Винсент Шоумент – Мешок – Гюрза (страница 26)

Дождь сегодня был не таким сильным, лишь едва моросил, создавая приятную прохладу и не мешая обзору. Это обстоятельство не могло не радовать весь состав каравана — в таких условиях шансы на успешное выполнение миссии значительно возрастали, о чём активно переговаривался весь эфир.

Километр за километром, дорога вилась, и создавалось ощущение, что не кончалась вообще. Лишь изредка сменялась местами щебнем, местами вообще, размытой до основания землёй.

Эфир наполнялся искренним хохотом каждый раз, когда замедляющийся караван замечал впереди Войлу. Сталкер, словно опытный циркач, разводил ноги в стороны, балансируя на мотоцикле, лишь бы не испачкать их в очередной грязевой каше, через которую проезжал. Его акробатические трюки вызывали неизменное веселье у всей команды.

Несколько таких луж осталось позади, как и значительное количество километров. С наступлением рассвета Дактир отдал приказ о привале. Остановиться пришлось в ближайшем форте, где командир, наконец, разрешил отряду восстановить силы, а не тратить их на изнурительные физические упражнения.

Первая половина дня прошла в простых бытовых заботах, затем наступила вторая. По своей привычке Войла ожидал остальных, сидя на мотоцикле и время от времени поглядывая в экран устройства, подаренного ему Ниннель. Почтовый ящик был переполнен входящими сообщениями, большинство из которых были от неё. Последнее сообщение датировалось вчерашним днём. Видимо, она всё ещё не могла смириться с уходом Войлы.

Гуляев тяжело вздохнул, убрал устройство и провёл ладонью по лицу. Он даже не заметил, как караван снова двинулся к выезду из форта.

Войла выкрутил ручку газа, вновь погружаясь в привычную рутину. Пока электрический одометр отсчитывал километры, сталкер неожиданно погрузился в глубокие размышления. Бесконечный поток мыслей и беспокойства о будущем отзывался неприятной болью в груди, заставляя его рефлекторно морщиться.

Ему всё ещё было невыносимо тоскливо от мыслей о Марине. Там, в его мире, существовала хотя бы призрачная возможность случайно встретить её, возможно, в какой-нибудь забегаловке. Здесь же… Здесь её не было. Хотя, зная особенности Гюрзы, Войла начал верить в теорию, что Марина могла оказаться и здесь.

Из пучины болезненных размышлений его вырвал голос в наушнике:

— Циркулярно, Кабина. Безотлагательная остановка, машина сломана. Дублирую: безотлагательная остановка, машина сломана. Как слышно? Приём.

Войла не торопился вступать в разговор, ожидая реакции Дактира. И вскоре, Гуляев был удовлетворён услышанным раздражённым голосом командира каравана. Уже через мгновение караван остановился и заехал в переулок между домами. Еле-еле тянущийся ПАЗик кое-как докатился на собственной тяге до переулка, и тут же заглох. С водительского вывалился бурчащий недовольный сложившейся ситуацией Кабина.

— Что не так с машиной?,— сразу вопросил Дактир, вылезший из УАЗика.

— Не знаю, трясётся и отказывается ехать. Не могу понять…

— Давай гляну,— Войла слез с мотоцикла и заглушил его, подойдя к ПАЗику.

Вскрыв его двигательную часть, стал присматриваться к кипящему механизму.

Кабина встал рядом с сталкером, наблюдая за его действиями.

И осмотрев всевозможные аспекты возможной поломки, Войла только к концу попытался выудить впускной коллектор, и мягко говоря, был удивлён.

Со шланга лилось всё что угодно, но не бензин. Это было больше похоже на какое-то чёрное дерьмо. Кабина и без прямого слова Гуляева допёр, что произошло.

— Ну?,— Дактир по-прежнему ожидал ответа от Кабины.

— Блядь, сорок лет водил «Моисей» евреев по пустыне и всё-таки нашёл то единственное место, в котором нет нефти,— Кабина отошёл от Войлы. Казалось, под Моисеем он подозревал Градуса. Мехвод недовольно ворча, достал из грузового отсека ПАЗика трубку и просунул её в топливный бак, следом отсасывая воздух. Вовремя отслонив трубку, направил её вниз, выливая некачественное топливо на дорогу.

— И что теперь?,— Дактир по-тихоньку закипал.

— Нужно найти канистру нового. Иначе мы тут так и будем стоять.

— Блять, и что нам, всем со шлангами бегать и из тачек бензин откачивать?,— возразил Градус, разведя руками.

— Ты вообще помолчи, должен был проследить чтоб мне залили нормальную горючку,— Кабина огрызнулся, морща от злости нос.

— Мужики, хорош,— Войла вытер руки тряпкой и поправил кепку,— Градус, за мной. Щ-ща мы вам накачаем бензина.

Зампотех недовольно что-то проворчал, вытащил кусок шланга из «Буханки», достал канистру и направился вглубь города. Идущий рядом Войла старался разрядить обстановку.

— Сука, сам виноват, что ему залили плохое топливо. Я говорил, что нужно было заливать с другой колонки, а он: «Мне неудобно перегонять машину».

