Виктория Вишневская – Пуговка от бывшего мужа. Исцелю любовью (страница 5)

– С лабрадором всё в порядке, его жизни ничего не угрожает.

– Радует, – говорит без энтузиазма, продолжая лить слёзы. – Я так виновата, Ник. Надо было держать её за руку крепче! Или вообще не говорить, что ты рядом. Если бы с ней что-то случилось… Как бы я твоей матери потом в глаза смотрела на том свете?

– Ну, ба! – её фраза берёт за живое. Моя мама очень любила Полю. Во всём нам помогала, хоть и здоровье у неё хромало. Она ушла рано, хотя билась с раком до самого конца. Ради внучки… – Главное, что всё обошлось. Не переживай, нервы не восстанавливаются. Побереги себя.

Надо к Поле сходить, глянуть, как она. Для неё такой стресс… ещё и смотреть на сбитую собачку в крови. Она животных любит, не раз просила подарить ей щенка. Но я сказала твёрдое «нет». Я-то ей не могу нормально уделить внимание из-за работы, а кто будет смотреть за питомцем? Ба живёт не с нами, но сидит с внучкой по выходным, когда у меня выпадают смены. Или в ночь, что тоже бывает.

Не вариант.

– Валерьянку пила?

– Не нашла, – мотает головой.

– Сейчас принесу, – встаю с дивана. Первым делом иду на кухню, достаю кружку, наливаю в неё воды и нужное количество капель валерианы. Отдаю бабуле в гостиной, а после всё же решаюсь заглянуть в детскую.

Захожу в комнату, оформленную в фиолетовых и лиловых оттенках, и чтобы не шуметь, посматриваю на дочку с порога. Личико красное, заплаканное, ресницы мокрые.

Вот и погуляли… Очень неудачно.

Вздохнув, ухожу, аккуратно закрывая за собой дверь.

Сумасшедший день. Встреча с призраками прошлого не несёт за собой ничего хорошего. Из-за этого я теперь сама не своя.

Возвращаюсь в клинику после перерыва. Нехорошее чувство тревоги не отпускает меня до самого конца. Раз Джек остался на передержке, Новак точно ещё появится здесь…

Глава 6

Глава 6

Леон

– Здравствуйте, Леон Янович, – пробивается через музыку, долбящую из колонки. Прекращаю колотить грушу, тяжело дышу и ищу взглядом пульт. Я совсем забыл, что Анна, домработница, обещала прийти и убраться.

Снимаю перчатку и ставлю музыку на паузу.

– Я рано? – спрашивает аккуратно женщина, стоя у входа в комнату. Вытираю лицо от пота полотенцем и еле стою на ногах. – Могу ещё погулять полчасика.

– Нет, – устало машу ладонью, хватаю бутылку холодной воды со стола. Делаю несколько глотков и выдыхаю. – Начни со второго этажа. Я ещё позанимаюсь и уеду.

– Поняла, – кивнув, она бегает взглядом по гостиной, разыскивая Джека. – Ой, а где малыш?

Одно напоминание про моего пса – и за рёбрами всё рвётся. Только на несколько часов отвлёкся от мысли, что он лежит в ветеринарной клинике, как снова это врезается в голову.

– Приступай к работе, – грубо кидаю. Анна не виновата, но не могу держать себя в руках. Вновь включаю музыку, надеваю перчатки и срываю злость на груше. Отвлекаюсь, размышляю о своём.

Если вчера я считал, что у меня слишком много проблем, то я дико ошибался. Их стало ещё больше. Помимо опеки над племянником – Джек попал под колёса машины. И если я думал, что это самое страшное в моей жизни, то нет.

Вероника.

От имени бывшей жены начинаю сходить с ума.

Останавливаюсь, откашливаясь. Дыхание сбивается, лёгкие и горло дерёт. Секундная заминка – и всё, теряю контроль над собой.

Прислоняюсь лбом к груше и прикрываю глаза.

