Виктория Волкова – Отпуск на фоне развода. Ее счастливый билет (страница 33)
– Илью будут держать до нашего развода, – вздыхаю печально. – Я могу все отдать Беляеву!
– Может быть, Мила, – поднимается на ноги Лютов. Нервно мерит комнату большими шагами. – А может быть, и нет, – разводит руками. – Твоему мужу нужна ты. Золотая рыбка. Хвостиком махнешь и исполнишь желание.
– Так и есть, – соглашаюсь печально. Прикусываю губу, не позволяя себе никакой слабости. Сейчас важно понять, каким коленом ударить Беляева по яйцам, так чтобы отрубило мозги и проняло до печенок.
– В этом доме кормят? – проводит ладонью по груди Лютов и улыбается самодовольно. – Раньше вроде кормили. Игорек у нас пацан щедрый. Я с ним еще не созванивался. Но если полетят камни с неба, он обязательно подключится. Поэтому тебе, Мила, волноваться не о чем. Думай. Вспоминай. Может, еще будут инсайты…
– Легко сказать, – взмахиваю рукой. Бегу к экономке. Прошу покормить гостя.
– А вы, Милена Викторовна? – спрашивает она удивленно.
– Нет. Не хочу. Кусок в горло не лезет, – признаюсь нервно.
Поднимаюсь наверх. Ложусь на постель, где еще недавно парила в облаках. Утыкаюсь носом в подушку. И реву в голос.
– Мам? Мам! Что случилось? Кто-то умер? – гладит меня по плечу Каролина. Как она вошла? Я и не заметила.
– У Ильи неприятности…
– Это папа постарался? – бьет прямо в цель моя младшенькая.
– Не знаю, – боюсь себя выдать. Негоже настраивать дочь против отца. Я не Влад! Никогда не опущусь до такой низости.
– Папа может! – авторитетно заявляет Каролина. Ложится рядом на постель. Гладит меня по руке, по плечу. От простого касания становится легче. Я не одна. Значит, победим!
– Откуда такая уверенность? – утирая слезы, целую дочку в макушку.
– Да я как-то его разговор с Никитой слышала. Ты с бабушкой на кухне была. Лида и Марина на стол накрывали. А папа с Ником на балконе стояли…
– А ты?
– В спальне играла. А папа жаловался Никите, что косякнул с диагнозом, и мужик чуть не загнулся. Его жена написала жалобу в Минздрав. И папа с Никитой решали, как переписать историю болезни и какие анализы туда добавить…
– Так, а анализы как подделать? – охаю тихонько.
– У другого человека листочки взять и подклеить в историю болезни, – смотрит на меня с укоризной она.
Ты как маленькая, честное слово!
– Когда это было? – спрашиваю осторожно.
– Через месяц у Лиды и Никиты Анечка родилась, – уверенно заявляет дочь. – А еще они про какого-то врача говорили… Он вроде бы первым увидел папину ошибку и собирался ее обнародовать. Я запомнила фамилию. Муркин! У нас мальчик в классе Сережа Муркин учится.
– Обалдеть, какие у тебя познания! – лихорадочно прижимаю дочку к себе. А сама в уме прикидываю, сгодятся эти ценные сведения или нет. Каролина может ошибаться…
«Да ладно! – встает на защиту дочери материнская чуйка. – Ошибаться может кто угодно. Я, например. Но только не Каролина. А даты прикинуть можно. И мальчика однофамильца найти, и людей, пострадавших от «лечения» Беляева. Наверняка были еще случаи. Все бы раскопать и подать коллективный иск. Тогда точно ни Влад, ни его брат не отмоются!
Глава 40
Глава 40
– Я все узнала! – влетаю в библиотеку, где еще несколько часов назад мы целовались с Ильей. А сейчас…
Больно-то как!
Сердце щемит, но я не позволяю себе расслабиться. Запаникую, потеряю все. И главное, Илью не спасу!
А я обязана.
– Что удалось узнать? – отрывается от экрана смартфона Яша. – У меня тоже новости, – морщится болезненно. – Но сначала ты, Мила…
Пересказываю новости, добытые у вездесущей Каролины, и во все глаза смотрю на нашего адвоката.
– Хоть что-нибудь пригодится?
– Да, будем бить по всем направлениям, – задумчиво кивает Яков. Трет переносицу, будто страдает от мигрени, и сообщает понуро. – Дело плохо, Мила. Нас круто обложили. На тебя тоже завели уголовное дело. Хейтеры в Роскомнадзор жалобу накатали. Ну и прокуратура возбудилась.
– Это конец, – опускаюсь на диван. Ни сил, ни надежды. Ничего не остается.
– Чем больше мы соберем компромата на Беляевых, тем лучше, – до крови прикусываю внутреннюю сторону щеки.
– Да, согласен. Но нужны абсолютно достоверные случаи. Слухи, ОБС, не пройдут. У нас мало времени на проверку.
– Тогда нужно обратиться к людям в соц. сетях…
– Только не от твоего имени…
– Ни в коем случае. Попросим МедБрата. Заплатим… Я заплачу..
– Кто это? Медбрат? Я не силен в блогерстве, Мил…
– Врач один. Он ведет канал, посвященный медицине. Проводит чистки, учит народ правильному питанию.
– Да мне по барабану, Мила. Нужны его фамилия, имя-отчество. Можно паспортные данные, – шутит Лютов.
Но я воспринимаю его слова всерьез.
Выуживаю из недр нашей переписки с МедБратом все сведения, и даже домашний адрес.
– Вот, – пересылаю данные Лютову.– Мы периодически рекламим друг друга. Приходится составлять договоры.
– Ты суперпрофи, Милена, – восхищенно тянет он. Открывает эсэмэску и ржет в голос. – Я его знаю. Лично.
И звонит кому-то.
– Миха. Братан. Не знал, что ты еще и медбрат.
И снова смеется.
– Ну да. Ну да. Да я по делу… Помощь твоя нужна. Девушка одна в беду попала. Милена Беляева…
А дальше слушает молча. Только улыбается мстительно.
– Ну, я понял, Мих. Понял. Давай. Действуй по полной. Страна должна знать своих героев. И долбо*бов тоже. Нефиг людей калечить. За их же собственные бабки… Надеемся на тебя, братан… Милена кто мне? – улыбается хитро. – Наш человек…
И у меня на душе легчает. У МедБрата колоссальная аудитория по всей стране. И если он попросит подписчиков, то Беляева волной точно снесет. Даже пара случаев может поставить крест на репутации.
Но ты сам напросился, Влад! Начал грязную игру… Не хватило совести честно принять поражение и развестись.
– Сейчас я ей трубку дам. Сами перетрите, – протягивает мне айфон.
– Привет, самая счастливая женщина, – насмешливо здоровается Миша Басаргин. – По обычной схеме работаем?
– Да, я заплачу, – заверяю поспешно.
– Да потом разберемся, Милка. Чай, не чужие. Беляева твоего я только из-за тебя не трогал. У меня материала на него полно. Ты только свистни. Я все опубликую…
– Как свистнуть, солнц? Считай, три зеленых свистка ты получил, – усмехаюсь горестно.
– Понял. Принял, – басит в трубку МедБрат и добавляет тихо. – Не раскисай, Милка. Надеюсь, ты поведаешь миру еще одну счастливую историю.
– Я… нет… – выдыхаю инстинктивно.
И неожиданно до меня доходит. Не зря говорят, счастье любит тишину. И ни за что не поделюсь сокровенным с подписчиками. Я люблю Илью. Только сейчас это понимаю.
А блог…
Наверное, хейтеры правы. Я имитировала счастье. Как и оргазмы.