Виктория Волкова – Генерал (страница 2)
– У вас теперь тут все по-другому, – уточняю, укладываясь на кушетку. – Шея затекла ужасно, Оль. И в пояснице ломит. Старый я стал…
– Ой наговариваете, товарищ генерал, – смеется она, разминая затекшие мышцы. – Такие как вы, товар штучный. Настоящий генофонд.
– Да ладно тебе, – бурчу, опуская лицо в дыру массажной кушетки. И вещаю оттуда, прикрыв глаза. – Я так понял, новые хозяева себе первый люкс прибрали.
– Можно сказать и так. Дочка главного учредителя там живет.
– Одна?
– С личной прислугой и охраной, – поспешно роняет Ольга.
– Даже так, – усмехаюсь я. – Больная?
– Нет. Просто мажорка. Захотела тут поселиться. Папа и купил санаторий. Или скрывается от кого. Наши, кто с ней работал, подписку давали о неразглашении.
Перед глазами тут же встает испуганное личико девчонки. Одни глаза чего стоят! Сердце пропускает удар. А в горле застревает воздух стоит только о ней подумать… Как-то не верится в мажорку. Не похожа она. Но первый люкс говорит сам за себя.
– И кто у нас папа? – интересуюсь, поднявшись с кушетки.
– Это дочка Димирова, – цедит недовольно Ольга. И замечает будто в пустоту. – Екатерина Александровна.
Поднявшись с кушетки, натягиваю майку. А у самого в глазах стоит девчонка. Добрая, светлая. С ямочками на щеках.
«Ну какая она мажорка?», – размышляю направляясь в свой номер. И тут же одергиваю себя.
Не суйся туда, Вася. Девчонка молодая. Дочка богатенького папы. К такой подходить опасно. По каждому пункту минус. Ей бы мажора какого в мужья. Чтобы пылинки сдувал и водил по тусовкам.
А мне простая подруга нужна. Без затей и закидонов. Нужно Люде позвонить. Можно к ней в город смотаться. Нужно позвонить.
Но вернувшись в номер, насмешливо смотрю на уснувшего Панкратова. Этот хоть стоя в автобусе задрыхнет!
Пройдя в спальню, падаю на кровать. После массажа клонит в сон. Люде бы позвонить. Но не сейчас… потом.
«Что там по учредителям?» – напоминаю помощнику.
«Димиров Александр Георгиевич, Лиманский Герман Владимирович. Строительная компания «Эрна»», – приходит ответ.
«Пробей мне еще. Димирова Е.А.» – пишу официально, стараясь не привлекать внимания.
«Работаем», – отписывается помощник.
А я, откинув телефон в сторону, прикрываю глаза. Посплю, а потом позвоню Люде. Но уснуть не удается. Снова вспоминаю Катю Димирову. Вот она идет по дорожке к кустам. Вот треплет собак за шкирку.
Ну какая мажорка, блин!
Гламурная девица обошла бы десятой дорогой и собак, и сам санаторий. Такие предпочитают Ибицу и Куршавель, или нашу Розу Хутор.
А девочка эта… Нежная такая и добрая. Надо же. Собак кормит.
Губы сами собой растягиваются в улыбке, стоит только представить Катю, наклонившуюся к животным.
«А попа зачетная», – думаю ухмыляясь. И тут же осаживаю себя. – Какая попа? Ты совсем охренел, Вася? Да к такой подходить нельзя. Там на лбу неоновые буквы светятся «Руками не трогать». И охрана с табельным караулит. Девочка эта, хоть и красивая, тебе на фиг не сдалась. Слишком много проблем».
Но руки сами тянутся к сотовому. И пальцы печатают быстро.
«Мне нужно максимум инфы по Димировой. Срок сегодняшний вечер».
Глава 3
Настроение безотчетно портится, стоит только заметить остановившийся на дороге черный мерс. Кто бы там ни был, но человек наблюдает за мной. Других отдыхающих в парке нет. Сразу после завтрака народ обычно тянется на процедуры и выходит прогуляться только ближе к обеду.
А я еще наклонилась. Представляю, какой там обзор. Раньше бы просто посмеялась. А сейчас сжимаю кулаки, стараясь унять дурацкую дрожь.
«Дыши, – приказываю себе, быстрым шагом направляясь вглубь парка. И дышу. Один глубокий вздох, потом пауза, потом глубокий выдох. Помогает немного, но вот гулять уже совсем не хочется. Нервно очень.
Что это за машина? Кто к нам приехал? Наверняка, отморозок какой-то. Раз позволил себе глупую пацанскую выходку.
Обвожу взглядом санаторий. Он маленький. Всего одно здание, больше похожее на старинный купеческий особняк, чем на здравницу. Но я тут прижилась. И никуда уезжать не собираюсь. Наверное, поэтому и реагирую остро. Иду по аллейке, пиная ногами опавшие листья. Воткнув наушники в уши, врубаю музыку. Обычно действует безотказно. Но сегодня хочется забиться в угол и затаиться. Как глупая мышь.
