Виктория Яровая – Кредит доверия (страница 8)

– Ася, открой свои чудесные карие глазки. Мы взрослые люди и не должны стесняться своих желаний. Ну давай же, открывай.

Легкий поцелуй коснулся моего уха и тут же улетел, оставляя за собой острые искорки удовольствия. Набравшись смелости, я послушалась его и сразу утонула в серебре его глаз. Они смотрели на меня и искрились весельем, непроизвольно заражая им и меня. Не сдержала легкой ответной улыбки.

– Вот так-то лучше. Не нужно ни о чем жалеть. Мне было хорошо с тобой. А тебе все понравилось?

И снова прямой вопрос, от которого я, наверное, вся покраснела. Ну что за мода у него такая – стрелять ими прямо в лоб? Я не привыкла обсуждать детали интимной жизни с партнером. Правда, никто меня об этом и не спрашивал. Все происходило на интуитивном уровне и всегда было понятно. К чему вопросы? Оскар вообще никогда не интересовался подобным, уверенный в себе иногда даже сверх меры. А если в какой-то раз мне было менее приятно, чем в предыдущие, то я обычно не заостряла на этом внимания.

И вот мужчина, которого я почти не знаю и с которым провела одну ночь, смотрит на меня изучающим взглядом и искренне интересуется, все ли мне понравилось. Я даже не могла сообразить, что на это ответить, поэтому лишь глупо на него смотрела. Наверное, он воспринял мое молчание по-своему, так как снова заговорил:

– Близость бывает разной, но лично мне нравится, когда партнерша получает удовольствие. А если у меня появляется желание общаться с ней в будущем, то это обязательное условие.

Он так деликатно намекает, что не прочь повторить нашу встречу? Захотелось малодушно соврать и сказать, что все было посредственно и, пожалуй, я откажусь от продолжения. Но не смогла. Слишком сладко ныло тело от вчерашней ночи. А при воспоминании о произошедшем хотелось снова оказаться с ним в тесной кровати, среди ярких вспышек неба и густой темени за бортом.

– Ночь была чудесной, – ответила я и мягко улыбнулась. Но тут же решила немного отступить, сказав: – Но, думаю, нам не стоит это повторять.

Мужчина протянул руку и ласково погладил меня по щеке, слегка задев большим пальцем уголок рта.

– Как скажешь. Я только хочу, чтобы ты меня не боялась. Стесняться тоже не стоит. Произошедшее никак не влияет на то, кто мы есть друг другу.

Да-а-а, вот это талант! Сказать девушке, что она ему никто, да еще так, чтобы она если и поняла, то не обиделась – это уметь нужно. Ох, непрост этот мужчина. Но я решила не брать его рассуждения в голову и успокоилась. А ведь действительно: все в порядке. Я никого не предавала, блокатор у меня есть, потому нежданных детей или неясных болезней ожидать не стоит. Ночь была прекрасной, и это все, о чем мне нужно думать.

– Хорошо, – спокойно ответила я и с удовольствием потянулась.

– Вот и умница, – сказал Прохор и широко улыбнулся. – Пойду гляну, что у нас там за бортом. Пора двигаться к ферме.

Он поднялся и, как был голый, пересел на край кровати у самой панели управления. Мне открылся прекрасный вид на его широкую спину. Наконец-то смогу рассмотреть на ней татуировку. Внимательно глянула и непроизвольно вздрогнула. Фу! Зачем рисовать себе на теле такую гадость?

На меня с рисунка, занимающего половину спины, смотрела оскаленная пасть странного существа. Четыре глаза, два ряда острых клыков и широкие шипы, идущие вокруг головы. Изо рта текла искусно нарисованная кровь и высовывался мерзкий длинный язык.

Еще в первый день я увидела кусочек татуировки, но и предположить не могла, что кому-то придет в голову оставлять на своей спине такую пакость. Не удержалась и спросила:

– Почему у тебя такой неприятный рисунок?

Прохор что-то активно нажимал на панели и, не поднимая головы, равнодушно ответил:

– Чтобы противник, подкрадывающийся со спины, отвлекся, и у меня появилась пара лишних мгновений.

Голос был спокойным, словно он говорил о естественных вещах и не понимал, насколько неуместно они звучат из уст фермера на задрипанной планете. Какие еще противники? Болотная мошка и комары?

Или прошлое этого мужчины не такое уж спокойное? Но что заставило его поселиться на этой планете? Или здесь есть какая-то тайна? Но свои опасения я выдавать не стала и сделала вид, что не поняла смысла сказанных слов. Постаралась свести все к шутке:

– Ты не подумал об обратной стороне вопроса.

– Это какой же?

Голос был заинтересованный, но голову он так и не повернул.

– Она отбивает желание у противоположного пола обнять тебя со спины.

Мужчина коротко хохотнул и весело ответил:

– Я встречаюсь только со смелыми девочками, которых барачеком не испугать.

Это что, был вызов? Невольно улыбнулась и, не особо думая, поднялась и прижалась к нему сзади. Обвила руками крепкую грудь и уютно устроила подбородок на его плече. Ох, какой же он приятный на ощупь.

