Винсент Килпастор – Десять негритят (страница 12)

Читатель ждал от меня историю - а моя задача была перенести историю из головы на бумагу. Я так мог бы писать сутки без остановки - но любые творческие эксцессы подобного рода не поощряются у нас дома. Моя жена не стенографистка из фильма 26 дней из жизни Достоевского. И не литературный агент. Она вообще ни одной строчки не прочла из того, что я накарябал. И дети не прочтут - они не понимают по-русски. А кормить их всех надо и не литературой.

Поэтому в восемь ноль ноль или, как говорят американские военные в восемьсот часов (eight hundred hrs) 8 00 - я уже рапортовал Кацману о начале смены.

Отдел в котором я работал, занимался ремонтом дорогущих Мак Бук про.

Кацман скупал пачками безнадежно поломанные Буки за одну пятую цены. В фирме было четыре отдела. В нашем отделе работало шесть человек включая меня. Через три месяца - когда я знал все об основных проблемах каждой модели, выход готовой продукции увеличился в пять раз, а людей в отделе осталось только трое. Большинство руководителей отдела до меня были выходцы из России, втайне считали пендосов тупыми и читали только русскоязычные форумы. И то - изредка в перерывах между ютуб-мантрами Соловьева, плясками Кургиняна и еще какого Эгрегорьева - чувака в избитой молью генеральской шинели прошлого века.

За мои повадки белого мусора - говорить вслух каждую мысль - они меня недолюбливали и побаивались.

***

Однажды в молодости я сидел в тюрьме и у нас был трехдневный бунт. Бунт мне понравился - многим блатным дали звездюлей, провели люстрацию барачных, смотрящих, просто сытых и наглых "авторитетов" и даже заменили положенца. Понятное дело все это было лишь шило на мыло в рамках тухлой воровской идеи, но мне очень пришлось. И на построения ходить не надо было.

Для меня это главное в любом бунте - строем ходить не люблю.

А на третий день вольницы, ранним утром в зону вошел сводный отряд наманганского ОМОНА. Омоновцы оказались крайне нервными ребятами с целой кучей подавленных сексуальных комплексов.

Они все время кричали, что бы мы легли на пол, нервничали неописуемо. Даже когда все колония уже лежала со слегка помятыми боками на земле - они все ходили и орали, как роботы чтобы мы легли.

Потом пришельцы стали переворачивать вверх дном все тумбочки, рвать постельное белье и личные фотографии. Чьи-то мамы, сестры и жены покрыли пол мелким листопадом. Видимо у одних были детские травмы в связи с ранним отрывом от груди, у других грудь жены приходилось делить с другими мерчандайзерами - в общем, не знаю, что должно случиться с психикой, чтобы я стал с таким рвением рвать и топтать чужие фотографии.

Найденного у меня в кешире Джона Гришама, который пережил три шмона и был моей единственной книгой на английском, которую я хранил, как ныряльщик хранит акваланг - Джона Гришама котрый писал о жизни адвоката-авантюриста в неведомом мне тогда Миссиссиппи - узкоглазый омоновец сначала изорвал, а потом долго топтал. Я смотрел на него с изумлением пытаясь определить корни его проблемы - может быть, мать изменяла ему с адвокатом или плантатором далекого Юга?

Или отчим заставлял слушать лингафонный курс английского в узких, доставляющих страдания наушниках, а сам в это время бесконечно йоб и йоб мать юного омоновца? Так и осталось у него в ушах - томные стоны матери и четкий поставленный голос садиста-диктора: хуиз джонс маза, хуиз джонс фаза?

Узкоглазый сержант заметил мой взгляд и молча пнул носком сапога прямо под мышку, точно в то самое место откуда у меня растёт левая рука. Болело месяцев шесть - честное слово.

Поэтому киевский майдан я смотрел как финал чемпионата по футболу. Мы сначала сравняли счет, а потом резко вырвались вперед. ОМОН получил звездюлей и позорно бежал. Их танки горели как под Прохоровкой. Ничего красивее я не видел в жизни.Я купил повесил на столом украинский прапор. Революшн!

Так что - вы будете смеяться, но телевизионная война коснулась-таки русские диаспоры в дальнем зарубежье.

Те, кто смотрел новости первого канала вдруг возненавидели США, хотя отказываться от пособий и не подумали, а тех кто был в США достаточно давно и смотрел новости СиЭнЭн не могли не заметить копирку донбасского сценария с осетинских событий в августе восьмого. А еще была категория проживших тут почти всю жизнь и равномерно эксплуатирующая обе стороны конфликта - это я о рыбинах вроде тебя, Кацман.

Плохо говорящие по-английски потребители грин кардов, которые теперь комфортно любили родину из-за океана, наблюдая российское тв из уюта американского кресла лэйзи бой и заедая распятых в Славянске младенцев "сибирскими" пельменями брайтонской сборки - все эти потребители теперь кинулись срывать мой укрфашистский прапор.

