Вин Аманда – Измена. Я отомщу тебе, предатель (страница 28)
— Я хотела извиниться, — начинает мама неожиданно.
— За что?
— Не надо было тебе советовать сохранить семью. Ничего хорошего, если он тебе изменял. Да еще выгнала тебя…А потом, когда ты ушла, вспомнила себя, не знаю сама, почему так поступила, ведь я сама хотела много раз уйти.
Мы сидим и молчим. Как камень с плеч упал. Здорово, что еще один человек начал понимать меня.
Говорю тихо:
— Спасибо.
После паузы мама осторожно спрашивает:
— Но, а ты уверена насчёт Платона? Ладно уж, не буду спрашивать, как так у вас вышло, хотя это как-то не по-божески. Ты уверена, что он другой? Веришь ему? Яблоко от яблони…
— Мам, так про родителей и детей говорят.
— Какая разница, Ир? Братья — одна кровь. Боюсь ты, дочка, поспешила с выбором. Лезешь в одну и ту же семью, как будто других мужчин нет. Боюсь, как бы не оказались вторые грабли.
Я молчу. Что говорить? Маму переубедить невозможно. Да и как тут убеждать? Сказать, что он хороший? Глупо. Ведь «какой замечательный, хороший» это всегда было и про Андрея раньше.
Платон возвращается, наступает облегчение. Да, никак в этом не убедишься. Можно просто верить человеку. Если один раз обжегся от огня, это же не значит, что нельзя больше разводить костёр.
Когда мы приехали домой, я спросила у Платона:
— А про Виолетту ты когда узнал?
— Тоже утром посмотрел. Тест подтвердил, что я являюсь дядей. Кстати, об этом, я хочу поговорить с Андреем и отвезти родителям результаты, ничего, если отъеду сейчас на часок?
— Нет, конечно. Поезжай.
Как только Платон уезжает, в дверь стучатся. Странно, что не звонят в звонок. Иду открывать. Вижу в глазке высокую молодую девушку. На минуту зависаю: думаю, кто это? Незнакомка симпатичная, длинные волосы, яркий макияж с красной помадой.
Девушка снова тарабанит в дверь, а я почему-то не хочу открывать, хочу притвориться, что никого нет дома. Но незнакомка настойчиво стучит, я поддаюсь и открываю.
Девушка расплывается при виде меня в улыбке. Говорит:
— Здравствуйте, а Платон дома?
— Нет. А что вы хотели?
— Жаль, хотела пригласить его кое-куда.
— В следующий раз, — говорю и захлопываю дверь.
Жутко злюсь, пока не понимаю почему. Конечно же, всплывают сегодняшние слова мамы в голове «а ты уверена, что Платон другой?»
— Уверена! — произношу вслух сама себе и иду заваривать чай с ромашкой. Надо успокоиться.
Глава 33. Важный разговор
Наконец-то состоялся долгожданный развод. Все, теперь передо мной все дороги открыты. Хотя и раньше, я бы не сказал, что они были закрыты. Но, мне кажется, для Ирины это было важно. Сейчас я могу попробовать сделать шаг к ней навстречу.
Я видел, как она сегодня радовалась результатам ДНК-теста. Если она рада, что отец я, значит, у нее в сердце появилось место для меня?
С одной стороны, не хочется ее торопить, я вижу, что в беременность Ира больше переживает и нервничает, чем обычно.
Но, с другой стороны, а чего теперь ждать? Пусть ребёнок родится в семье и любви, когда родители уже разобрались между собой.
Мне очень хочется сделать шаг, чтобы стереть оставшуюся черту между нами, тем более эта черта настолько тонкая, вот протяни руку – и все, о чем я мечтал, станет реальностью. Если Ира не захочет — так уж и быть, подожду, поиграю ещё немного в ее игру. Я все равно знаю, когда родится ребенок, у Иры просто не останется выбора. Точнее, это я ей не оставлю выбора. Она будет со мной и будет счастлива.
Подъезжаю к дому родителей, и хорошее настроение мигом исчезает. Обещаю себе: последний раз лезу в это дело. И то только ради ребёнка.
Виолетта звонила мне, когда я ходил в магазин за хлебом для мамы Иры.
— Платон, почему не звонишь? Анализ забрал? Мне СМС пришло!
— Да, ДНК-тест готов.
— Ну, убедился? — с вызовом спросила Виолетта.
— Да.
— Ты обязан поговорить с Андреем! — начала кричать в трубку.
— Ошибаешься, я не обязан вмешиваться в ваши дела. Разбирайся с ним сама.
Хотел сбросить вызов, но услышал настоящую мольбу:
— Пожалуйста, прошу тебя, ради ребёнка!
И вот теперь я здесь. Иду в дом. Машины отца нет — уже хорошо.
Во дворе вижу маму, которая копается в саду.
— Привет!
— О, Платон, — поворачивается, — ты меня напугал, — посмотри на эти розы, не пережили зиму, замёрзли, а ведь были мои любимые.
— Мам, я приехал с Андреем поговорить, он дома?
— А что такое, что-то опять случилось?
— Анализ Виолетты подтвердил его отцовство.
Мама бросает свои цветы и садится на табуретку. У неё текут слёзы, и при этом она смеется.
— Я знаю, глупая. Надо радоваться — я думала, никогда детей у старшего сына не будет, а я плачу. Не так получилось, все не так. А Ирины — твой?
Я кладу руку ей на плечо:
— Мой, мам, не плачь, может, это и к лучшему.
Вытирает слёзы, отвечает:
— Да, ты прав. И ты не думай, я про вас с Ирой ничего…
— Да ладно, мам.
— Отец отойдёт, я уже начала проводить работу… Но скажи, неужели правду ты тогда сказал, что первый в неё влюбился? Как такое возможно? Они же с Андреем в школе начали встречаться.
— Мам, я тоже в той школе учился.
Мама вздыхает, качает головой:
— Ну и ну. Как в жизни бывает.
Затем встаёт:
— Ладно, как уж теперь вышло. Буду ждать своих внуков, — улыбается, пожалуйста, звони мне и говори, как у вас дела. Как ты сейчас, деньги у тебя кстати есть? Пойдём в дом, отец нескоро вернётся, чай попьём, все расскажешь.
— Нет, спасибо, мам, я поговорю с Андреем. Деньги есть, не переживай, я говорил тебе, что работаю.
— Ой, ну не верю я, что по этому интернету можно нормальные деньги заработать.
Улыбаюсь ей и иду в дом.