– М-м-м, – промурлыкал он. – Я так и знал, что не ошибся в тебе. Но нужно быть последовательной в своих желаниях и действиях. Если не отпустишь меня через пять, четыре, три…

Ждать последствий я не стала и быстро отстранилась. Надо же, как он умеет мягко отчитать. И ведь прав: я сама заявляла, что больше не стоит повторять эту ночь, и тут же на него повесилась. На меня совсем не похоже. Что же со мной делает этот загадочный сероглазый мужчина?

– Ты прав, – сказала я, вставая и пытаясь найти футболку.

Вытащила ее из-под одеяла и чуть ли не бегом направилась в техническое помещение, чтобы умыться и немного успокоиться. Когда вернулась, кровати уже не было, а полуодетый Прохор сидел в кресле пилота.

– Летим домой? – спросил он, поворачиваясь ко мне и весело улыбаясь.

Смущенно кивнула и тоже села. Интересно, почему я чувствую себя рядом с ним так робко? Прямо как юная барышня. Непривычное ощущение, и я никак не могла понять, нравится ли оно мне. Скорее нет. И, пожалуй, мне лучше держаться от него на расстоянии. Пока еще не поздно.

Глава 6

К нашему общему облегчению, ферма была на месте. Облетев ее по кругу, мы с удивлением обнаружили, что ничего даже не утонуло. Ангар, площадки и мосты стояли там же, где и раньше. Правда, Прохор с некоторой тоской в голосе сообщил, что сети порваны и последние велиты сбежали. Интересно, а имеем ли мы теперь право называться фермой?

Хотя меня сей факт совсем не волновал. Не думаю, что и дедуля сильно расстроится: он уже давно не использовал животных по назначению и вряд ли имел такие планы в дальнейшем. Кстати, он обещал мне через недельку выслать послание, как только выберется из труднодоступных дебрей Галактики. И что он там забыл? Еще и меня с собой зазывал. Но я отказалась, боясь привести бандитов прямо к нему. Нельзя так рисковать.

Нет, лучше уж я отсижусь на Сирпу. А чуть попозже буду думать, как и куда отсюда выбираться. Помощи мне, к сожалению, ждать неоткуда. Не просить ведь Прохора?

– Ась, у тебя что-то случилось? – серьезным тоном поинтересовался он. – Может, я могу чем-то помочь?

Я вздрогнула. Он что, мысли мои прочитал? Удивленно посмотрела на Прохора и спросила:

– С чего ты взял?

– У тебя такое серьезное лицо, словно ты думаешь, как спасти Вселенную, никак не меньше.

– Из-за сбежавших велитов расстроилась, – сказала я первое пришедшее в голову.

Мысль рассказать ему хоть что-то из своей жизни я сразу отбросила. Проведенная вместе ночь не делает нас ближе. И он правильно заметил: мы с ним никто. Случайные встречные, которые не удержались от физической близости. Приятной, но не сделавшей нас влюбленной парой или хотя бы хорошими знакомыми.

– Не стоит. Их несложно приманить обратно. Но не думаю, что нужно этим заниматься. К чему они тебе тут одной?

Согласно кивнула головой и спросила:

– А ты скоро уезжаешь?

Я не хотела быть такой любопытной, но вопрос словно сам собой вырвался.

– Думаю, через неделю, максимум две. Мне тут больше делать нечего. Достану все, что смогу, от своей старой фермы и уеду.

– Куда?

И снова я не удержала вопроса, который прозвучал любопытно до неприличия. Быстро поправилась:

– Извини, не мое дело.

Прохор серьезно глянул, но, видя мое смущение, сразу смягчился.

– Сам пока не знаю. У меня осталось еще пара дел. Закончу их, и пора возвращаться к нормальной жизни. Там нужно наводить порядки.

И настолько угрожающе это прозвучало, что я невольно напряглась. К нормальной жизни? Интересно, а сейчас она какая? И чем она его не устраивает? Язык так и чесался задать все эти вопросы, но я не решилась.

– Даже не полюбопытствуешь? – со смешком спросил он, заметив мои мысленные метания.

Вопреки веселому тону, его глаза не смеялись. Они внимательно изучали меня, выискивая нечто, известное только ему. Стало до жути неуютно.

– Меня это не касается, – как можно спокойнее ответила я.

Мужчина ничего не сказал, но и взгляда не отвел. Потом хмыкнул и вдруг серьезно спросил:

– Тебе точно не нужна помощь?

Мне хотелось вскрикнуть, что нужна. Да еще как! Но почему-то язык не поворачивался попросить о ней, и я промолчала.

– Если передумаешь – обращайся.

Кивнула и отвернулась. Стало неуютно. Этот мужчина слишком быстро меняет свое амплуа. Вот он веселый сосед и чуткий любовник, а вот уже – человек, пытающийся запугать противника татуировкой. У него явно весьма загадочное прошлое. И что-то мне подсказывает, что оно не очень радужное. Но вот он смотрит на меня с пониманием и так искренне предлагает помощь… Я запуталась.