Виолетта Донская – Пушистая помощница для злодея (страница 6)

Когда мы покинули внутренний двор и вышли на шумную городскую улицу, я застыла в нерешительности. Не оборачиваясь, незнакомец равнодушно бросил через плечо:

– Ты идешь?

***

Грязь стекала ручьями с обвисшей шерсти, я трясла головой, прогоняя её из глаз и ушей, как на меня снова обрушивался ледяной ушат. Мы пришли к городскому колодцу, из которого незнакомец зачерпнул ведро холодной воды и вылил всё содержимое мне на голову. Так повторилось несколько раз, пока он не остался доволен моим видом. Достав из сумки отрез плотной ткани, напоминавший полотенце, он принялся тщательно меня им вытирать. Дойдя до того места, где неприятно зудело, он остановился и, подцепив что-то пальцами, резко дернул на себя.

– Здоровый. Смотри, сколько крови у тебя выпил.

На широкой ладони незнакомца лежало нечто черное с маленькой головкой, множеством тонких коротких лап и огромным, раздутым в несколько раз больше своего тела, светлым брюхом.

«Оно, что, все это время было на мне?»

Я с ужасом уставилась на паразита, одна из тонких лап дернулась, и это стало последней каплей. Сдавленно пискнув, я покачнулась, и всё вокруг погрузилось во тьму.

Пробуждение было не из приятных, от неудобной позы у меня затекли лапы, так как находилась я в подвешенном состоянии.

– Вы закончили?

– Нужно ещё немного времени.

– Поторопитесь, я не могу ждать весь день.

– Приходите через три четверти, всё будет готово.

С трудом осмотревшись, поняла, что лежу внутри… мешка. Хотя у горловины и оставалось небольшое отверстие, я начала задыхаться. Барахтаясь, попыталась выбраться, как вдруг полетела вниз и рухнула на землю, неприятно стукнувшись бедром. Недовольно сопя, вылезла наружу и столкнулась с холодным взглядом знакомых глаз.

– Есть хочешь? – спокойно и даже равнодушно поинтересовался он.

Я судорожно закивала, от чего одна бровь на лице незнакомца немного приподнялась. Он молча развернулся и пошёл вдоль рыночных рядов. Мы находились на той же площади, откуда меня прогнали прошлым днем. Подойдя к одной из палаток, голубоглазый указал пальцем на прилавок и протянул торговцу серо-голубую купюру. Получив взамен несколько мелких монет, он подцепил пальцами тонкий пластик сырого мяса и бросил его мне под ноги.

«Эй, я тебе что, животное?», – фыркнув, раздраженно дернула ухом.

Незнакомец сложил руки на груди и выжидательно на меня посмотрел.

«Ах, да. В его глазах ведь всё именно так».

Нерешительно опустив голову, посмотрела на лежащий на земле бордово-серый пластик с белыми прожилками. Выглядело совершенно неаппетитно. Принюхавшись к куску неизвестно какого мяса, я мысленно скривилась, но все же наклонилась и осторожно зацепила зубами небольшую часть. Во рту тут же появился солоновато-металлический привкус крови.

– Ёэ, – судорожно выплюнув изо рта кусок, я с трудом подавила приступ тошноты.

Голубоглазый поджал губы и прищурил правый глаз. Жалобно глянув на него, шмыгнула носом. Есть всё еще хотелось, но только не сырое мясо. Вдруг в воздухе появился знакомый аромат. Радостно завиляв хвостом, я показала незнакомцу лапой в сторону, откуда доносился запах. Убедившись, что он идет за мной, добежала до нужной палатки и снова указала лапой на горку золотистых пирожков.

Мужчина посмотрел на меня с сомнением.

– Ты точно это хочешь?

– Уруру!

Закатив глаза, он протянул женщине за прилавком несколько монет. Торговка сложила пирожки в бумажный пакет и передала незнакомцу, как вдруг заметила меня. Она схватилась за тряпку, чтобы снова прогнать, но увидев, как недавний покупатель протягивает мне сдобу, недовольно воскликнула:

– Не надо здесь всякое зверье прикармливать. Я их потом как отгонять…

Встретившись со взглядом голубоглазого, женщина запнулась и, нервно улыбаясь, предложила еще один пирожок.

Мы сидели возле фонтана в центре торговой площади, я с упоением грызла нежнейшее прожаренное мясо с зеленью, заедая тестом с хрустящей корочкой, в то время как мой спаситель задумчиво смотрел на воду, поглаживая меня за ушком. Настоящая идиллия.

Звуки города уже не казались резкими, а скорее успокаивали, даже тучи на небе разбежались, пропуская на площадь яркий дневной свет. После того как я расправилась с пирожками, что, по моим ощущениям, произошло слишком быстро, мы еще немного времени провели возле фонтана и, наконец, вернулись к одной из палаток. Мой герой забрал у мастера клинок, точно такой же формы, как тот, что я видела раньше. Покрутив его в длинных пальцах, удовлетворенно кивнул, отдал несколько серо-зеленых купюр и спрятал клинок в пустующий отсек кожаного наруча.

