение.

– Но как же… Четверка и Пит?

– Мы с Джехом поищем их, все остальные пойдут за Тодом, он выведет вас.

– За Тодом? – в один голос запротестовали Диана с Даниелом. Кажется, сам беруанец тоже удивился, когда услышал собственное имя из уст соперника. Действительно, почему это он должен кого-то там выводить? Диану еще – пожалуйста, у него к ней особые чувства, но ко всем остальным он в проводники не записывался. И потом, он ведь не является естествознателем, стало быть, не имеет понятия, как выбраться из лабиринта!

Однако Артур лишь устало кивнул и добавил:

– Ты знаешь, как выбраться, Тод. Чувство дома, которым тебя не так давно наградил Дрейворд Клинч, поможет тебе. Из лабиринта есть несколько выходов – один путь ведет в сторону Той-что-примыкает-к-лесу, но, как мне кажется, сейчас нам не стоит туда соваться. Остается другая дорога, и ты поведешь остальных по ней. Как только кончится лабиринт, вы остановитесь и будете ждать нас!

– Но как мы поймем, что лабиринт закончился? – испуганно воскликнул Тин, молчавший до сих пор.

– Вы перестанете ощущать страх, который появляется только там, где потрудились естествознатели, – терпеливо объяснил Артур.

– Я к вам в услужение не нанимался и не собираюсь ничего предпринимать без личной выгоды! – заносчиво воскликнул Тод, однако предательские ноги уже несли его прочь из сада. Увы, помимо прочей чепухи, которой его одарил сбрендивший карлик, он был связан еще и дурацким чувством дружбы, чтоб его, этого низкорослика, короеды загрызли!

– Нет, нет, я никуда не пойду без тебя! – в панике воскликнула тогда Диана, хрупкое счастье которой разрушалось на глазах. Артур на мгновение сжал ее руку и содрогнулся от ощущения того, насколько она была холодной. Волнение от встречи с любимым и предчувствие скорой разлуки были столь сильны, что Диана потеряла способность здраво мыслить. Она резко выдернула руку и воскликнула в негодовании:

– Ты сошел с ума, раз отправляешь меня с ним! С Тодом! Человеком, который сделал всем столько зла! Неужели тебя совсем не волнует моя судьба? Неужели тебе наплевать?

– Нет, нет, все не так, просто доверься мне, – досадливо ответил Артур, в волнении озираясь. Нельзя было тратить ни минуты, в любой момент сюда могли нагрянуть охотники, разве пристало сейчас выяснять отношения?

– Почему именно ты идешь за доргеймцами? На кой единорог они тебе сдались? Или, может, они важнее меня? – гневно продолжала наседать Диана, в волнении повышая голос и уже готовая разрыдаться на глазах у всех. Артур секунду беспомощно смотрел на нее. Что было ему делать? Пойти с ней? Но тогда Четверка с Питом ни за что не выберутся из сада, ведь они не знают дороги. Их попросту пристрелят. По сути, только они с Тодом знали верный путь – он, так как выучил тут все дороги вдоль и поперек, и Тод – так как был ведом чувством дома. Но отважный клипсянин не успел бы рассказать об этом любимой, поэтому он еще раз тихо повторил, немного, впрочем, растерянно: