Виола Редж – Проклятый артефакт (страница 2)

И тут он промахнулся: всё отболело, ещё в самый первый год в Вахлуевке. А Оленьке Влад всегда нравился.

– Рада за них обоих, – улыбка, правда, всё равно вышла кривоватой.

– Да что с тобой не так? – удивился ведьмак. – С виду – обычная ведьма, неужто проклятье так повлияло?

И тут я поняла: он ничего не знает! Подготовился, конечно, но в суть дела было посвящено всего трое: дознаватель из магической коллегии, ректор Сильванский и мой научный руководитель – профессор Андрей Степанович Примаков. Значит, дознаватель оказался порядочным, скрыл все данные, как и обещал, а до Сильванского и Примакова ведьмак почему-то не добрался.

– Хорошо, – вздохнул визитёр, – объясни хотя бы, почему нет.

Вот тут я подвисла. Страх, что всё выйдет наружу, засел настолько глубоко и держал так крепко, что я закрылась в своём маленьком мирке, в этой ведьминской избе на краю глухого леса. И надеяться себе запретила, что, может быть, однажды проклятье рассыплется.

– Я здесь на своём месте, людям помогаю по-настоящему: лечу, порчи снимаю, за урожаями слежу.

– Так помоги вот им, – ведьмак раздвинул рукой пространство и вытащил пачку магоснимков.

Он раскинул их веером на моём столе, и к горлу подступила тошнота. Оттуда смотрели мёртвые глаза и лица с ошмётками плоти, лоскутами свисающими с черепов. Поднятые тёмной магией.

– Им уже не помочь, – глухо ответила я.

– Им нужно помочь – обрести покой, – возразил ведьмак. – Это поднятые только с одного кладбища. Если мы не найдём посох архимага, их станет легион.

– Да с чего ты вообще взял, что дело в проклятом артефакте? – заорала я, забывшись. – Может, у вас под носом объявился некрос невиданной силы?

– У нас под носом, – мягко поправил ведьмак. – С таким размахом никто не останется в стороне.

– А я чем смогу помочь? – продолжила я в том же ключе. – Некромантия – не мой профиль!

– Зато твой профиль – тёмные проклятья, – возразил ведьмак. – И у тебя есть шанс исправить свою ошибку. Подпиши.

И оттуда же, откуда магоснимки, он достал пару стандартных листов с императорским гербом – магический контракт.

– Со своей стороны обещаю, что помогу с твоим проклятьем, – напомнил ведьмак.

Почему я сдалась? Почему позволила ему дожать своё собственное горло?

– Где тут написано, что… ты поможешь?

Он предложил прочитать. С ума сойти, Императорская магическая коллегия с одной стороны и зарегистрированная ведьма Дайна Ивановна Лужникова с другой заключили настоящий договор о нижеследующем?!

– Я не…

– Вспомни о поднятых, Дайна, – мягко сказал ведьмак.

– Но я не дознаватель! Понятия не имею, как искать пропавшее!

– А это уж моё дело, – он снова покачал головой и сделал шаг ко мне. – Читай, там, на последней странице.

Я прочитала: «Дознаватель Любомир Мурадов со своей стороны выступает гарантом исполнения договора и обязуется снять с исполнителя тёмное проклятье».

– Всё это занимательно, – сказала я, хихикая потихоньку над имечком ведьмака – вот как его друзья зовут? Любчик? Мирчик? – Но на кого я деревню оставлю?

– Я когда мимо шёл – светлое благословение обронил, – доверительно признался ведьмак. – Две недели твоя Вахлуевка и без тебя простоит.

Вот вам и караськи-нихренаськи. Он даже мысли не допускал, что я откажусь! Везде подстраховался.

– Уверен, что двух недель достаточно? – спросила я, уже практически согласившись подписать контракт.

Императорская магическая коллегия – организация серьёзная. Если в контракте сказано, что этот вот конкретный Любомир Мурадов обязуется снять проклятье, значит, силёнок достаточно.

– Больше времени у нас нет, – обрадовал он. – Нужно успеть до затмения. Слышала, поди, про коридор?

В этом году первый коридор затмений обещался быть впечатляющим. И как ведьме про него не знать, если наша сила с фазами Луны связана?

Ведьмак, конечно, не просто так спросил.

– Тот, у кого сейчас посох архимага, наверняка тоже слышал. Пока он просто пробует власть артефакта, разминается. Представь, насколько увеличится его сила, если провести обряд во время затмения.

Представлять особо не хотелось. Не хотелось даже спрашивать, как этот клятый камень мог пропасть из хранилища. Потеряться, как сказал ведьмак.