Чуть ли не бегом возвращаюсь обратно. Кто бы там не приехал, настроение он мне испортил. Экое скотство рассматривать человека как понравившуюся игрушку. К горлу подкатывает тошнота. Год назад я приняла такой взгляд за любовь. И поплатилась. Притормозив, гляжу на небо. Я жива. Жива. Остальное все сложится. Есть кому помочь и защитить. Я не одна.
Повторяю словно мантру каждое слово и быстрым шагом направляюсь к дому. Издалека замечаю припаркованный черный мерс и двух его пассажиров. Вернее, пассажир один. Второй точно водитель. Невысокого роста, пронырливый тип.
А вот кто намбер ван и так понятно!
Крепкий поджарый мужчина в черных джинсах и в таком же свитере. Большой начальник. Такого ни с кем не спутаешь. В каждом движении чувствуется власть. Как держит себя, как говорит. Как пожимает руку Евгению Ильичу Макарову, нашему главному. Тот в чем-то пытается убедить. А гость лениво слушает и наконец соглашается.
Сейчас бы прошмыгнуть незаметно.
Но Макаров инстинктивно поворачивается. А биг босс светски пропускает меня вперед.
Успеваю лишь мяукнуть «Здравствуйте, дядя Женя!» и влетаю в здание. За спиной слышу шаги. Чувствую заинтересованный взгляд незнакомца, прожигающий мне спину. Нос улавливает слабые нотки парфюма. Приятный запах. Смесь древесного аромата и цитрусовых.
Инстинктивно оборачиваюсь, стараясь рассмотреть человека, напирающего сзади. Слишком он близко от меня. Не держит дистанцию. И это давит, заставляя бежать. Стоокнувшись взглядом с омутом карих глаз словно плетью получаю по обнаженным нервам. Большой крепкий мужчина смотрит жадно и насмешливо. Дескать, куда ты денешься, девочка.
«Беги! Беги!» – вздымается грудь, заставляя меня задыхаться.
Влетев в апартаменты, выдыхаю. Все. Я в домике. Пью воду на кухне и выхожу на террасу.
«Перестань, – уговариваю саму себя. – Это совершенно посторонний человек. Они даже не похожи. А ты перепугалась как курица дурная!»
Нужно отвлечься. Забыть. Завтра все покажется в другом свете и будет стыдно.
Быстрым шагом прохожу в кабинет, где стоит мольберт и разложены краски. Но рисовать сегодня совершенно не хочется.
И все из-за левого мужика! Смешно, честное слово. Мысленно смеюсь над собственной паникой.
Димирова, дурочка! Увидела красивого мужчину и испугалась. Давно ты стала от людей шарахаться?
Пальцы безотчетно касаются шрама на правом запястье. Замираю лишь на долю секунды. Привиделось. Опять.
Тот, о котором нельзя вспоминать.
Паника липкими щупальцами бежит по позвонкам.
«Прекрати, он не найдет тебя», – подойдя к окну, обнимаю себя за плечи. Смотрю на белеющие верхушки гор. На лес, тянущийся по склонам. Но если честно, меня колбасит от постороннего человека. Ну посмотрел с интересом, подумаешь! Попа ему понравилась. Но ты же знаешь, что ему ничего не обломится.
Ничего!
Пейзаж за окном успокаивает. Может, поэтому я не хочу уезжать отсюда. Да и сама жизнь вдали от суеты кажется мне осмысленной. Никуда не бежать, никому ничего не доказывать. Просто жить. Рисовать. Танцевать. И ничего не бояться.
Шагнув к мольберту, смотрю на почти законченную картину. Озеро, лесок, домики на пригорке. Осталось немного довести свет до ума и можно отправлять маме. Она мои картины любит. Губы сами расползаются в улыбке. Как же я за всеми соскучилась.
– Мам! – кричу подхватывая трубку. – Приезжайте ко мне.
– Катюш, постараемся вырваться, – вздыхает мама. – Но я уже на работу вышла.
– А Алиска с кем? – спрашиваю про младшую сестру.
– С бабушками, – снова вздыхает мама. Рассказывает что-то о моей годовалой сестре.
Смеюсь, прогоняя прочь утренние страхи и заодно и их виновника. Мужчина красивый. Одна фигура чего стоит. Широкие плечи, узкие бедра. И взгляд. Колючий, обжигающий.
С таким бы бачату потанцевать?
Представляю, как крепкие руки ведут меня в такт музыки и снова дрожу. На этот раз от желания. В бачате танец ведет мужчина. А партнерша должна ему полностью довериться. Я долго привыкала.
«Прекрати, – останавливаю себя. – Какая бачата? Он же по пояс деревянный. Наверняка, только маршировать может».