Закинув на плечо сумку, он направился к городским воротам. И я, конечно же, вместе с ним. Стражники косо поглядывали в мою сторону, выпуская голубоглазого за пределы города, но ничего не сказали. Спустившись по подъездной дороге, мы свернули на тропинку, которая привела нас в лес, где меня снова окружили подозрительные звуки, но в надежной компании спасителя они пугали уже не так сильно. Он бодрым шагом углублялся в лесную чащу, а я семенила следом, стараясь не отставать.

Спустя несколько минут нос уловил сладко-приторный аромат, и вскоре после этого мы оказались возле старого дерева, у корней которого виднелись знакомые перламутрово-белые грибы. Я подбежала ближе, шумно втягивая пропитанный приятным запахом воздух. Голубоглазый остановился рядом и с легким интересом посмотрел в мою сторону. Еще раз принюхавшись, я замерла и, подумав, всё же отбежала немного назад.

Не доверяла я грибам, и при возможности старалась их избегать. Было в них что-то зловещее.

– Впервые вижу, чтобы лесной хищник отказался от белянок, – заметил мой спаситель, склонив голову набок.

Он подошел ближе, опустился на корточки, и, выудив из рукава клинок, аккуратно срезал гриб.

– Тем лучше для тебя, – хмыкнул голубоглазый, доставая из сумки платок. – Белянки расслабляют и притупляют реакцию, чем любят пользоваться охотники. Они готовят специальные смеси, которыми по…

Прервав себя на полуслове, он нахмурился и посмотрел на меня со странным выражением. Тряхнув головой, молча срезал оставшиеся грибы, аккуратно завернул их в платок и убрал в сумку. Поднявшись на ноги, он отряхнул руки и, все так же, не проронив ни слова, двинулся дальше. Я последовала за ним, но мой спаситель вдруг резко развернулся и процедил:

– Зачем ты за мной таскаешься?

Неприятно удивившись изменению в его тоне и поведении, я прижала уши и тихо тявкнула.

– Ты снова в лесу, я вернул тебя домой. Что еще тебе от меня надо?

Мне всегда было сложно навязывать другим свое общество, особенно если я видела их явное нежелание продолжать общение. Поэтому мне оставалось лишь молча смотреть на удаляющийся мужской силуэт и сдерживать слезы разочарования.

«Куда же ты? Ведь я только начала верить в то, что в этом мире есть добрые люди».

Тихо шмыгнув носом, запрокинула голову и посмотрела на окрасившееся закатными цветами небо.

«Красиво», – слабо улыбнувшись, я снова думала о том, что делать дальше.

Даже если он больше не хотел меня видеть, голубоглазый всё еще мог мне помочь. По моим предположениям, он направлялся в другой город, где я могла бы снова попытать удачу в храме Светлого Ковена.

«Может, там мне попадутся более компетентные служители».

Подбодрив себя этой мыслью, я спряталась в заросли и, стараясь двигаться бесшумно, снова догнала незнакомца. Он еще несколько раз обернулся, всматриваясь в темнеющий лес и, наконец, тихо вздохнув, продолжил путь.

В какой-то момент он резко остановился возле невысокого кустарника и, наклонившись, сорвал крупный сердцевидный лист. Голубоглазый поднес его к лицу, втянул носом воздух, после чего бросил находку на землю и двинулся дальше. Он повторил это действие еще несколько раз, срывал листья одного и того же растения, принюхивался и, теряя к ним интерес, отбрасывал в сторону. Когда уже окончательно стемнело, он проверил очередной лист, но в этот раз задержал его возле носа, не спеша выкидывать. Вытащил из сумки небольшой кожаный мешочек и выудил из него засушенный лист похожей формы. Поочередно понюхав оба, он всё же отбросил свежий, и раздосадовано посмотрел по сторонам.

Очевидно, приняв решение не продолжать путь в ночное время, он стянул с плеча сумку и скинул ее на землю. Притаившись за деревом, я наблюдала, как он собирает сухие ветки и разводит костер. То, что случилось дальше, привело меня сначала в замешательство, затем в беспокойство, и, наконец, в чистейший восторг, когда до меня дошел смысл происходящего.

Голубоглазый смял в руке засушенный лист, который немногим ранее сравнивал с другими, и высыпал сухую крошку на плоский булыжник, возле которого развел костер. Добавил сверху горсть сырой земли, несколько кусочков тех самых белых грибов и какой-то коричневый порошок. Затем залил все это холодной водой из фляги, закрыл глаза и начал тихо проговаривать слова, смысл которых я не могла разобрать. С тихим шипением от булыжника поднялись столбы плотного белого пара, переплетаясь в воздухе подобно змеям. Изогнувшись, они осели на землю и расползлись во все стороны, оставляя после себя едва заметный выжженный след. Когда одна из них проплыла мимо, я не на шутку перепугалась, но коснувшийся меня белый пар лишь приятно пощекотал, не причинив вреда.