Виктория Яровая – Я вернусь (страница 37)

“Да, что она несет? Хотя чего это он? Она несет полную чушь!” — думал Рэм, в некотором оцепенении рассматривая девушку. И несла она эту чушь с таким серьезным видом, что было не понять, говорит она это всерьез или так издевается. Такой он ее еще не видел. Красивой, улыбающейся, но при этом пьяной в хлам и от этого какой-то чумной. И хрокк бы его побрал, но такой она ему очень нравилась! Поддавшись на ее уговоры, он присел рядом с ней на траву и с самым серьезным видом проговорил:

— И хотя я не являюсь ярым поклонником современного искусства, но могу по достоинству оценить твою композицию “Броксы и шляпы”. Как мне кажется, она доносит до зрителя простую истину, что каждый имеет право быть красивым!

До него донесся ее задорный смех, и он почувствовал, как ее голова легла ему на плечо, а руки обхватили за предплечье.

— О, Рэм, я и не думала, что в тебе скрыта такая тонкая натура ценителя прекрасного! — игривым тоном сказала она и тут же продолжила. — Так как я работаю только на натуре, и это несет за собой некоторые ограничения, и, к сожалению, моя первая работа ускакала слишком далеко, чтобы и дальше ею любоваться, — сказала она, указывая на удаляющиеся от них, стадо броксов. — но я бы хотела, чтобы ты оценил мою вторую работу, которую я назвала “Паруса любви”.

И она указала пальцем в сторону замка. Рэм не сразу понял, что она имеет виду, а когда присмотрелся, чуть не вскочил от возмущения. Над его замком развевался флаг из женских панталон. Панталоны! На ЕГО замке! Ну это уже слишком! Какое, срамной слэк, это искусство!? Это вредительство, чистой воды! Рэм от возмущения только открывал и закрывал рот, не в силах решить, что сказать этой поганке. Сказать он мог много чего, но не при даме же, в конце концов! А эта дама сидела и заливалась смехом, заразительным таким смехом, от которого у него против воли дрогнули уголки рта. Ну зараза!

— Рэм, ты бы видел свое лицо?! Ты как рыба на берегу! — заливалась она и передразнивая его, выпучив глаза, открывала и закрывала рот.

И ведь нужно ей всыпать по первое число, ну или хотя бы отругать, но видя ее вот такой пьяной, раскованной и веселой, ему расхотелось ругать ее. Наоборот, появилось желание самому присоединиться к ее веселью. Хотя до ее состояния, ему явно нужна пара-тройка графинов сорнета.

— Кристина, поделись со мной секретом. С чего это ты сегодня такая … — замялся он, подбирая слова.

— Какая такая? — хитро прищурив глаз, спросила она и сама тут же продолжила. — Обворожительная? Чудесная и неповторимая?

Рэм застонал и снова услышал смех Кристины. Да такой она и была сейчас, чудесная и обворожительная. И уж точно неповторимая. Врядли бы кто из местных дам решился повторить ее подвиги.

— Именно это я и имел ввиду. — поддержал ее игру Рэм. — А еще такая красивая, нежная и чувственная. — и не удержавшись от поддразнивания, очень медленно, глядя ей в лицо, склонился к ее оголенному плечу и прижался к нему губами, слегка дотронувшись языком до ее кожи.

И зачем он это сделал? Кожа оказалась бархатной на ощупь и пахла цветами тилина. Он с трудом заставил себя оторваться от ее плеча и поборол дикое желание провести губами по ее ключице, подняться выше по шее и найти ее губы. Как удержался от этого сам не знал, особенно под взглядом ее горящих темных глаз. Лучше больше так не делать.

А Кристина вдруг подскочила и отступила на пару шагов, а потом негромко сказала:

— У меня сегодня день рождения. И я решила его отпраздновать, но в этой глуши совершенно нечего делать. — надула она губки и опустила взгляд.

— День рождения значит. — задумчиво проговорил он. — Почему ты не сказала мне об этом сегодня или вчера? Я бы придумал что-нибудь.

— Не хотела тебя беспокоить, ты и так всегда занят. — потупившись ответила она.

И хотя он ничего не сделал плохого, но вдруг почувствовал себя виноватым. Опять. Каждый раз, когда дело касается ее, он чувствует себя виноватым. Когда это уже закончится? Встав с земли, он встряхнул свой камзол и сказал:

— Значит так, сейчас мы идем в замок, там приводим себя в порядок. Ты кстати и так хорошо выглядишь, обзаведись только туфельками. И после этого мы идем праздновать твой день рождения, как все порядочные люди.

“Пока ты мне весь замок не разнесла”. — уже про себя подумал он.

— А куда мы поедем? — тут же оживилась она.

— Увидишь. — загадочно улыбнулся он, хотя сам еще и не знал, что они будут делать, до этого момента он никому еще не устраивал дни рождения. Ничего, он что-нибудь придумает.

Через полчаса она уже ждала его в холле. Посвежевшая, все в том же платье и даже в туфельках. Он спустился с лестницы и спросил:

— Ну что, рожденная в этот день, ты готова?

— Так точно, капитан! — отрапортовала она, и он непроизвольно улыбнулся, все еще пьяна.

