Виола Ларионова – Во власти магии. Магическая Академия Эмерланда (СИ) (страница 52)
— Знаю. Но если бы она осталась в переулке, с нас взятки гладки, а так… Нас точно по головке не погладят! — Громкий шепот грозился перейти в громкую ругань.
— Парни! — Третий тоже был здесь. — Она очухалась.
В комнате сразу же воцарилась тишина.
Медленно ко мне подошли и уставились безмолвными взглядами, судя по которым, намерение порезвиться, никуда не делось.
Я зажмурилась. Представляла дом, родителей, пыталась абстрагироваться от происходящего, хотя понимала, что совсем скоро мужчинам надоест разговаривать, и они приступят к задуманному. Сейчас, как никогда жалела, что не владею внушением или телепатической связью с вампирами. Природа не дала мне стандартный набор вампира.
Чья-то рука грубо коснулась лица и скользнула к затылку, схватила волосы в кулак и запрокинула мне голову.
— Открой глаза. — С угрозой прорычал мужчина.
Мне было так страшно, что я не смогла подчиниться, а зря… Увесистая пощёчина опалила щеку. Я почувствовала вкус крови, своей крови. Недельный голод дал о себе знать. Я открыла глаза, чем испугала мужчин. Они были затянуты белой пеленой. Зрелище то ещё, должна признать. От их испуга улыбка невольно скользнула по губам, открывая их взору удлиненные клыки.
— Твою мать…
— Вот дьявол!
— …
Мужчины отступили на шаг, сквернословие отскакивало от стен как мячики. Я позволила себе расслабиться (насколько это было возможно), опустила голову, снова закрыла глаза и прислушались к их вердикту.
— Я не буду её трахать!
— И не надо, но и живой её оставлять нельзя.
— Если мы её убьем, сюда тут же нагрянут стражники.
Мужчины говорили громким шёпотом. Я уже поняла, что живой мне отсюда не уйти.
— Оставим её здесь, устроим пожар и, пока будет шумиха, скроемся. Хата чужая, с нас взятки гладки… — Вердикт вынесли.
Мысленно я прощалась со всеми. Лица мамы и папы, подруг, однокурсников, Экора… Я его полюбила всем сердцем и не хотела терять его, только найдя, но судьба решила иначе.
Горькие слёзы стекали по щекам и шее. Всхлипывания заглушали разговоры мужчин и их действия. В нос ударил запах керосина. Жить мне осталось не долго.
Что-то упало, смотреть, что именно я не стала. Я лишь считала секунды. Они складывались в минуты, которые по непонятной причине задерживали мою смерть, ведь уже давно можно было кинуть спичку и закончить всё это.
Снова что-то рухнуло на деревянный пол. В воздухе почувствовались солоновато-железные нотки. Клыки резанули губу.
Снова возня. Кто-то мягкой поступью приблизился ко мне. Я узнала его по запаху.
— Девочка моя, — он развязал мне руки, — с тобой всё хорошо? Они что-то сделали?
Сил ответить не было. Я просто прижалась к его груди и разревелась. Громкие рыдания, сдерживаемые до этого момента, вырвались из груди. Когда они стихли, Экор подхватил меня на руки и пошёл к выходу.
— Ты голодная? — Он заметил мои клыки.
— Да, но их я пить не буду. — В сторону людей я не смотрела, я знала, что один из них мёртв, а двое других близки к этому. Это чувствовалось по запаху их крови, и аппетита он не вызывал.
Экор поставил меня на пол, но оглянуться не дал, прижав голову к груди. Запахло сожженной серой, зашумел огонь. Он снова подхватил меня на руки и быстрым шагом уносил прочь меня от этого проклятого места.
***
— Милочка, проснись, открой глазки. — Его нежность не подпускала страх.
Открыв глаза, я увидела взволнованное лицо своего любимого. В его горячих объятиях и под размеренный стук сердца, я уснула. Сейчас, я была в его покоях в академии.
— С тобой всё хорошо? Что они тебе сделали?
Следующий вопрос я заглушила поцелуем. У меня не было ни какого желания вспоминать произошедшее и тем более говорить об этом. Хватит мне страхов на год вперёд. Главное, что те мужчины понесли наказание, и в их лапах больше не окажется задержавшаяся девушка.
И главное, что сейчас я в объятиях своего мужчины, который меня отыщет где угодно и спасёт от кого угодно.
— Я люблю тебя. — Эта фраза впервые была сказана.
— И я тебя. — Он был счастлив. Я это видела и тоже была счастлива.
Счастливая, любимая и живая…