Винсент Крэйн – Крест и Меч: Анализ Кризиса Русского Православия (страница 2)
Рассекреченные в 1990-х годах архивы КГБ, которые изучала парламентская комиссия под руководством Льва Пономарева и Глеба Якунина, вскрыли шокирующие масштабы инфильтрации. В документах фигурируют отчеты о деятельности агентов с кодовыми именами «Дроздов», «Адамант», «Михайлов», «Аббат», «Антонов» и многих других. За этими псевдонимами скрывались высшие иерархи Церкви.
Отдел внешних церковных связей (ОВЦС) стал ключевой структурой для проведения операций КГБ за рубежом. Под прикрытием церковной дипломатии, экуменических конференций и паломничеств агенты в рясах выполняли задания по сбору информации, оказанию «выгодного влияния» на западные круги и дискредитации антисоветских деятелей. В отчетах КГБ подробно описываются успешные операции по продвижению нужных кандидатов на посты в международных религиозных организациях, таких как Всемирный совет церквей (ВСЦ) и Христианская мирная конференция (ХМК).
В одном из отчётов КГБ за 1969 год упоминалось, что в Англию для участия в работе органов Всемирного совета церквей выезжали агенты под кличками «Святослав», «Адамант», «Алтарь», «Магистр», «Рощин» и «Земногорский»; по этому же направлению агентура, согласно отчёту, «не допустила враждебных акций» и способствовала продвижению на ответственный пост во ВСЦ агента «Кузнецова».
Высшие иерархи не просто были «осведомителями». Они были кадровыми сотрудниками системы. Архивы свидетельствуют, что будущий Патриарх Алексий II (Алексей Ридигер) был агентом КГБ под псевдонимом «Дроздов», завербованным еще в 1958 году. В феврале 1988 года председатель КГБ подготовил приказ о награждении агента «Дроздова» почетной грамотой. Его коллега по Синоду, митрополит Крутицкий и Коломенский Ювеналий (Поярков), проходил в документах как агент «Адамант». Митрополит Филарет (Денисенко), позже ставший главой УПЦ КП, был агентом «Антоновым».
Эта система тотального контроля не только обеспечивала лояльность Церкви, но и формировала особый тип церковного деятеля: конформиста, карьериста, для которого верность государству была важнее верности Евангелию. Десятилетия службы в КГБ создали прочную агентурную сеть, которая не исчезла с распадом СССР, а плавно перешла «по наследству» к ФСБ и новой российской власти. Священники, привыкшие отчитываться перед куратором в погонах, с легкостью нашли общий язык с режимом, построенным выходцами из тех же спецслужб.
Наследие сергианства: генетический код конформизма
Фундамент для этого симбиоза был заложен ещё до 1943 года – в 1927 году, когда митрополит Сергий (Страгородский), будучи заместителем патриаршего местоблюстителя и сосредоточив в своих руках высшую церковную власть, опубликовал свою печально известную Декларацию. В ней он провозгласил принцип лояльности к советскому государству, заявив, что православные осознают Советский Союз своей гражданской родиной, «радости и успехи которой – наши радости и успехи, а неудачи – наши неудачи». Этот акт, получивший название «сергианство», стал символом предательства интересов Церкви ради ее легального выживания в условиях тоталитарного режима.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.