Взяв ее за руку, открыл портал, и они вместе вышли из него. Рэм наблюдал за тем, как Кристина с интересом рассматривает огромное светлое помещение, с большим количеством цветных магических светильников, с высокими потолками, на которых красовались яркие замысловатые узоры. Кругом стояли круглые небольшие столики, за которыми сидели посетители. Это был самый известный в столице ресторан и Рэм заказал здесь один из закрытых столиков, сидя за которым был виден весь зал, но тех, кто сидит за этим столиком видно не были. Было людно, кругом звучал легкий шелест голосов и нежная мелодия риады, большого струнного инструмента, на котором неизменно играла какая-нибудь милая девушка.

— Здесь красиво. — с восхищением в голосе сказала Кристина. — Где мы?

— Это ресторан “Песнь риады”, здесь очень хорошая кухня и нам тут не помешают. — ответил Рэм с улыбкой, помогая Кристине присесть. — Я взял на себя смелость заказать за тебя, но, если тебе не понравится, мы закажем что-нибудь другое.

— Хорошо, что ты такой смелый. — ответила она, лукаво улыбаясь. — Избавил меня от долгих раздумий и снял ответственность за выбор.

И вот пойми шутит она или таким образом выражает свое неудовольствие? Решив не задумываться над этим, Рэм тоже присел за стол, и тут же на него сами собой мягко спланировали столовые принадлежности, бокалы, ведерко со льдом и бутылкой сорнета внутри, который тут же сам разлился по бокалам. Потом прилетели первые блюда, и крышки над ними сами собой открылись, предоставляя на их обозрение тарелки с закусками. Тонкие ломтики мяса, сыра и зелень. Крошечные мисочки с различными соусами и тонкий хрустящий поджаренный хлеб. Кристина, пока это все происходило, сидела и не моргая наблюдала, а затем сказала:

— Ух ты! Вот это здорово! Рэм, а чего это они разлетались?

— Это закрытая кабинка и поэтому обслугу сюда не пускают, правила конфиденциальности. Здесь работает штатный маг, который и обеспечивает обслуживание.

— Какое-то неразумное использование магов. — буркнула она себе под нос.

И Рэм был с ней даже согласен, но что поделать, для многих комфорт превыше всего, и он тоже, не страдая излишней щепетильностью, иногда пользовался этим. Он не случайно выбрал именно закрытую кабинку, подчиняясь какому-то внутреннему чутью, очень уж не хотелось, чтобы кто-нибудь сейчас увидел Кристину. Пусть про нее вообще забудут, так для нее безопасней. Он поднял бокал и торжественно произнес:

— Давай выпьем за тебя, чтобы ты была счастлива!

— О, я буду счастлива, уже через сто сорок два дня. Давай выпьем за мое возвращение домой! — провозгласила она, поднимая бокал.

У Рэма неприятно царапнуло в груди от этих слов, но он тут же успокоился, есть еще целых сто сорок два дня, а там он что-нибудь придумает. И подняв бокал, осушил его до дна.

— О-о, я вижу ты решил меня догнать? А что, это честно, ты между прочим отстаешь от меня почти на два графина сорнета.

— Кристина! — возмущенно воскликнул он, отбирая у нее бокал. — Ты с ума сошла столько пить? Как ты еще на ногах держишься и не сползаешь под этот стол?

— Пфф, тоже мне! — пьяненько фыркнула она в ответ, пытаясь отобрать бокал. — Ваш сорнет как лимонад, по крепости сильно уступает нашему вину, да еще и выветривается быстро, зараза этакая. Так что, верни бокал и давай догоняй меня, а то больно ты скучный.

Рэм чуть не поперхнулся кусочком сыра. С чего бы это он скучный? Еще никто и никогда его в этом не обвинял. И пребывая в этих раздумьях, упустил момент, когда Кристина снова завладела своим бокалом.

— Рэм, — позвала она тихим и каким-то заговорщицким голосом. — Я уже очень давно хотела спросить тебя, но не знала насколько это прилично, и принято ли у вас спрашивать о таком, может это что-то настолько интимное, что я оскорблю тебя, интересуясь таким вопросом.

Рэм напрягся, раздумывая над тем, что за вопрос у нее такой, раз она так долго подбирает слова. А Кристина замолкла.

— Кристина, спрашивая давай, я не оскорблюсь, поверь, меня в целом очень сложно оскорбить.

— Тогда скажи, ты тоже так можешь? Ну как маг с этими тарелками. — и взгляд такой восхищенный. — Или ты только специалист по мозгам и порталам?

Рэм аж рот открыл от удивления. Его поставили на один уровень с хилым магом, таскающим тарелки в ресторане, и кажется даже не на один с ним уровень, а еще ниже. Как-то даже обидно стало, но собравшись с мыслями он ответил:

— На будущее, никогда не спрашивай таких вопросов у незнакомых тебе магов и тем более не сравнивай его с другими. — видя, как она смущенно опускает взгляд, он продолжил. — Но так как мы с тобой друзья, ведь так? — выжидающе посмотрел на нее и увидел, как она поспешно машет головой, соглашаясь с ним. — Тогда тебе это позволительно. И да, я тоже так могу, разумеется, и еще много всякого, например, вот так!