Войла по возможности, отмалчивался, чтоб не подливать масло в огонь. И пока Градус следил за уровнем бензина, Войла держал шланг, сливая топливо из очередной заброшенной на улице машины.

Градус много ругался. Что поделать, работа у него такая, ругаться на всех. В прочем, уже на четвёртой машине он утих. И как только канистра заполнилась, сразу же пошёл в обратную сторону к каравану.

На подходе уже было видно недовольного Дактира, и Кабину, ожидавшего порцайки нормального горючего.

Градус, минуя мехвода, подошёл к горловине бензобака и наклонил туда нос канистры.

Кабина же, предусмотрительно усевшись за руль, начал прогревать ПАЗик. И как только Градус закончил заливать топливо, начал производить попытки дать автобусу доесть остатки хренового топлива, и начать жрать вкусное и более менее качественное, чем грязь залитая из колонки в форте.

Через пять минут ПАЗик торжественно зарычал, и Кабина сразу откатился назад, выезжая со двора. Люди, стоявшие на улице, быстро расселись по машинам и последовали за ним. Войла тоже не стал задерживаться — запрыгнул на мотоцикл, запустил двигатель и тут же двинулся вслед, выезжая на дорогу впереди колонны.

После устранения проблемы с топливом караван продолжил свой путь. Дорога вилась между заброшенных домов, изредка пересекая пустые площади и полуразрушенные перекрёстки. Войла, как всегда, двигался впереди, внимательно осматривая местность.

Впереди показались руины старого торгового центра. Войла замедлил ход, заметив подозрительное движение между полуразрушенных стен. Подняв ладонь, зажал тангенту.

— Циркулярно, Стартер. Вижу движение за ТЦ. Сохраняйте бдительность. Как слышно? Приём.

— Стартер-Проводу. На связи. Мы слишком близко, назад двигаться невозможно — негде развернуться. Дактир уехал вперёд.

Войла нахмурился. Опустив руку, обернулся.

— Чёрт…— сталкер чувствовал лёгкую панику. Громыхающий УАЗик Дактира здесь будет совершенно лишним. И может спровоцировать лишнее внимание. Как и впринципе весь караван. Похоже, столкновения не избежать.

Снова взяв тангенту в руки, Войла подключился к каналу связи.

— Дактир-Стартеру. Замедли ход. Как слышно? Приём.

Короткое шипение рации. Войла ещё раз продублировал запрос, но тут же сморщил лицо от боли. В наболевшую руку прилетела пуля. Выстрел глушёный, вероятнее всего с окон ТЦ.

Сталкер резко вывернул руль, уводя мотоцикл назад, чтобы снизить свою заметность. Едва он собрался наложить жгут, как заметил, что рана начала затягиваться, а пуля выдавилась наружу регенерируемыми тканями.

Войла потёр предплечье. С уст сорвалось короткое «Ебать», но времени на размышления природы регенерации не было. Противник уже знал о чьём-то присутствии.

Гуляев снова выехал к въезду на парковку, снял с плеча автомат и прицелился, высматривая в окнах снайпера. Позицию он, похоже, уже сменил. Такой довод Войла сделал на основе отсутствия в окнах каких либо признаков жизни. Зато вот человек шесть двигающихся между зданием ТЦ и трансформаторной будкой он увидел достаточно ясно. Они тоже.

Войла открыл огонь первым, повалив казалось, одного или двух бандитов.

Три коротких очереди с разных стволов заставили его спрятаться за аллейное насаждение, которое очень быстро и легко простреливалось шквальным огнём. Попытка в наступление была не сильно удачной.

Ещё и как на зло, Дактир не выходил на связь.

И только сейчас Гуляев понял, что возможно, командир свернул не на ту дорогу, по которой поехал обследовать путь сталкер. Он наверное, свернул направо ещё метров двести назад, и возможно, сейчас находился в самом сердце бандитской засады, по совместительству, в полной заднице.

Войла быстро развернулся на мотоцикле, отъезжая назад и направляясь к повороту. Характерные грязные следы от УАЗика на грунте подтвердили его очень неприятную теорию.

Уже на подъезде он увидел развороченную машину, и Дактира, которого тащили бандиты в свой микрик. Закинув его внутрь кабинки, УАЗик Дактира вдруг тронулся и поехал назад, уезжая за ТЦ.

Войла выругался, взяв узел связи в руки.

— Циркулярно, Стартер. Дактир возможно ранен, идём в сближение. Капля, новобранцы, Пилот — подтягивайтесь на позиции. Кабина — охраняй машины. Градус — следи за тепловыми сигнатурами,— голос Войлы стал необычайно серьёзным и чётким.

Люди, слышавшие его по рации, мгновенно приступили к выполнению приказов. Гуляев осторожно двинулся вперёд, но тут же был встречен плотным огнём с парковки. Бандиты прикрывали отход микроавтобуса и повреждённого УАЗика.

Войла спешился, отступив в сторону и прижимаясь к земле. Автомат был готов к бою, палец лежал на спусковом крючке. Противник методично вёл огонь, не давая сталкеру поднять голову.