Виктория Волкова – Его отец. Выжить после развода (страница 22)

— Нормально все, — с трудом достав из кармана пропуск, прикладывает к считывающему устройству. Дверь открывается. И я вместе с Дарагановым попадаю в небольшой внутренний двор.

Сюда точно люди Проскурина не сунутся!

— Идем, — кивает Илья на проезжающий мимо КПП белый Крузак. Машина останавливается точно перед нами.

— Запрыгивайте, София Алексеевна, — улыбается мне один из помощников Дараганова. — Ясное дело, без вас тут не обошлось…

— Бобровы ребенка хотят забрать. Прикинь, уроды, — гневно мотает головой Илья. И только теперь я понимаю, какой беды мне удалось избежать.

Сажусь на заднее сиденье. Дараганов подает мне спящую Дашку. Сам садится рядом с водителем и просит тихо. — Шумоподавитель включи. У Сони в кольце маячок. Подарили гады.

— А покажите, — нажав на какую-то кнопку, просит Саня.

Вытягиваю вперед руку на всеобщее обозрение.

— Нехилая гайка! — присвистывает водитель. — Я ее раньше видел. Если продать надумаете, сведу с заинтересованным человеком.

— Сонь, ты как? Не жалко расставаться с Бобровским наследством? — подкалывает меня Илья.

— Нет. Скучать по нему я точно не буду, — заявляю твердо и добавляю непонимающе. — Кольцо новое. Женя его по каталогу выбирал. Сегодня утром курьер привез.

— Женя? — не скрывая изумления, поворачивается ко мне Илья. Смотрит внимательно и выдыхает. — Есть что-то о чем я не знаю? Признавайся, София!

Глава 31

— Бобров предложил выйти за него замуж, — блею как дурочка.

— И ты, конечно, согласилась! — в сердцах бросает Илья. — Ладно, Соня, приедем ко мне, поговорим, — отворачивается он к окну. — Кажется, оторвались, Сань, — бросает помощнику и до самого дома не обращает на меня никакого внимания.

«Прости, я дура, Илья!» — так и хочется закричать в голос. Но я молчу. Смотрю в окно, обнимаю проснувшуюся Дашку. Машинально достаю из шопера телефон и смотрю на десятки пропущенных звонков.

Дядя Петя. И два неизвестных, очень похожих номера. Наверняка Инна и баба Шура.

— Сейчас лучше никому не отвечать, — жалостливо смотрит на меня водитель.

— Знаю, — вздыхаю я.

И как только автомобиль замирает на парковке элитного жилого комплекса, решаю ничего не рассказывать Илье. Не нужно ему знать о моем падении. Тогда точно перестанет уважать и откажется помочь.

«Глупым давалкам никто не помогает. Их только используют», — думаю с горечью.

Взяв Дашку за руку, плетусь вслед за Ильей к лифтам.

— София, мне связаться с покупателем? — спрашивает в спину помощник Ильи.

— Да, обязательно, — повернувшись, киваю я.

Продам за любую цену. Может, на первоначальный взнос хватит? В любом случае, носить кольцо я не буду, встречаться с Бобровыми — тоже. Нужно забыть о страшном позоре и жить дальше. А от кольца лучше избавиться. Иначе напоминать будет.

— Хорошо, я тогда позвоню Адаму, — кивает Александр.

— Да, на завтра встречу назначь, — вздыхает Илья. Вызывает лифт. Молча входим в кабину. Поднимаемся на восьмой этаж под причитания Дашки.

И как только за нами закрывается дверь, Илья спрашивает резко. Стаскивает с плеч тонкую стеганую куртку. Сверлит меня испытующим взглядом.

— Что случилось в колонии, Соня? Рассказывай все.

Все? Нет! Невозможно!

— Я тебе почти все сообщила, — снимаю пуховик. Опустив голову, заливаюсь жгучим румянцем. Наклоняюсь к Даше, расстегиваю ее курточку. И откуда-то снизу бурчу. — Бобров подписал дарственную, еще какие-то документы. Мы пообедали. И он предложил выйти замуж… чтобы Слава не доставал…

— Замуж? — морщится Илья. — Катрана предложил? Очень странно. Он же убежденный холостяк, — трет озадаченно башку и смотрит на меня внимательно. — Ты же понимаешь абсурдность ситуации? Он старый для тебя, Соня. Ему сорок два или чуть больше. Почти в два раза старше. Я понимаю, зачем ему ты. Но он тебе зачем? — бьет кулаком по стене Дараганов.