Вероника стала другой. Красивой. Роскошной. Но… уставшей. Голубые глаза поблекли. Хотя, казалось бы, она счастлива. Работает ветеринаром, как и хотела. И муж…

У неё есть муж.

Я должен быть рад за неё, что нашла себе спутника, с которым у неё совпадают цели на жизнь. Совпадают ведь? За другого замуж бы она не вышла.

Но от одной мысли, что она целует другого, я прихожу в бешенство.

Отрываюсь от потрёпанной ткани и со всей дури бью по груше.

Раз удар. Два.

Я сам всё просрал. Мы не пришли к общему решению.

Три-четыре.

Сам отпустил её.

А теперь увидел – и вновь пропадаю.

Как в первый долбаный раз.

Помню тот день так чётко, как будто он был вчера.

Пик моей карьеры боксёра. Толпы фанатов, окружающих ринг. Крики, свисты, прилетающие на арену трусы. Все девчонки текли по мне, а я выбрал одну. Ту самую… Я заметил её среди тысячи. Сразу после того, как мне прилетел нокаутирующий удар, я упал на спину, задрав голову и смотря верх тормашками на зрителей.

А там она. Хлопает от шока ресницами, закрыв рот ладошкой.

Первая мысль: «Зачем, дура, припёрлась, если такое видеть не можешь?»

А потом утонул. В мерцающих глазах, похожих на чистое море, где отражается голубое небо. В них плескались волны, бились о скалы в тот момент, когда из моего носа вытекала кровь. Она видела это.

Я поймал тогда такое умиротворение…

Через секунду улыбнулся. Подмигнул. Несмотря на боль во всей черепушке.

Встал на ноги – и на взявшемся из ниоткуда адреналине выиграл бой.

Осмотрелся, а её уже нет. Упустил. Руки в тот момент упали плетьми вдоль тела. Сердце забилось быстрее, а взгляд метался на выход, разыскивая её.

Очередная фанатка, вдруг запавшая в душу. Так я подумал в первый раз.

А потом увидел снова. Когда она пришла на следующий бой.

Помню, как перепрыгнул через ограду, приземлился прямо перед ней. Выпрямился, чуть не разорвав лицо от улыбки. Погрузился в незамутнённые омуты.

– Ты не досмотрела бой в прошлый раз, – сказал самодовольно. – Я выиграл.

Для неё ведь это имеет значение?

– Не хотела дальше смотреть на этот мордобой, – поморщив милый носик, произнесла она. Её тихий голос едва слышался среди криков беснующейся толпы.

– Тогда зачем пришла сюда снова?

– Подруга притащила. Как и в первый раз.

Усмехнулся недоверчиво.

– Не обманывай. Просто решила глянуть на меня ещё раз, – прозвучало слишком нарциссично, ведь я привык, что большинство девчонок приходили на бой ради моей брутальной внешности и натренированного тела. – Влюбилась.

– Мужик, – нагло отозвалась она, бойко уперев руки в бока, – я тебя вообще не знаю. Я в принципе не любительница бокса. И тем более, передутых качков, сидящих на стероидах.

Наверное, те слова стали решающими.

Она действительно выделялась из серой массы.

Не знаю, что на меня нашло. Я резко закинул Веронику на плечо и, как дикарь, сорвав бой, вместе с ней отправился в раздевалку.

Конечно, это не стало победой. Пришлось завоёвывать её, но недолго. Вероника быстро сдалась под моим напором.

Я чувствовал себя мальчишкой, который влюбился в первый раз. Бегал за ней с цветами, приглашал в кино, рестораны. Однако подпустила она меня к себе ближе только после того, как я собственными руками убирал вольеры в каком-то приюте, где она была волонтёром. Не верила, что я способен на такое, не знала о существовании Джека. А я сделал. И оно того стоило.

Несколько месяцев отношений, предложение руки и сердца. Переезд Вероники ко мне и Джеку, которого я купил незадолго до встречи с ней.