Я хорошо говорю по-английски, люблю Америку, но грин карда она мне так и не дала. Тем не менее, я человек закаленный майданом - последние двое суток новой украинской революции я смотрел его на ютубе, не отрываясь - даже работу прогулял.

Сейчас рванулся грудью защищать флаг новой проамериканской демократии отколовшейся от таможеного союза. Кроме того флаг был моей собственностью, а собственность это священное понятие в США.

Отъетые на поддельных русских пельменях в пакетах с триколором кисилёвцы, давно копившие злобу за то что я потихоньку демонстрировал Кацману, что пахать "на гребаных жидов" можно в шесть раз быстрее, а ремонтировать, читая фирменные форумы в шесть раз больше, быстро выстроились в боевую свинью и пошли на меня.

Преимущество было настолько очевидным, что они вполне могли раздавить меня психологически. Хотели, чтобы я сорвал державный прапор и властными руками бросил его им под ноги - ноги-победители готовые снова дойти хоть до Берлина, хоть Киева, хоть до Вашингтона.

У меня возникла мысль - рвануть на парковку, увлекая борцов с фашизмом двадцать первого века следом, потом добежать до машины, рвануть из бардачка кольт и пару раз сотрясти воздух, как Зевс у древних греков. А и правда может, прилетел к ним чувак со стволом на машине времени, а они сразу-Громовержец, громовержец. Я тоже громовержец, оглохнуть на хрен можно.

Приехали счастливые победители лотереи грин кард и дистанционные любители отчизны совсем еще недавно, и к идее о том, что тут у большинства в бардачке может быть злобный зализанный глок, выносливая тяжелая беретта или старинный, но надежный и изящный как все немецкое - классический люгер - к этой идее они еще не привыкли. Для них это экзотика. Свыкнутся с возможностью непропорционально получить сдачи, тут предстоит пройти всему хамлу, которое по совковой привычке может нагло подрезать вас на дороге, залезть к вам в огород или развыебываться в баре надеясь на свои кулаки, крыши и хохламу.

Местные сраные ковбои эти выпадки шариковщины быстро лечат. Культура круто намешанной американской нации зиждиться не только на вежливости и автоматической трансмиссии, но и на поправке конституции о свободном владении огнестрелом.

***

Но я не успел шарахнуть пару раз перед их носам девятью миллиметрами смерти.

Не успел, тому шо за моей спиной возникло два здоровенных отъетых хохла - работники приема-отправки со склада.С первого дня майдана и последующего возвращения Крыма в родную гавань, в конторе до усрачки и хрипоты спорили только русские. А два украинских тормоза просто работали себе молча, и как ни в чем ни бывало, лопали в обед принесенное из дома сало и борщ. Сало, кстати настоящие хохлы хранят в стеклянных банках - вот вам честное слово! И сало это затмевало перед ними все чегеварную поэзию настоящей революции происходящей в столице их ридной неньки в режиме реального времени.

Украинская диаспора в США необычайно велика. Сливаясь часто по интересам с польским лобби в Вашингтоне это реальная политическая силища. Русские всегда считали себя равносильными с Америкой и совсем не заботились о лоббировании интересов федерации в Вашике. А именно так здесь вопросы и разруливают.

***

Итак, если вам в Америце захотелось ностальгии - русских пельменей там, красной икры, чаю Ахмадшах Масуд или трамвайного хамства от одноклеточной кассирши - вам надо в "русский" магазин. Хотя это одно название - русский. Как и лобби русские магазины это ширма. Жрачка там частично русская, типа гречки, на которую американцы смотрят вылупив глаза(what the hell is that buckwheat anyway?), но хозяева "русских гастрономов" это либо евреи - либо украинцы.

В нашем городе евреи компактно селится на Ист энде, а украинцы - на Уэст энде. Так у англоязычных делятся города - Север-Юг, Запад-Восток, все разбито на квадраты- север-юг это стриты, а запад-восток - авеню. Таким образом, очутившив в незнакомом американском городе, вы в раз начинаете ориентироваться на местности. Так я уст эндский хлопец, щоб ви знали.

Так уж сложилось, что с первых дней в Америке я работал в основном с украинцами, а ностальгировать и отцеплять бесплатную эмигрантскую газетенку ходил в украинский лабаз. Украинцы помогли мне с первой машиной, водительскими правами, работой и домом.

Мой русский магазинчик держали одесситы со жванецким акцентом и назывался он "международный гастроном Елисеевский". Рядом с международным гастрономом был "Шинок" - ресторанчик бандеровской кухни, бар "Богдан" и кавьярня золотой Дюк, которую я всегда называл про себя золотой звездюк. Кофе у Дюка был паршивенькой.