– Я собираю вещи, а ты пока готовься снимать проклятье, – распорядилась я, деловито оглядывая ведьминскую избу, что стала мне домом.

– Контракт подпиши, – напомнил дознаватель Мурадов. – А потом уже посмотрим, что можно сделать.

И перо самопишущее из кармана достал, рядом с бумагами положил. Я, всё ещё не веря в происходящее, взяла перо и поставила подпись. Буквы вспыхнули яркими золотыми искрами, скрепляя договор магией. Ведьмак значительно поднял палец вверх и сказал:

– Контракт подтверждён.

Потом живо подмахнул документ сам, взял со стола и сунул в свой пространственный карман.

– У тебя полчаса.

Я пожала плечами. Это у него полчаса: пока проклятье не снимет, и с места не сдвинусь. Но прибраться в избе стоило, а ну как явится кто в моё отсутствие? Я смела со стола всё, что на нём было, пустила уборочную волну, и скатерть с салфетками сами стали сворачиваться, а после складываться в аккуратные стопочки. Постель тоже стоит припрятать, в погреб кинуть заклинание сохранности, чтобы продукты не пропали, домовому, опять же, еды на прокорм оставить.

– Решила налегке пойти? – вклинился в мои мысли голос ведьмака. – Это правильно, к чему старьё с собой тащить. Только учти, времени по магазинам шататься не будет.

По магазинам… Я нервно вздрогнула. Последний раз в магазине я была четыре года назад, и с тех пор ни ногой. Но ведь сейчас он снимет проклятье! Зачем вспоминать тот кошмар, если уже буквально завтра я смогу зайти куда угодно, как нормальный человек, и купить то, что захочу?

– А ты просто так, на голой силе будешь проклятие снимать? – ласково пропела я. – Думаешь переплюнуть ректора Сильванского?

– Да что эти маги понимают, – хмыкнул он, а потом небрежно поинтересовался: – А кто ещё пробовал?

– Профессор Примаков, столичный ковен, Марта Митрофановна лично, – я хмыкнула в точности как он.

– Да ну, сама Марта Митрофановна? – с каким-то сложным выражением протянул он, как будто сильнейшая ведьма империи в чём-то успела ему насолить, и продолжил: – А профессор Примаков… не тот ли курганокопатель, что был у тебя научным руководителем, а вскорости после известных событий перевёлся из столицы во Всеволжский университет?

Андрей Степанович перевёлся во Всеволжск? Из-за меня?! Зачем, он же ни в чём не виноват!

– А почему ты об этом спрашиваешь?

Лучше бы к обряду готовился. Нет же, треплется. И нервы треплет.

Хорошо, что я не знала про Примакова. Извелась бы тут вся.

– А потому что те поднятые – оттуда.

– Ты говори, да не заговаривайся, – сказала я резко. – Андрей Степанович – душа-человек, умница, настоящий учёный. И не смей даже намекать, что он как-то к этому причастен.

Ведьмак выслушал, выставил перед собой ладонь, мол, охолони, ведьма, и деловито спросил:

– Свечи у тебя где?

– Никак отливать собрался, – я упёрла руки в боки. – Может, тебе ещё яиц из погреба притащить для отката?

Язвительный тон не произвёл на него никакого видимого эффекта.

– Для обряда мне нужны свечи, пять штук, серебряная монета, железные гвозди и ковш с водой. За берёзовым прутиком, так и быть, сам схожу.

– Нет, ты серьёзно? А болящих заговором «Простуда, простуда, перейди на Гертруду» не пользуешь? Со мной такая халтура не прокатит, – отрезала я.

– Чем дольше будешь препираться, тем дольше будешь ходить с проклятьем, – пожал плечами ведьмак Любомир. – А может, тебе так удобнее? – вкрадчиво поинтересовался он. – Жалеют все, да? По головке обиженной гладят?

Какая знакомая манипуляция. Сама так делаю, и с селянами прокатывает. Мы с этим ведьмаком, похоже, одного поля ягоды, как ни больно признавать.

– Короче, ты думай, а я пойду берёзоньку поищу, – снова деловито сказал он.

– Не надо, у меня веник берёзовый есть, – тоже деловито сообщила я. – Ты уверен, что заговор на четыре стороны света сработает?

– Как сложно-то с коллегами, оказывается, – под нос себе буркнул он. – Дайна, это не заговор, это обряд по снятию проклятья, и мне нужны символы всех пяти стихий. Давай мне всё, что я запросил, и больше с вопросами не лезь, понятно?