И увидев, как я отскакиваю в сторону, бурчит смущенно.

— Прости.

— Ничего страшного, — отвечаю на автопилоте.

Кому я вру? Мне действительно страшно. За себя, за Дашку.

Ничего не понимаю. Какую игру ведет Бобров? Почему так реагирует Илья?

Я ему точно не сестра, и не невеста, чтобы мне выговаривать. Сама знаю, какую дурость совершила! Только от этого не легче.

— Ладно, Сонь, проехали, — вздыхает Дараганов. Машет приглашающе. — Вот гостиная, дальше моя спальня. А тут комната для гостей с собственным санузлом, — распахивает белую дверь. — Надеюсь, вам с Дашей будет удобно. Живите пока у меня. На улицу лучше не выходить. Наверху на крыше у нас разбит маленький сквер. Деревья растут. Есть небольшая площадка для детей. Я дам тебе пропуск.

— На крыше? — в ужасе уточняю я. Оглядываю просторную светлую комнату, залитую полуденным светом. И мысленно благодарю всех святых за Илью.

Какое счастье, что он есть в моей жизни. Иначе бы я точно пропала!

— Да. Там воздух по любому чище, чем на земле. И гулять удобнее. Полная безопасность, — объясняет Дараганов по пути на кухню.

— Навряд ли меня тут найдут Бобровы, — пожимаю плечами. — У них же нет всевидящего ока.

— Есть, Сонечка. Есть. Знаешь, как это бывает? — повернувшись ко мне, рычит недовольно Илья. — Дается разнарядка всем охранным агентствам найти девушку. Присылается твой снимок и назначается приличное вознаграждение. И охранники в «Пятерочках» и прочих супермаркетах стараются. Поэтому чем меньше тебя будет видеть охрана, тем лучше. Поняла?

— Да, — удрученно склоняю голову и чувствую себя дефективной.

— Вот и хорошо. Пойдем, поедим что-нибудь, — предлагает он. — И решим, что делать дальше. Школа и садик у нас точно под запретом. Вас там в первую очередь искать будут.

— Что же делать? — без сил опускаюсь на мягкий диванчик.

— Ничего. Сейчас салат сделаем. Мясо пожарим и решим. На сытый желудок думается легче. — Да, малышка? — садится на корточки перед Дашкой.

— А йогулт у тебя есть? — спрашивает наша находчивая девушка. Сразу видно, Бобровская порода!

— Что? — не понимая, уточняет Илья.

— Йогурт, — улыбаюсь я и тут же слышу обидный смешок.

— Сапожник без сапог, да, Сонь?

— Я — хороший специалист. Меня ценят, — вздергиваю подбородок. — Да, у Даши есть некоторые проблемы с произношением. Но они допустимы согласно возрасту, — говорю, а у самой слезы из глаз льются. Скатываются по щекам. А у меня даже сил нет их вытереть.

— Прости, — подскакивает ко мне Илья. — Дурацкая шутка. Ты замечательная, Соня. Очень хорошая девушка. И я очень надеюсь, что выдам тебя замуж за нормального адекватного парня. Совершенно не похожего на Бобровых. Это мой долг. Прости, что-то я близко к сердцу воспринял. Нельзя тебе за Катрана замуж.

— Да никуда я не иду, — мотаю головой. — Меня в Ильинке как в тюрьму заточили.

Наблюдаю, как Илья достает из холодильника овощи, йогурт и красивые бараньи стейки.

— Давай, ты сейчас салат нарежешь, я мясо пожарю. А кто-то схомячит йогурт, — подмигивает Дашке. И отвлекается на телефон.

— Да, Дараганов. Привет, Адам. Сегодня? Сейчас? Хмм… сколько? Ну, подъезжай, если срочно надо, — усмехается криво. И откинув айфон в сторону, поясняет глухо. — Потом пообедаем, Соня. К нам покупатель едет. Минут через десять будет.

— Почему такая срочность? — охаю изумленно.

— Откуда я знаю? — хмыкает недовольно Илья. — Но деньги за кольцо он предлагает большие. Есть смысл согласиться.

— А кто он, этот Адам? — спрашиваю, набравшись смелости.

— Бобер-Канарейка, — смеется Дараганов. — Он единокровный брат Жени и Инны. Только от другой женщины. И носит ее фамилию. Нарейко.

— Выходит, близкий родственник? — блею я.

— Бобровы его терпеть не могут. А он им платит взаимностью, — поясняет Илья. И услышав трель домофона, идет открывать.

Вот только я не спешу следом.